Территория заблуждений. Запрещенные факты - Игорь Прокопенко

Свидетельствует историк Юрий РУБЦОВ: «В постановлении Пленума содержалось прямое указание руководству Министерства обороны найти рабочее место для Жукова. То есть какую-то должность ему должны были предоставить, но не предоставили. Так, вопреки законам, маршал Советского Союза был уволен в отставку».

А через пять дней после Пленума ЦК КПСС происходит и вовсе страшное! В газете «Правда» появляется статья, в которой автор утверждает, что маршал Жуков готовил политический переворот и претендовал на место самого Никиты Хрущева. Подпись – маршал Конев. До сих пор эта статья – яблоко раздора между историками. Одни считают, что Конев к этой статье никакого отношения не имеет. Другие уверены – именно Конев был инициатором данной статьи. И каждое слово в ней написано его рукой.

Историк Юрий РУБЦОВ разбирался в этой ситуации: «В архиве президента Российской Федерации я видел машинописный вариант этого письма с подписью Ивана Степановича. Причем это письмо Хрущеву, и из него следует, что оно предшествовало публикации в «Правде». То есть Иван Степанович прекрасно знал, что будет напечатано, когда, где и за чьей подписью».

Есть еще один факт, из-за которого спорят историки. Это письмо Конева Жукову, о котором спустя годы рассказал Степан Кашурко, личный поверенный Конева. Именно ему в конце 60-х годов маршал дал ответственное поручение: отдать письмо лично в руки Жукову. По словам Кашурко, в нем Конев извинялся за свою речь на Пленуме 57-го года. Однако рассказ секретаря – единственное свидетельство того, что письмо все-таки было. Никаких документальных подтверждений этому нет.

Говорит историк Юрий РУБЦОВ: «Они наверняка хотели найти контакты, восстановить отношения. Больше того, документально зафиксировано, что они встречались. Может быть, между ними не было какой-то особенно теплой дружбы, но, в принципе, они относились друг к другу с уважением до конца своей жизни. Конев умер в 73-м, маршал Жуков через год, в 74-м».

Было это письмо или нет, точно не знает никто. Известно лишь то, что у Конева действительно были причины для извинений перед Жуковым. Мало кто знает, но в самом начале войны Жуков спас Конева от верной смерти. В то время Конев командовал Западным фронтом, который располагался под Смоленском и обеспечивал оборону Москвы. Немцы прорвали оборону. Коневу грозил расстрел.

Юрий РУБЦОВ излагает подробности той давней истории: «Жуков прямо обратился к Сталину и сказал, что расстрел нового командующего ничего не даст, кроме того, что войска будут еще более деморализованы. И попросил направить Конева своим заместителем на Калининское направление, отдаленное направление, где Конев мог бы осуществлять руководство войсками».

С этого дня карьера Конева складывается более чем успешно. Он защищает Москву, командуя Калининским фронтом, выигрывает сражение на Курской дуге и, наконец, проводит Корсунь-Шевченковскую операцию, за которую в 44-м году ему присваивают звание маршала Советского Союза. Любопытно, что именно Жуков дарит ему свои собственные маршальские погоны.

Вспоминает Наталья КОНЕВА, дочь маршала Советского Союза Ивана Конева: «Жуков прислал свои погоны, потому что к этому времени он получил маршальское звание. У него погоны были. Я до сих пор храню эти маршальские погоны. Отец их поносил, конечно, на мундире, вот они в коробке у меня лежат. Такие поношенные уже. Золотом не блестят».

Получив звание маршала, Конев стал вторым человеком в Красной Армии. Правда, он всегда мечтал быть первым. Но для этого ему нужно превзойти великого Жукова. Зная амбиции обоих, Сталин пытается их стравить. В середине апреля 45-го он вызывает их в Кремль. Верховный главнокомандующий показывает план Берлинской операции. По его замыслу, полководцы должны наступать одновременно. Конев пойдет на Берлин с юга, а Жуков – с востока. Сталин проводит разграничительную линию между 1-м Украинским и 1-м Белорусским фронтами. Карандаш останавливается на городке Люббен, который находится в 60 км от Берлина.

О том, что случилось дальше, рассказывает Юрий РУБЦОВ: «Сталин начал сталкивать наших полководцев, пробуждать нездоровую конкуренцию. Это свидетельствует Жуков, такое же свидетельство есть и у Конева. Вероятно, для этого у Сталина были свои соображения. Многие полагают, что таким образом Сталин хотел возвысить себя, сделать так, чтобы в сознании миллионов победоносный финал войны ассоциировался бы только с его именем, а не с именем кого-то из командующих фронтами».

16 апреля 41-го года. 5 часов утра. Войска Конева начинают наступление на Берлин. Через три дня они уже стоят в 50 км от столицы Германии. А 1-й Белорусский фронт Жукова, который начинал наступление вместе с Коневым, еще далеко. Он задержался на Зееловских высотах, где немцы держат оборону. Через два дня войскам удается прорваться, и они нагоняют армию Конева. Солдаты, не зная о том, что свои же войска идут параллельно, начинают стрелять друг в друга. И тут Сталин отдает неожиданный приказ Коневу: развернуть войска обратно. Первым в Берлин должен войти Жуков.

Вспоминает Наталья КОНЕВА: «Был получен приказ, когда уже войска Первого Украинского фронта подходили к центру, отвести войска на новую разграничительную линию. То есть провели новую разграничительную линию. Войска должны были, пройдя с боями туда, отступить».

Некоторые историки считают, что на пленуме 57-го года у Конева появилась возможность отомстить Жукову за берлинскую операцию, и он ею воспользовался. С тех пор Иван Конев и Георгий Жуков, встречаясь в одной компании, даже не здоровались… Много лет спустя Конев пожалеет о своем поступке и будет пытаться помириться с Жуковым, пригласив его на свое 70-летие. Неожиданно для всех Жуков приглашение примет…

Вспоминает Наталья КОНЕВА: «Георгий Константинович в этот вечер пришел. Папа очень волновался, кто придет, как все это будет, он волновался, придет ли Жуков. Мы понимали почему – потому что долгое время они лично не общались».

По словам очевидцев, Жуков так и не простил Конева до конца. А этот визит на юбилей был лишь красивым жестом со стороны маршала. И не больше.

Маршал Победы так и не вписался в мирную жизнь. Потому что не любил органы госбезопасности и посылал по матушке партийных работников. А еще потому, что, блестяще владея инструментами войны, постоянно пытался применять их в мирной жизни и всюду терпел поражения.

С каким ликованием принимала Одесса маршала Победы в качестве командующего округом! Но когда Жуков решил избавить город от уличной преступности путем отстрела нарушителей порядка – Одесса, умывшись кровью, сразу же возненавидела и прокляла маршала.

В Москве маршал Жуков тоже плохо приживался. Хитросплетения кремлевских интриг он не понимал и презирал.

Виктор СУВОРОВ рассказывает о событиях тех лет: «Большой театр, собрано все руководство Советского Союза. Жуков в это время – номер второй в руководстве. Это был момент, когда Хрущев и Жуков делили власть в Советском Союзе. Жуков находится в правительственной ложе, и в это время появляется человек № 1, то есть глава правительства и одновременно глава Коммунистической партии Никита Хрущев. Зал встает и стоя аплодирует Хрущеву. И только Жуков сидит и внимательно рассматривает программку. Жена его толкает локтем, говорит: «Ты хоть вид сделай». Но Жуков не считал нужным даже делать вид».