СМЕРШ в Тегеране - Анатолий Терещенко

Контрреволюционный мятеж в Венгрии, именно так он тогда трактовался, подготовленный ревизионистской группой Имре Надя, спекулирующей на ряде серьезных ошибок, допущенных руководством Венгерской партии Труда, начался с мирной демонстрации студентов. Они приветствовали объявленные новой властью реформы, явно поддержанные и финансируемые Западом. Вскоре митинг перерос в массовые беспорядки, а потом в невиданную по жестокости вооруженную резню. Это был настоящий ад в духе американских триллеров с поножовщиной и стрельбой в упор.

Мятежники разоружали отделы и отделения милиции, госбезопасности, отдельные небольшие местные гарнизоны, захватывали арсеналы с оружием и боеприпасами. Убивали в первую очередь коммунистов, сотрудников органов госбезопасности, активистов и приверженцев старой власти. Деревья и столбы стали виселицами для этой категории граждан.

Вешали изощренно, за ноги со связанными за спиной руками. Поначалу охотились за «желтыми ботинками» — такого цвета обувь полагалась к униформе сотрудникам государственной безопасности Венгерской народной республики — ВНР. Так именовалась официально Венгрия с 20 августа 1949 года.

На советско-венгерской границе скопились толпы беженцев. Люди в страхе убегали от кошмара, творимого в стране. Среди них на одном из пограничных КПП обнаружился и Янош Кадар, будущий глава ВНР.

Как выяснила оперативная группа военных контрразведчиков Особого отдела КГБ округа, которую быстро сформировал и направил туда генерал Кравченко, Яношу Кадару, будучи повешенному, удалось выскользнуть из сапог, освободиться от шпагата, связывающего кисти рук, незаметно скрыться под покровом темноты и бежать от места казни. Естественно бежать в сторону советской границы. Таким образом, он прибыл к нашим пограничникам.

В основе мятежа лежал план, разработанный спецслужбами США под кодовым названием «Фокус». Согласно плану по всей Западной Европе в срочном порядке разворачивались школы по подготовке пропагандистов, диверсантов и террористов для участия в уличных боях Будапешта и других городов ВНР. Переброска их шла, главным образом, через Австрию. С пограничных венгерских городов Шо-прон, Капувар, Кесег и других эти мутные потоки контрреволюции растекались по мадьярской территории.

1 ноября 1956 года Имре Надь объявил по радио о выходе Венгрии из военной организации стран-участниц Организации Варшавского договора.

* * *

Обстоятельства, как рассказывал позже участник тех событий генерал-майор В.Е.Грачев, диктовали необходимость срочного принятия самых решительных мер. С этой целью под руководством Главнокомандующего Объединенными вооруженными силами государств Организации Варшавского договора (ОВД) Маршала Советского Союза И.С.Конева была разработана операция «Вихрь», по плану которой началась активная фаза подготовки некоторых частей и подразделений из состава войск Прикарпатского военного округа для ввода их на территорию Венгрию.

Начальник Особого отдела КГБ генерал-майор Н.Г.Кравченко, как говорится, дневал и ночевал в рабочем кабинете. Часто он вместе с командующим округом генерал-полковником Батовым Павлом Ивановичем (затем генералом армии — авт.) или начальником штаба генерал-лейтенантом Костылевым Владимиром Ивановичем выезжали в сосредотачивающиеся на границе войска.

По замыслу командования в Венгрию вводились в полном составе 11-я гвардейская механизированная Ровенская, 128-я Гвардейская стрелковая дивизия, со штабом и управлением, расположенным в городе Мукачево Закарпатской области и другие воинские подразделения 13-й и 38-й армии. Все эти части по линии военной контрразведки надо было обеспечить надежным оперативным прикрытием.

Николай Григорьевич проводил одно совещание за другим, инструктируя офицеров, заточенных на выполнение важной государственной миссии.

Получив указания из Москвы и информацию от пограничников, Н.Г.Кравченко позвонил своему заместителю полковнику Горбушину.

— Василий Иванович, зайди, есть один разговор, — интригующе проговорил генерал. Через несколько минут Горбушин уже сидел в кабинете начальника. Мягко пробили десять ударов старинные напольные часы. Тогда существовала мода иметь в резиденциях больших руководителей такие хронометры. Интенданты каким-то образом их находили и доставляли своим шефам.

— Я буду говорить без преамбул. Вот какое дело — сто двадцать восьмая вместе с другими частями включена для броска на Будапешт. Как мне докладывают оперативные работники, в Мукачево создалась сложная обстановка. Там сосредоточилось много войск. Поезжайте туда и берите руководство этой группой войсковой группой на себя, — попыхивая трубкой, это им всегда делалось, когда создавался рабочий цейтнот. Он положил на стол какие-то схемы и таблицы, полученные в штабе округа, чтобы поработать с ними.

— Мы люди военные, отвечаю, — есть! — отреагировал на приказ-предложение Василий Иванович, опытный армейский чекист, фронтовик и сотрудник в 1945 году Контрольного совета глав оккупационных зон в Германии. Это ему было поручено задание — захватить Гитлера, считалось тогда, что он скрылся. И в то же время ему и Андрею Севастьяновичу Мирошниченко советский патологоанатом полковник Шкаравский передал золотой мост верхней челюсти с девятью зубами и сильно обгоревшую нижнюю челюсть с пятнадцатью зубами. Военным контрразведчикам приказали установить и документировать их принадлежность. То есть разыскать стоматологов, лечивших Гитлера, найти историю болезни, рентгеновские снимки. И это надо было сделать в разрушенном городе. И все же наши опытные офицеры СМЕРШа выполнили приказ быстро и точно. Но это уже другая история…

* * *

Выбор генерала Кравченко оказался правильным. Горбушин по-фронтовому быстро и продуманно организовал контрразведывательный процесс, что высоко оценило и военное командование. Его деятельность не осталась не замеченной руководством военной контрразведки страны: он вскоре стал генералом и возглавил Особый отдел КГБ только что сформированной Южной группы войск.

А пока шла интенсивная подготовка частей и подразделений для ввода в страну с бушующей кровавой анархией и мракобесием.

4 ноября советские войска начали операцию под кодовым названием «Вихрь». Армейскими транспортными самолетами были переброшены в Венгрию части 31-й воздушно-десантной дивизии. Для взаимодействия с ними двинулась на венгерскую столицу 11-я гвардейская механизированная и 128-я гвардейская стрелковая дивизии.

Как отмечал участник тех событий Василий Грачев, — друг Николая Кравченко, — прохождение наших частей по Венгрии сопровождалось громкоговорящими передачами во всех населенных пунктах. В них излагались программы Яноша Кадара по ликвидации враждебных для венгерского народа последствий контрреволюционного мятежа и преодолению вооруженного сопротивления, хорошо подготовленного натовцами по плану «Фокус».

Но «Фокус» западным политическим и военным циркачам-иллюзионистам не удался.

То, что увидели наши воины на улицах и во дворах Будапешта, а также других городов, называлось не иначе как кровавый кошмар.

Самое страшное в таких событиях — это действие толпы, это обыватели, которые со спокойной совестью выполняют свою кровавую работу так же старательно, как если бы они рубили дрова или подстригали газоны. Горькая истина в том, что большая часть зла совершается людьми, которые никогда не стремились ни к тому, чтобы стать добрыми, ни к тому, чтобы стать злыми. Это была интеллектуальная жестокость обманутых людей, облученных идеологией. Нечто подобное ельцинская власть привила части общества в 1993 году, когда расстреливала свой же Парламент в центре Москвы из танковых орудий.