Русский легион Царьграда - Сергей Нуртазин

– Если не пришлете Анну, – продолжил за него Волчий Хвост на русском, – то оставит он Корсунь за собой и войско свое вместе с болгарами двинет на Царьград.

Жидковолосый смутился, но все же перевел слова Олега базилевсам, хоть и постарался смягчить их. Василий нахмурился. Вести переговоры с руссами было всегда нелегко. Ромейские хитросплетения, помогавшие им манипулировать другими народами или, по крайней мере, их послами, в случае с руссами были бесполезны. Казавшиеся с виду простодушными варварами, они были далеко не глупы и прямолинейны. О том византийские императоры знали. Чего стоили бабка Владимира Ольга, сумевшая покорить своим умом самого Константина Багрянородного, и ее сын Святослав, действовавший без хитросплетений, просто – «Иду на вы!». Да и Олег подводил войско к Константинополю, а уж потом начинал требовать выгоды. Вот и этот усатый, самоуверенный посол-воин, одетый не беднее многих вельмож, произнес слова своего господина с нескрываемой угрозой. Смотревший куда-то поверх русских послов базилевс ромеев Василий вымолвил, словно нехотя, три слова: «Мы будем думать». Устало махнув рукой, дал понять, что прием окончен.

Послы удалились. Базилевс направился в свои покои, сопровождаемый верховным паракимоменом – толстым женоподобным евнухом, несколькими приближенными слугами и телохранителями.

После приема русского посольства к стоявшему на страже царских покоев Орму подошел низкорослый ромейский вельможа, воровато оглядевшись, тихо проговорил:

– Почтенный гость Божественного базилевса, посол кесаря руссов Олег просил передать, что он будет ждать тебя у купца Векши, что живет неподалеку от монастыря Святого Мамонта.

Не дожидаясь ответа, ромей засеменил дальше.

* * *

К дому, где остановился для торговых дел киевский купец Векша, Орм подошел, когда начинало темнеть. Сухощавый, с живыми глазами, востроносый Векша встретил Орма добродушно. Отослав слугу за Олегом на монастырское подворье, где остановилось русское посольство, он усадил Орма за стол с угощениями. Поговорили о царьградской торговле, в коей Орм неплохо разбирался, перешли к беседам о житье на Руси, но в это время вошел Олег Волчий Хвост. Векша поклонился, хотел выйти, однако Олег остановил его:

– Останься, у меня от тебя тайн нет.

Поприветствовав друг друга, Олег и Орм обнялись, как братья.

– Больно зорок ты, воевода. Как приметил меня средь множества царских мечников?

– Приметил, не стар еще, да и как тебя, рыжеволосого, не приметить, твой лисий хвост издалека видать.

– Думаю, и Волчьего Хвоста, посла сегодняшнего приема, в Царьграде издали узнавать станут.

– Это и плохо, оттого и встречу тебе назначил не на посольском подворье, а у Векши. Соглядатаев ромейских там полно, за каждым шагом следят, каждое слово ловят. Так что не обессудь, друже. Не свидеться с тобой не мог.

– Тому рад я, воевода, что случилось свидание наше.

– И я, Орм.

Перемолвившись о знакомцах, заговорили о главном, что тревожило обоих.

– Ужель, воевода, рати быть? – спросил Орм.

– Владимир от своего не отступится. Упрям, норовом в отца Святослава пошел, хотя рати князь не желает. Но думаю я, придется базилевсам отдать Анну. Им сила дружественная нужна, а ныне ею может стать только Русь. Но хитрят ромеи, свое выгадывают. Да и мы не лыком шиты, некоторых из них уже одарили златом, серебром и мехами, склонив их к себе. Вон и Векша нам в том помощник был. – Купец кашлянул. – Ромеи не глупы, понимают пользу от дружбы с нами. И ваши шесть тысяч – воинство не малое и не последний довод в споре нашем с Василием. А потому будьте настороже, мало ли как дело обернется, ежели что, дам знать. Будут у тебя какие новости, передашь через Векшу.

В комнату вошел слуга, что-то тихо сказал купцу, вышел.

– Воевода, корсунский правитель Жадьберн просил тебя спешно вернуться. Дело у него неотложное, – обратился Векша к Волчьему Хвосту.

– Пора мне, Орм, забот превеликое множество. Думаю, перед отплытием посольства еще свидимся, а если нет, то Векша ежегодно в Царьград товар возит, через него вести слать буду. Прощай! Векша проводит тебя.

* * *

Прошло три дня после приема русских послов. Мечеслав, охранявший драгоценнейшие жизни императоров ромейских, лениво поглядывал на сновавших мимо царедворцев и слуг, думая о том, чтобы поскорее пришла бы смена, и тогда он со своими друзьями пойдет в городские кварталы, чтобы дать себе роздых и повеселиться на славу. Ему хотелось простоты и общения, и уже не завораживала и не удивляла, как прежде, пышность церемоний, красота и богатство многочисленных залов, покоев и дворцов. Немало успел повидать Мечеслав – Золотую столовую, Триконхий, Лавзиак, Понтион, Палату кандидатов, Оноподион, конюшни императора и маяк Фарос. Вот только в храмах христианских не бывал он, хоть и говорили, что красота там необыкновенная. Уговаривали его Стефан и Орм принять православие, кивали на соратников руссов, во множестве принявших новую веру, но не отступился Мечеслав от веры предков, носил оберег на груди своей. Не признавался друзьям, таил в себе, но не давала ему покоя и терзала сердце обида на богов своих за то, что не уберегли матушку от смерти, а сестру от полона, за то, что забрали себе Раду и продолжают требовать жертв человечьих.

Наконец настал долгожданный час. Орм, Мечеслав и Торопша отстояли на страже свое время недалеко от спальных комнат императора и, сменившись, покинули пределы Священного дворца. При выходе Орм сказал:

– Ждите меня у форума Феодосия, а мне надо повидаться с Олегом Волчьим Хвостом. При нашей прошлой встрече поминал он тебя, Мечеслав.

– Поклон ему от меня. Помню, что он для меня сделал.

– Ныне он не только для тебя – для всей Руси дело доброе вершит.

* * *

Мечеслав и Торопша встретились со Стефаном и Златом у форума Феодосия, сюда же подошел Орм, ожидали Сахамана, ставшего катафрактом базилевса и находившегося сейчас в Константинополе.

Вскоре появился и он.

– Ты, смотрю, как доместик всей рати ромейской облачился, а то и паче! Дозволишь ли нам с тобой следовать? – шутливо спросил Орм. Сахаман улыбнулся, а затем, поприветствовав товарищей, грустно сказал:

– Не далее как завтра покину я Царьград, други.

В ответ раздались вопросительные возгласы друзей.

– Пойдемте в «Золотой Вепрь», там угощу вас на прощанье хорошим вином, – ответил Сахаман.

– Да нам уже Злат обещал, – сказал Мечеслав.

– Вина много не бывает, если употреблять его с толком, – добавил Стефан.

Друзья, пройдя улицами града Константинова и войдя в заведение, расселись за одним из свободных столов. К ним подошли знакомые танцовщицы, Таисия к Мечеславу, а ее подружка к Орму. Злат тем временем поедал глазами ладный стан новенькой девушки, танцующей посреди зала.