Апокалипсис Средневековья. Иероним Босх, Иван Грозный, Конец света - Валерия Косякова

Настраиваясь на средневековое восприятие преисподней, рассмотрим некоторые сцены, увиденные «Павлом». Топография ада размещает его на внешней границе Океана, окружающего Землю. Ад соткан из рек огня и ледяного озера, бездонных ям мучений и колодцев боли: там нет света, но есть тьма, печаль и грусть. После посещения рая Павел, ведомый ангелом по скорбным чертогам, попадает в ад, где его крылатый спутник назидательно демонстрирует и комментирует последствия грехов человеческих. В горячей реке огня страдает множество мужчин и женщин, погружённых в неё по колено (за то, что, выйдя из церкви, впадали в спор и праздную болтовню); некоторые – в пламенеющих водах по пупок (за то, что причащались телом и кровью Христа, а затем предавались блуду); кто-то – до губ (за хулу друг друга); а иные – в реке по самые брови (кто клеветал на ближнего). Павел узрел огненную реку и увидел там человека, мучимого злыми падшими ангелами тартара (Tartaruchian), имевшими в руках железный утюг с тремя крючками (иногда железные прутья с крючками), которым они пронзали живот старика-грешника, за то, что тот, будучи пресвитером, не выполнял своего служения, а предавался еде, питию и блуду. Другого – злые ангелы толкнули с разбегу в огонь до колен, и били его камнями, раня лицо, за то, что тот был епископом и не выполнял служения. Дьякона, съевшего церковные приношения и совершившего блуд, погрузили в огненную реку до колен, а руки растянули так, что те кровоточили, черви исходили из его рта и ноздрей. Посреди реки было множество ям, наполненных мужчинами и женщинами, их пожирали черви, за то, что те при жизни взыскивали проценты с одолженных сумм. За сквернословие же – мужчины и женщины сами отгрызали себе языки. По самые губы были погружены в огонь маги, подстрекавшие к злому колдовству. В яме огня охали и причитали мужчины и женщины с чёрными лицами – блудники и прелюбодеи, грешившие, имея собственных жён и мужей. Были там юные девы в чёрной одежде, и четыре страшных ангела, положив им на шеи горящие цепи, уводили их в темноту: это женщины, втайне от родителей осквернившие свою девственность. Вредившие бедным и сиротам пожирались червями и были погружены во льды и снега. Палимые огненной рекой изменники подвешивались за брови и волосы. В яме, полной смолы и серы, сгорали до костей предавшиеся греху Содома и Гоморры. Видел Павел, как мужчин и женщин звери рвали на куски. Однако пуще прочих, заточённые в зловонном колодце, страдали в кромешном одиночестве и боли те, кто не поверил в пришествие Христа, непорочность Девы Марии и евхаристию. Мужчины и женщины, говорившие, что Христос не воскрес во плоти, были терзаемы двуглавыми червями¹⁰⁷.

Важно, что грешники плачут и стонут, сознавая совершённые в земной жизни грехи, прося Архангела Михаила о заступничестве и о прощении Христовом. При этом Архангел обращает внимание на то, что грешники проводили жизнь в мирской суете, в погоне за любодеянием и в беззаконии. Грешники продолжали молить в рыданиях Бога на престоле, явившегося в своей славе и окружённого старцами. И Сын Божий спустился с небес, говоря следующее: «Что вы (грешники) сделали, чтобы просить у меня помилования. Моя кровь излилась ради вас, и даже более того, но вы не покаялись, ради вас я носил терновый венец на голове, за вас я получал удары по моим щекам и даже более того, но разве вы покаялись? Я попросил воды, когда висел на кресте, но дали мне уксус, смешанный с желчью, копьём они пронзили мой правый бок, ради имени моего, они убили моих пророков и праведников, и я дал вам место покаяния, но вы не захотели его. Теперь, однако, ради Михаила Архангела, моего завета и ангелов, и из-за Павла, мною любимого, ради братьев ваших, которые находятся в мире и совершают поминовение, и ради ваших сыновей, ибо мои заповеди в них, и ради моей собственной доброты, в тот день, на который я воскрес из мёртвых, я даю вам всем день помилования»¹⁰⁸. Так грешники получили один день отдыха в аду – в воскресенье.

