Славянский викинг Рюрик. Кровь героев - Василий Седугин

Останавливались, пили кружками, заграничными бокалами, приглашали друзей:

– Давай со мной отметим набег на данов!

– Славно мы пустили ко дну норманнский драккер!

– Помянем друга Довбуша. Славный был парень. Да не уберегся от стрелы саксов…

Посадник Влесослав вышел на деревянный помост, несколько раз ударил в большой барабан. Народ стих, только в углу площади, ткнувшись лицом в пожухлую траву, писклявым голоском напевал что-то вконец окосевший выпивоха.

Посадник начал громким голосом:

– Открываю вече! Я, братцы морские воины, хочу кое-что вам поведать, а уж вы сами своим умом соображайте, как решить – по правде и справедливости.

Тотчас раздались голоса:

– Валяй!

– Дело привычное!

– Мы завсегда стоим за справедливость!

– Прежде всего хочу сказать, – продолжал посадник, – что этот год удачный и в торговом деле прибыльный. Товаров мы навезли предостаточно, да и купцов иноземных приплыло к нам в большом количестве. Так что можно только радоваться и веселиться!

– Довольны тобой!

– Хорошо управляешь делами!

– Дуй дальше!

Влесослав разгладил усы, провел ладонью по короткой бороде, немного возвысил голос:

– И нам хотелось бы, чтобы и дальше дела развивались успешно и удачливо. Но в торговом деле без потерь не обойтись, в том числе людских. Поэтому смелые и мужественные воины нам постоянно нужны. И теперь доложу я вам, морские братья, что прибыл к нам на остров отряд бодричей во главе с князем своим Рериком.

Из толпы сразу закричали:

– Это из русинов, что ли?

– Слышали! Славные ребята!

– Пусть выйдут на народ!

Из глубины площади вышли воины-бодричи и растеклись вокруг помоста; Рерик встал рядом с посадником.

– Помните наверняка, как недавно решали с вами вопрос помощи братьям-бодричам, на которых напали саксы. Много мы их судов потопили на пути в Рерик. Славно поработали!..

Толпа удовлетворенно зашумела, стихла.

– Теперь прогнали саксов, свободной стала земля бодричей. Но так уж получилось, что лишился своей власти Рерик, хитростью захватил престол дядя его, Дражко. Вот и прибыл он со своими верными воинами к нам на остров и просит принять в наше братство. Что ответим, славные моряки?

– Берем!

– Какой разговор? Наши люди!

– Побольше бы таких!

– Добро, – ухмыльнулся в усы Влесослав. – Будем считать ваши выкрики за одобрение.

И, обратясь к Рерику, сказал:

– Вы – русины, а мы – русцы. Предки наши жили в одном государстве – Русинии. Так что вступай со своими воинами в наше морское братство, Рерик!

– Почему Рерик? – выкрикнул какой-то бойкий мужичок. – По-ихнему Рерик, а раз к нам приехал жить, то зовись по-нашенски – Рюриком!

– Верно! – загалдела толпа. – Так-то спривычней! Рюриком будешь!

На помост выскочил худой, длинный, в распахнутой красной рубашке моряк, сорвал с головы синий платок, кинул под ноги и крикнул разгульным голосом:

– А что, братцы, не угостить ли нам на славу новых викингов! Ставлю бочку пива!

Его тотчас поддержали:

– От нашего общества покупаем бочку вина!

– Мы тоже не отстанем! Приглашаем дорогих гостей на пир!

– Гуляем, братва!

Площадь зашумела, задвигалась, и вот уже шапки бодричей замелькали среди разноцветных платков моряков, толпа стала распадаться на группы.

Посадник Влесослав пригласил в свой терем Рюрика, его братьев Синеуса и Трубора, сотских и тысяцких. Его терем, каменный, двухэтажный, стоял на самой круче морского берега, откуда открывался вид на морские дали, от которых захватывало дух. Помещения просторные, через окна с разноцветными стеклами лился солнечный свет. Стены завешаны коврами, на которых висели различные воинские принадлежности, свезенные с пол-Европы: искусно сделанные мечи, сабли, пики со всевозможной формы наконечниками, арбалеты, разнообразной величины и очертаний щиты, стремена, конская сбруя и даже седла… На столах, за которыми размещалось не менее ста человек, уже были расставлены всевозможные блюда: куски кабана, жареные гуси, куры, телятина, баранина, свинина, жареная, вяленая и соленая рыба, какая только продавалась на местном рынке. В кувшинах были налиты и вино, и водка, и пиво, и квас, и медовуха.

Гости обступили стол, но не садились, ждали слова хозяина. Влесослав, сверкнув серьгой в ухе, сказал:

– В походах и боях мы не очень считались с чинами и званиями. Так и сегодня: кто где сел, тут ему и место!

А потом пошло по давно заведенному порядку и обычаю. Слуги подносили всё новые кувшины с хмельным и закуску. Посаднику было поставлено опричное блюдо, из которого он раздавал куски гостям, сидевшим близко от него, а тем, которым не мог подать, отсылал на тарелках со слугами. Слуги, поднося подачку от хозяина, говорили:

– Чтобы тебе, господин, кушать на здоровье!

В середине пира появилась хозяйка дома, сорокалетняя красивая женщина, с веселым, умным и строгим взглядом. Она вышла в сопровождении слуг и прислужниц, несших вино и сосуды, подошла с бокалом к Рюрику и подала ему кубок с вином. Дождавшись, когда князь опорожнит кубок и закусит, она приняла от него пустую посуду и тотчас удалилась. Через некоторое время хозяйка пришла снова, но уже в другом платье и стала угощать военачальников, прибывших с Рюриком. Потом снова покинула всех и вновь вернулась в ином платье, преподнесла вино и угощение другим гостям. Так являлась она до десяти раз и всегда в новых платьях, чтобы показать роскошь и богатство хозяина.

Когда она удалилась, посадский встал и провозгласил здравицу в честь бодричского князя. Затем на середину палаты поочередно стали выходить гости и предлагали выпить за каждого присутствующего в отдельности. Пир набирал силу.

Рюрик, уловив момент, когда Влесослав отвлекся от хлопот по ведению пира, сказал ему на ухо:

– Позволь, господин посадник, моему младшему брату Трубору спеть для общества.

– Просим, просим! – тотчас откликнулся хозяин.

Трубор, полноватый, полнощекий, привычно перекинул из-за спины гусли, положил их на колени и запел. Голос звучный, сильный, красивый ушел высоко под своды терема, разлился по просторной палате, заставив трепетать души слушателей:

Что ж ты, сине море, колеблешься?

Что ж ты, березка, шатаешься?

Как же морю не колебаться,

Как березоньке не шататься…

Поднялася над морем туча,

Прилетел из-за тучи Ворон[5]…