Последний день СССР. Свидетельство очевидца - Андрей Грачёв

…Из приемной Горбачева мне сообщили, что он хочет меня видеть. Я вернулся в Кремль. За накрытым столом в Ореховой гостиной, примыкавшей к его кабинету, вокруг Горбачева сидели его ближайшие соратники – Черняев, Александр и Егор Яковлевы.

Посмотрев на сидевших рядом Горбачева и Александра Николаевича Яковлева, я подумал об их первой встрече в Канаде, когда они обсуждали плачевное состояние своей страны и строили еще неясные планы по ее обновлению, выглядевшие в то время, как «воздушные замки». Они, конечно, не могли тогда себе представить, что восемь лет спустя будут, сидя в Кремле, подводить итоги поразительной политической эпопеи, которая преобразует мир, положит конец «холодной войне» и приведет их собственную страну к грани распада.

Конечно, настроение на этой тризне по усопшему Союзу было отнюдь не праздничное – прощались как бы с членом семьи. В конце концов все участники встречи родились и прожили свою жизнь внутри этого рухнувшего дома. Ветер истории сорвал с него крышу, но открывшееся небо оказалось не ясным, а затянутым облаками. С другой стороны, превалировало чувство выполненного долга. Хотелось верить, что основные перемены, произведенные в стране и в мире, необратимы и назад отката не будет.

Наверное, Горбачеву хотелось бы, чтобы в этот исторический вечер прощальный ужин в Кремле выглядел по-другому, но если за скромным столом кого-то и не хватало, то по крайней мере не было никого лишнего. Ни один из республиканских президентов, ставших неожиданно для них самих за последние месяцы главами суверенных государств, в этот вечер ему не позвонил. Тень нового «царя» – Ельцина – уже накрыла Кремль своим колпаком. Да и советская пресса стремительно, забывая уроки гласности, уже торопилась перевернуть страницу перестройки. Полный текст речи Горбачева на следующий день опубликовала только одна «Российская газета».

Когда мы расходились после ужина, в коридорах Кремля было пустынно. Только забытое хозслужбами в телевизионном «кабинете» Горбачева красное знамя и табличка на Музее-квартире В. И. Ленина напоминали о государстве, которое не дожило 6 дней до своей 69-й годовщины…

«Подниматься над эмоциями» Горбачеву пришлось уже на следующий день. Хозяйственники новой кремлевской администрации отвели ему три дня, чтобы освободить служебную дачу. И хотя одних книг в доме набралось на несколько машин, Горбачеву было сказано, чтобы на служебный транспорт он не рассчитывал.

Приехав на следующий день в Кремль, чтобы заняться разборкой бумаг и дать несколько обещанных интервью, Михаил Сергеевич выглядел мрачным: «С дачи гонят, машины не дают», – сказал он, когда я осведомился о самочувствии. Ирина рассказывала: когда комендант дачи сообщил ему о сроке, отведенном на эвакуацию, отец рассвирепел и начал было шуметь: «Это позор». Грозился звонить Ельцину: «Ведь с ним по-человечески обо всем договорились!» А мама сказала: «Никому ни звонить, ни просить ни о чем не надо. Мы лучше умрем с Ириной, но упакуемся и переедем. Люди нам помогут».

Переезжать на их старую дачу, выделенную для ушедшего в отставку президента, помогали ребята из охраны, те самые, которые остались с ними до конца в Форосе. Управляющий делами «Горбачев-фонда» на своей машине объезжал пустые госдачи, набирая, где кровать, где стол или шкаф, чтобы хоть как-то меблировать новое жилье Горбачевых.

Через два дня, вопреки предыдущей договоренности о том, что Горбачев до конца недели сможет пользоваться своим кабинетом, чтобы сделать последние звонки и дать несколько обещанных интервью журналистам, в 8:00 утра помощник Ельцина позвонил в приемную и сказал, что Борис Николаевич намерен занять «свой кабинет». Табличку на стене с надписью «Президент СССР М. С. Горбачев» сняли ночью. А в половине девятого утра Ельцин в компании Бурбулиса, Хасбулатова, Силаева и Полторанина вошел в пустой кабинет, сел в президентское кресло, подергал ящики письменного стола и дал команду открыть бутылку виски, чтобы отметить событие. Взятие Кремля состоялось. Водружать российский флаг в углу, где раньше стоял советский, не стали, тем более что никто не догадался его с собой захватить.

Черняев, узнав об операции по «захвату» кабинета Горбачева, посоветовал тому не приезжать в Кремль для обещанного интервью, «чтобы не унижаться». Но бывший президент, назвав утренний рейд «операцией мародеров», сказал, что выполнит обещанное. Интервью состоялось в кабинете бывшего шефа его администрации Ревенко.

Может быть, никогда еще знаменитая формула Карла Маркса о том, что «история повторяется дважды – сначала как трагедия, потом в виде фарса», не подтверждалась так наглядно, как в случае с финалом СССР. После почти 70 лет, посвященных попытке строительства альтернативного мира и создания «нового человека», большевистский проект завершился поражением. Фарс, разыгранный в двух актах – сначала в августе группой нетрезвых политических авантюристов, а потом в декабре распитием бутылки виски в кабинете президента страны, – положил символический конец трагической и героической истории государства, основанного В. И. Лениным в 1917 году.

На последнем брифинге для международной прессы, который я проводил в качестве пресс-секретаря президента СССР, мне задали вопрос: «Можно ли считать, что «время Горбачева» закончилось?», – я ответил, что так не считаю. «Горбачев связал свою деятельность не с должностью, а с процессом, который продолжается и будет иметь долговременные последствия, – сказал я тогда. – Поэтому думаю, что не только время Горбачева еще не завершилось, но и история конца ХХ века останется поделенной на то, что было до Горбачева и то, что наступило после него».

Ценой, которую ему пришлось заплатить за преобразование мира и своей страны, стал распад СССР и его собственная отставка. Тем не менее на вопрос журналиста, заданный ему по случаю его 90-летия, считает ли он себя счастливым, первый и последний президент СССР ответил: «Судьба подарила мне возможность принять участие в процессе обновления, затронувшего весь мир. Что может быть ценнее для политика?!» И добавил: «Мы еще только на полпути по дороге от тоталитарного режима к демократии и свободе. Эта борьба продолжается».

…Кабинет Горбачева, а потом Ельцина не использовался Владимиром Путиным, который произвел коренную реконструкцию Кремля. Обстановка из квартиры Ленина была перевезена в Горки, где вождь провел последние месяцы своей жизни. Только пирамида мавзолея с его мумией, предназначенной для вечного хранения, подобно ее египетским аналогам, остается памятником, поставленным на Красной площади ушедшему в прошлое государству и исчезнувшей с ним цивилизации.