Свои видения могли излагать не только апостолы, но и монахи и даже монахини. Сестра Жакомин Костере (Jacomijne Costers) после исцеления от чумы в 1489 году создала произведение «Видения и примеры» (Visioen еп exempel), в котором описала путешествие через чистилище и ад, пройденное во время болезни. В компании её друзей была сестра Мехтильд ван Рефирен (Mechtild van Rieviren, 1497 г.), тоже облекшая в слова свой духовный опыт и полученное откровение. Произведение Жакомин было достаточно известно. Во фрагменте, где она повествует о созерцании расплаты за блуд, говорится, что души грешников (как мужчин, так и женщин) испытывали ужасную боль в половых органах, они лежали на кроватях, а по их конечностям и телам ползали змеи, жабы и прочие адские твари. Ангел пояснил Жакомин, что таково наказание для нецеломудренных людей и тех, кто совершает прелюбодеяние¹⁰⁹. Это яркое описание мук имеет очевидные параллели с босхианскими образами кар для сладострастников, потакавших грешному зову тела. Рассмотрев изображённых Босхом страдающих в аду, можно и без предварительного анализа идентифицировать их грехи: блуд, чревобесие, воровство, леность духа, обман… Часто эти грехи проявляются в бытовых образах (как выдача индульгенции) или в образах нидерландского фольклора (например, в средневековых пословицах). Разнообразный демонологический и апокалиптическй визуальный словарь мы находим в каждом триптихе Босха, поэтому приведённые тексты релевантны его творчеству в целом.

Итак, путь катящейся повозки, представленной на центральной панели, переходит в мрачные чертоги правой створки триптиха – к закономерному результату греховного раздрая – в ад, где все люди, за вычетом святых и раскаявшихся, получают возмездие, соответствующее их преступлению.

Рис. 112. Воз сена, фрагмент правой створки (Ад).

Демоны мучают и истязают грешников, сообразно их грехам. Черти строят башню. Хосе Сигуенца (Jose de Sigiienza) интерпретировал кирпичи этой башни как грехи человека, замуровывающие его. Дирк ван Дельфтский (Dire van Delf), нидерландский богослов, в своей объёмной (около тысячи страниц) книге «Справочник христианской веры» (Tafel гг Kerstenre Ghelove), написанной в духе схоластической энциклопедии, помимо прочих аллегорий, создаёт образ замка, возводимого дьяволом. Этот образ возникает в главе о семи смертных грехах – из них человек и строит себе башню заключения в аду¹¹⁰. На заднем плане босхианского ада изображён пожираемый пожаром город, в котором выделяются черты разрушающегося собора с силуэтом висельника на нём. Важной деталью является всадник на быке, повёрнутый спиной к зрителю. Всадник – очевидно фигура отрицательная, бык же – распространённый персонаж, охраняющий мост в преисподнюю. Вся эта сцена отсылает к важному визионерскому тексту XII века «Видения Тнугдала» (Visio Tnugdali), написанному братом Маркусом (Marcus) в ирландском бенедиктинском аббатстве Регенсбурга (Германия). Сей текст, созданный ещё до «Божественной комедии» Данте Алигьери и красочно описывающий путешествие в ад, был очень известен и популярен в средневековой Европе (на сегодняшний день найдено 172 рукописи и множество национальных переложений). История повествует о благородном ирландском рыцаре Тнугдале (Tnugdalus, позже имя упрощено до Tundalus), находившемся в каталепсии. Проснувшись через три дня мнимой смерти, Тнугдал поведал о своём удивительном странствии с ангелом-проводником, спасшим его душу от козней нечисти в потусторонних чертогах, где он созерцал жуткие страдания грешников в аду и блаженство праведников на небесах. В итоге душа Тнугдала отправилась обратно в своё тело с целью возвестить об увиденном в назидание людям, дабы они при жизни были смиренны, кротки и благодетельны, оберегая себя от адских кар и страданий.