Штурмовые бригады Красной Армии. В боях за Советскую Родину - Николай Никифоров

Вместе с тем постоянное изменение линии фронта не позволяло организовать предварительное наблюдение за действиями техники противника. В силу этого посланные в тыл противника группы длительное время не возвращались назад, теряли ориентировку, не зная, какие пункты заняты противником, а какие нашими войсками.

Наличие стабильного фронта и организованной службы боевого охранения в условиях позиционной обороны практически исключали массовую выброску групп в тыл противника. Поэтому засылка групп в конце 1943 г. стала носить точечный характер.

В связи с практически самостоятельной деятельностью групп большое значение придавалось их организации, оснащению и составу.

Выделение групп производилось в ротах, и конкретное задание их личный состав получал через командиров рот. В первую очередь отбирались добровольцы, но основное внимание уделялось подбору старших групп, от личных качеств которых во многом зависело успешное выполнение задания.

Однако организация групп в ротах в полной мере не оправдала себя. В связи с этим в каждом батальоне был создан отдельный взвод саперов-штурмовиков. Взвод предназначался для ведения диверсий в тылу противника и находился в непосредственном подчинении командира батальона.

В состав групп подбирались хорошо подготовленные саперы, знающие уязвимые места танков противника, с устойчивой психикой, но инициативные, решительные и дерзкие в действиях. Старшие групп назначались из числа сержантского состава или лучших бойцов. Для выполнения наиболее сложных заданий в тылу противника старшими групп назначались офицеры.

Задачу на уничтожение танков получали все группы, но заранее определить способ подрыва было трудно. Поэтому каждая группа получала полный комплект зарядов ВВ и противотанковых мин. Решение по подрыву принималось старшим группы в зависимости от обстоятельств. Успех действий групп во многом зависел от их подготовки к выходу в тыл и приемов борьбы с техникой противника.

Как правило, каждая группа имела задачу незаметно и как можно быстрее пройти нейтральную зону и линию фронта.

Получив район действия и задачу на уничтожение танков противника, группы не ограничивались в выборе способа их уничтожения. В зависимости от обстановки саперы минировали пути движения танков или подрывали их на месте.

Чтобы подорвать танк или автомашину на дороге, саперы-штурмовики устанавливали пути движения транспорта противника. Затем вели разведку и устанавливали на дороге, в зависимости от интенсивности движения, от двух до пяти противотанковых мин. За результатами минирования саперы-штурмовики вели наблюдение из укрытия. Так, одна из групп 71-го ошисб бригады пробралась в прифронтовое село Бандуровка. Услышав шум мотора, саперы установили на дороге две мины и укрылись на расстоянии 600 метров от установленных мин. Через некоторое время на мину наскочила автомашина противника и взорвалась. Вечером этого же дня, заметив движение по селу бронетранспортеров, штурмовики установили на улице села две мины. Примерно через полчаса на минах подорвался бронетранспортер. В ночь группа без потерь вернулась в свою часть.

Это один из приемов уничтожения боевой техники противника. Применяя метод выжидания, саперы-штурмовики по существу действовали как охотники. Слабые возможности наблюдения результатов минирования являлись существенным недостатком этого приема борьбы. Около 50 процентов всех групп, выходивших в тыл противника, не видели результатов своей деятельности. К тому же интенсивного движения в ночное время на дорогах противника не было, а саперы, не имея укрытия на день, перед рассветом уходили в свою часть.

Наиболее эффективным по действию, но сложным по исполнению было выслеживание танков и уничтожение их на месте.

Группа старшего сержанта Чудовского в составе четырех человек из 75-го ошисб в ночь с 2 на 3 декабря перешла передний край противника в районе села Местечко. В само село группа добралась лишь перед рассветом. Саперы укрылись на чердаке одного из домов на южной окраине села. В течение следующего дня группа вела наблюдение за действиями противника. Штурмовики установили, что на южной окраине села сосредоточено 12 танков, два дальнобойных орудия, одна самоходная артиллерийская установка и транспортер на гусеничном ходу.

В ночь с 3 на 4 декабря группа подорвала самоходную артиллерийскую установку и транспортер, груженный снарядами. Подрыв произведен в момент, когда часовой пошел вызывать себе смену. После взрыва противник открыл беспорядочный огонь по району взрыва, но группе удалось без потерь вернуться в расположение батальона.

Общий принцип действия штурмовиков заключался в выслеживании танков и уничтожении их на стоянках.

Кроме этого, одной из основных задач таких групп было ведение инженерной разведки. В результате выходов в тыл противника группы приносили много ценных сведений о характере укреплений противника, наличии препятствий и минных полей. Саперы засекали отдельные пулеметы, орудия, минометные и артиллерийские позиции, места сосредоточения танков, пехоты, пути подвоза. Данные разведки сразу же передавались в штаб инженерных войск армии.

В целом применение групп-истребителей танков в тылу противника давало положительные результаты в условиях танковых контратак противника и в начальный период перехода сторон от маневренных действий к позиционным. А массовая выброска групп в тыл противника была оправданна лишь при отсутствии стабильной линии фронта и наличии крупных танковых сил противника.

В период оборонительных боев планомерная деятельность групп в ближнем тылу противника также осуществлялась, но с превалированием задач инженерной разведки.

Подобные группы периодически создавались бригадами, в последующем в основном по решению общевойскового командования. Чаще всего они назывались подвижными инженерными группами или подвижными группами заграждения^[116].

Наибольший результат достигался применением этих групп на танкоопасных направлениях и при контратаках противника. Но уже не в ближнем тылу противника, а на передовых позициях наших частей.

К примеру, штурм Мелитополя включал широкое применение минных заграждений для закрепления успеха и отражения контратак. Это было новым важным звеном в развитии тактики штурмовых инженерно-саперных частей. Действия подвижных групп заграждения при штурме укрепленных пунктов по существу представляли новую страницу боевого опыта инженерных войск^[117].

В начале деятельности шисбр устройство минных заграждений вряд ли можно отнести к специфическим формам их применения. Заграждения устанавливались обычными подвижными противотанковыми резервами, куда включали саперов-штурмовиков. Так, в 10-й шисбр для прикрытия частей от возможных танковых контратак в стыки и фланги в распоряжении командира бригады находился резерв из роты саперов-штурмовиков, 10 автомашин, 1000 противотанковых и 2000 противопехотных мин. Батальоны 14-й шисбр входили в состав артиллерийско-минных противотанковых резервов, созданных во всех дивизиях армии. Этот резерв состоял из артдивизиона и роты или батальона саперов-штурмовиков. Некоторые резервы были прикреплены к определенным направлениям, другие охраняли группы направлений с готовностью выдвинуться на то направление, которое изберет противник.