Великие мифы и легенды. 100 историй о подвигах, мире богов, тайнах рождения и смерти - Ирина Мудрова

Вдруг Ра заметил, что в городе царит какое-то непонятное оживление. Люди огромной толпой собрались на рыночной площади и что-то горячо обсуждали.

– Что там происходит? – удивился бог. – О чем эти люди так спорят?

Он вернулся в Чертог и приказал слугам немедленно привести к нему Тота.

– Ступай в город, узнай, что там случилось, а потом вернись и все мне расскажи, – велел он Тоту, когда бог мудрости и луны явился на его зов.

– Мне незачем туда ходить, я уже все знаю, – ответил Тот.

– Тогда рассказывай! – воскликнул Ра, в нетерпении взмахивая жезлом.

– Мне незачем и рассказывать, – так же спокойно ответил Тот. – Посмотри в окно.

Бог солнца повернулся к окну и оцепенел. Чего угодно он ждал, но только не того, что открылось его взору. Вдоль речной долины двигались полчища вооруженных воинов. Ярко блестели на солнце кованые щиты, развевались флаги, остро заточенные наконечники копий и стрел были нацелены в сторону дворца богов. Армия стремительно приближалась. Многие воины уже вскинули на изготовку туго изогнутые луки.

– Что это значит, Тот?! – едва смог выговорить бог солнца.

– Это значит, что они хотят тебя убить и захватить власть, – ответил бог мудрости. – Кто-то им сказал, что ты уже одряхлел и не можешь вступать в сражения. Вот они и решили, что им легко удастся тебя свергнуть.

– Ах вот как! – воскликнул Ра. – Ну нет! Я еще силен!.. Послушай, Тот. Отправляйся и приведи сюда немедленно всех богов. Я хочу знать, что они думают об этом. Пусть они скажут, как нам бороться с мятеж никами.

Вскоре в Золотой Чертог явились Шу, Тефнут, Геб и Нут. Последней пришла любимая дочь Ра – богиня веселья, любви, пляски и музыки Хатхор. Это была совсем юная и очень красивая девушка, облаченная в голубые, ниспадающие до земли одежды. Голову ее украшала корона в виде золотого диска и коровьих рогов. Эти коровьи рога символизировали небо: ведь египтяне часто изображали небеса в виде коровы со звездами на животе. Вокруг диска обвилась кобра-урей. Подняв голову, раздув шею и обнажив напитанные ядом зубы, змея грозно шипела. В руке у Хатхор был систр – музыкальный инструмент, состоящий из гирлянд металлических кружочков. Когда богиня встряхивала систром, кружочки издавали мелодичный звон.

Войдя в тронный зал, все боги пали перед владыкой на колени.

– Что случилось? Зачем ты нас позвал? – спросили они.

– Случилось неслыханное! – воскликнул Ра. – Люди, которые родились из моих слез, платят мне теперь черной неблагодарностью. Я заботился о них, щедро дарил тепло их садам и пашням, а они нацелили в меня свое оружие и хотят меня убить. Посмотрите в окно! Вот они идут с воинственными криками. Коварные предатели!.. Ответьте же мне: что нам делать? Я бы, конечно, мог испепелить их всех своими лучами, но я решил сперва дождаться вас и выслушать ваши советы.

– Нет у тебя времени выслушивать наши советы! – закричал Геб. – Армия уже окружила Чертог. Злодеи вот-вот ворвутся сюда. Убей же их скорее, иначе будет поздно.

– Да, их надо проучить, – подхватил Шу, боязливо косясь в окно. – О владыка наш, великий Ра, зачем тебе нужны наши советы? Беспощадная расправа – вот наказание, которого они заслуживают. Если бы ты даже собрал всех мудрейших богов во главе с Тотом, и они бы три года думали, как усмирить мятежников, все равно они не придумали бы ничего другого. Убей людей.

– Что ж, – сказал Ра, – если нет другого выхода…

Он подошел к окну и резко распахнул его. В тот же миг толпа воинов с яростными криками бросилась на приступ. Забряцало оружие, тонко зазвенела тетива на луках, в воздух поднялась туча стрел.

Ра произнес заклинание. Кобра-урей, дремавшая на его короне, зашипела, раздула шею и сверкнула глаза ми. Из глаз змеи, подобно молниям, вылетели сотни раскаленных лучей. Стрелы мятежников вспыхнули и сгорели в воздухе, не долетев до окна. Потом загорелась трава. В одно мгновение все поле было охвачено огнем.

Толпа смешалась, но люди не кинулись врассыпную. Они отступили, укрылись в горной расселине и продолжали из укрытия обстреливать дворец.

– Смотрите! – воскликнул Ра. – Они все еще не образумились! Горы надежно защищают их от лучей урея. – Он помолчал, испытующе глядя на богов. – Ну? Кто из вас может теперь сказать, что нам делать дальше.

– Пусть кто-нибудь из нас сам пойдет в горы и сразится с ними, – неуверенно предложил Шу.

– Кто?

Боги не ответили. Ра поочередно посмотрел им в лица, но каждый, встретившись взглядом с владыкой, тут же смущенно опускал глаза. Каждый понимал, что если сейчас сразиться с людьми, можно этим очень угодить Ра и снискать его особую милость. Но страшно было вступать в битву с такой огромной и хорошо вооруженной армией. Ра нахмурился.

– Так кто же? – Он помолчал еще немного, затем пристально посмотрел на Геба. Геб весь съежился под взглядом властелина. Он понял, что из всех богов Ра выбрал его. Ужас обуял бога земли. Опустив глаза, он пролепетал:

– Пусть это будет… твоя дочь, богиня Хатхор!

Ра вздрогнул. В очах его сверкнули ненависть и досада, лицо помрачнело. Он не хотел подвергать свою дочь опасности. Но коварный Геб поставил его в без выходное положение. Теперь Ра не мог отвергнуть предложение Геба, потому что этим он слишком явно бы показал свите, что готов пожертвовать кем угодно, лишь бы сохранить дочь. Властелину Вселенной это не к лицу: властелин должен быть суров и тверд, как гранитная скала.

Бог солнца посмотрел на Хатхор и, подавив вздох, хмуро сказал:

– Иди же и убей их, дочь моя!

– Ты приказываешь это… мне? – переспросила Хатхор.

Можно было понять ее растерянность! Ведь она была богиней любви и добра, она привыкла веселить и ублажать людей. Она всегда помогала девушкам-невестам шить наряды к свадьбе, а женщинам – заботиться о семье и растить детей. Ее музыкой наслаждались от мала до велика все египтяне. И после этого она должна заняться убийствами, как свирепая дочь бога Итаха – богиня войны Сохмет!..

Сохмет?.. Едва только Хатхор вспомнила про Сохмет, как на ум ей пришла спасительная мысль. Она, конечно, не могла ослушаться приказа владыки, не смотря даже на то, что он был ее родным отцом. Но она не могла и выполнить этот приказ – во всяком случае до тех пор, пока она была доброй богиней Хатхор. Оставалось одно: перестать быть такой богиней.

Хатхор произнесла волшебное заклинание и тут же превратилась в Сохмет.

А Сохмет, дочь Итаха, покровителя искусств и ремесел, который построил Золотой Чертог, была боги ней грозной, не знающей ни жалости, ни сострадания. Гнев ее был страшен: он приносил засухи, эпидемии и мор. Египтяне боялись эту богиню до ужаса и потому изображали ее в виде лютой львицы или женщины с львиной головой. Нельзя было без содрогания смотреть даже на статуи Сохмет.

Вот в какое чудовище превратилась добрая богиня Хатхор! В свирепую львицу.