Сын Сэма. История самого опасного серийного убийцы Америки - Микки Нокс

– Что за тип? – недовольно поморщился Карл, уже собираясь открыть дверь и устроить драку с непонятным прохожим.

Мужчина аккуратно нес в руках бумажный пакет, в каких обычно в закусочных выдают куриные крылышки. Одной рукой он поддерживал пакет, а другую – держал внутри. В ту секунду, когда Карл собирался уже открыть дверь, мужчина достал из пакета револьвер, присел в стойку стрелка и стал стрелять. Стекло рядом с пассажирским сиденьем буквально взорвалось на тысячу осколков, осыпавшихся прямиком на Карла. Нападавший продолжал стрелять. Вторая пуля попала в шею Розмари. Девушка почувствовала, как что-то теплое стало заливать ее платье, но из-за избытка адреналина боли она не чувствовала. Когда раздался третий выстрел, Розмари вдавила педаль газа, резко развернулась и выехала на дорогу. Единственным местом, которое пришло ей на ум, стал «Таксипо Гриль», из которого они уехали полчаса назад. Бар был всего в десяти минутах езды от пустыря. Нарушив все мыслимые правила дорожного движения, девушка за пять минут добралась до бара. Она открыла дверь и, пошатываясь, вылезла из машины. Все от шеи до ног девушки сейчас было испачкано в крови. Кучка студентов на входе в бар тут же поспешила скрыться внутри бара. Розмари с трудом доползла до двери пассажирского сидения. Когда она открыла дверь, наружу выпала безжизненная рука Карла. Часто говорят, что в шоковом состоянии человек способен на многое. Раненной в шею Розмари удалось дотащить тело Карла до входа в бар. Она не могла говорить, но в этот момент все и так было понятно. Хозяин заведения тут же позвонил в Службу спасения и попросил всех гостей покинуть бар. Небывалое решение для видавшего всякое мексиканца.

Эта история закончилась хорошо. Отцу Карла пришлось смириться с тем, что никакой военной карьеры его сын не сделает, но на этом фатальные последствия закончились. Рана девушки, хоть и выглядела весьма впечатляюще, опасности не представляла. Карлу пуля снесла чуть ли не половину черепа, но не задела мозг, поэтому уже через несколько месяцев он получил возможность наконец попробовать себя в качестве фотографа. Самые трагичные последствия настигли владельца бара «Таксипо Гриль». Студенты теперь боялись приходить к нему, но очень скоро эта же участь настигла все бары Нью-Йорка.

* * *

27 ноября 1976 г.

Шестнадцатилетняя старшеклассница Донна Демаси и восемнадцатилетняя студентка колледжа имени Мартина ван Бюррена Джоан Ломино договорились провести субботу вместе. Они с детства были лучшими подругами, жили по соседству, но в последнее время виделись очень редко. Донна была занята подготовкой к экзаменам, а Джоан с увлечением погружалась в студенческую жизнь и уже подумывала о переезде в Квинс, поближе к колледжу.

Девушки неплохо провели субботний вечер 27 ноября 1976 года. Как в старые добрые времена, они отправились в торговый центр и несколько часов тренировали терпение продавцов магазинов одежды и косметики. Ближе к вечеру они немного устали и решили сходить на вечерний киносеанс. Фильм заканчивался около полуночи, но уже почти взрослых девушек это не смутило. Они поужинали в закусочной перед сеансом, посмотрели фильм и отправились в долгий путь на Лонг-Айленд. Жилой комплекс Floral Park представлял собой миниатюрную версию Co-оp сity. Этот жилищный комплекс был построен как оазис в мрачной пустыне Лонг-Айленда. Постепенно оазис утратил свой лоск и перестал так ярко выделяться на фоне серых и коричневых многоэтажных домов с социальных жильем, коих на Лонг-Айленде всегда было слишком много. Девушки подошли к своему дому и еще довольно долго и увлеченно обсуждали только что посмотренный фильм. Было уже около двенадцати ночи, когда из-за угла дома вдруг вышел незнакомец в невзрачной куртке и модных военизированных штанах. В руках он держал бумажный пакет из закусочной. Здесь, на Лонг-Айленде, эта мода еще не успела утвердиться, поэтому человек в таких штанах воспринимался не как модно одетый парень, но как военный, а к человеку в форме обычно относятся с почтением и настороженностью. Мужчина подошел к умолкшим девушкам, приветственно улыбнулся и спросил:

– Простите, не подскажете, как мне найти дом…

Мужчина опустил голову, как будто хотел достать из кармана бумажку с адресом, но вопреки ожиданиям девушек он потянулся не в карман, а в пакет, который все это время держал в руках. Незнакомец достал револьвер, снял предохранитель и выстрелил в Донну, затем в Джоан и опять в Донну…

Несколько погасших окон на первых этажах дома тут же вспыхнули ярким светом. Мужчина замешкался, стал озираться по сторонам, развернулся и побежал к своей машине. Сосед Донны, наблюдавший за происходящим из окна, успел выбежать еще до того, как преступник скрылся из вида, но так и не разглядел его лица.

После полученных травм Донна впоследствии смогла оправиться, хотя ее шея была навсегда изуродована огромным шрамом, а Джоан повезло меньше. Поначалу всем показалось, что ее раны не очень опасны, но впоследствии выяснилось, что пуля повредила спинной мозг и девушка осталась парализованной на всю оставшуюся жизнь.

* * *

Декабрь 1976 г.

Демоны были недовольны. Он устраивал стрельбу за стрельбой, но никто не умирал сразу, а самое главное, о нем не писали в газетах. Самым крупным «достижением» была статья о смерти Донны Лаурии где-то в самом конце газеты, а вовсе не на первой полосе. Кого можно удивить в Нью-Йорке стрельбой? Каждый день на улицах города можно было услышать выстрелы. Полицейские хорошо знали этот звук, а жители предпочитали не обращать внимания на них.

Дэвид закончил свой поздний ужин, расплатился, взял бумажный пакет с бургерами с собой и вышел на улицу. На машине он добрался до своих апартаментов в Йонкерсе, забрал почту, закрылся в квартире и стал перебирать письма. Недавно он прошел обучение на сотрудника почтовой службы и сейчас ждал письма о зачислении на службу. Приближалось Рождество, а письма так и не последовало. Все было по-прежнему. Он точно так же арендовал убогие апартаменты в Йонкерсе, работал таксистом и слушал унизительные комментарии о своей работе. Никто не знал, на что он способен, никто не знал о его демонах.

По всей квартире разливался собачий лай. Он не умолкал ни на секунду. Лающие, харкающие, плюющие звуки проникали сквозь стены со всех сторон. Он взял ручку и начал писать на стенах в спальне, прорывая стержнем хрупкую поверхность дешевых бумажных обоев. Обычно это помогало, но сейчас ему требовалось, чтобы у письма был адресат. Он взял лист бумаги и стал писать разгневанное письмо. В конце концов, нужно иметь уважение к жителям. Зачем люди заводят чертовых собак, если они ни на секунду не могут заткнуть своих питомцев?!