Контрразведка ВМФ СССР. 1941-1945 - Александр Черепков

По данным ОКР «Смерш», прибывшим в Свинемюнде, англичане вели среди немцев активную антисоветскую пропаганду. Однако как только был принят первый конвой и немецкие матросы сами убедились в абсолютно корректном с советской стороны к ним отношении, настроения немцев резко изменились. В результате агентурно-оперативной работы было получено значительное количество материалов, свидетельствующих о том, что английские военные власти недобросовестно относятся к разделу бывшего германского военно-морского флота. По имевшимся в ОКР «Смерш» данным, английское командование утаивало от Советского Союза большое количество немецких кораблей, попавших к ним в качестве трофеев. Суда новейшей конструкции и малоизношенные англичане, как правило, оставляли себе, наиболее сложные приборы и часть оборудования английское командование снимало с передаваемых СССР кораблей. Корабли передавались СССР без чертежей, схем и формуляров, в то время как, по агентурным данным, вся эта техническая документация оставлялась англичанами у себя. Несмотря на то, что некоторая часть немецких матросов и офицеров более или менее добросовестно выполняла свои обязанности по доставке СССР кораблей, все же за истекшее время на принятых советской стороной кораблях «имело место несколько подозрительных на диверсию актов. 24 декабря 1945 г. на крейсере “Нюрнберг”^[230] было обнаружено намерение немецких заводских специалистов вывести из строя главные турбины. 31 декабря 1945 г. на крейсере “Лейпциг”^[231] старшина 2-й статьи Шульга обнаружил в шкафу две адские машины с часовыми механизмами и с подключенными электрическими проводами. 21 ноября 1945 г. на КТЩ типа “КФК”^[232] № 10 около дизеля была обнаружена противопехотная мина со вставленным взрывателем^[233]».

Начальник ОКР «Смерш» Балтийского флота отмечал, что, английское командование, видя, что советская сторона придает принципиальное значение каждому факту, подозрительному на диверсию или вредительство, и не оставляет ни одного из них без внимания, стало принимать, видимо, необходимые меры, в результате чего в течение января 1946 г. советские представители более не встречались с фактами, говорящими о том, что немцы ведут активную работу по выводу из строя передаваемых СССР кораблей. Н.Д. Ермолаев подчеркивая, что на принятых 50 % кораблей не было допущено ни одного сколько-нибудь существенного диверсионного акта, относил это на счет тех мероприятий, которые систематически осуществлялись командованием и ОКР “Смерш” в процессе приемки»^[234].

В период Великой Отечественной войны контрразведчики Черноморского, Северного и Тихоокеанского флотов выявляли английских и американских разведчиков в составе военно-морских миссий соответствующих стран, изучали формы и методы их деятельности, организовывали профилактическую работу в советских штабах, частях и соединениях кораблей среди военнослужащих, находившихся в загранкомандировках.

В частности, уже через три месяца после начала войны, 25 сентября 1941 г., начальник 3-го Управления НКВМФ СССР дивизионный комиссар А.И. Петров в специальном сообщении наркому ВМФ Н.Г. Кузнецову информировал, что оставшиеся на Черноморском флоте представители английской военно-морской миссии продолжали усиленно заниматься разведывательной работой. Путем личного наблюдения и бесед с командным составом они пытались подробно выяснить, какое вооружение на том или другом корабле, их тактические и ходовые качества и т. д., проявляли интерес к штату подлодок и их тактическим свойствам^[235].

Морская контрразведка полагала, что английская разведка, наряду со сбором данных о силах флота, активно изучала регион Кавказского побережья Черного моря не только со стратегической точки зрения как возможного театра военных действий, но также его экономику, взаимоотношения национальностей, проживавших в регионе.

Значительное внимание контрразведчики уделяли и информационной работе, когда в ходе борьбы с агентурой противника в отдельных частях и подразделениях флота агентурным и следственным путем вскрывались снижающие боеспособность частей существенные недочеты в боевой подготовке, состоянии дисциплины среди личного состава, сохранении военной тайны. Эта информация устно или письменно незамедлительно доводилась до командования ВМФ СССР, флотов, флотилий и береговых частей.

В этом направлении морскими контрразведчиками была проделана за годы войны большая работа, которая в силу ее специфики не поддается полному учету.

Всего органами контрразведки флотов и флотилий было направлено около 2500 специальных сообщений, из них: по специальным вопросам (о подозрительных связях военнослужащих с иностранцами, об обстановке в военно-морских базах, освобожденных от противника, и в базах противника, занятых нашим флотом) — 1054; о недочетах в боевой подготовке, боевой готовности и политическом воспитании личного состава — 415; о нарушениях в сохранении секретных документов, их утере и разглашении военной тайны — 180; по фактам аморальных проявлений, антикомандирских высказываний, плохого состояния дисциплины — 456; об антисоветских проявлениях— 292; о злоупотреблении служебным положением и фактах мародерства — 61^[236].