Курды. Потерянные на Ближнем Востоке - Максим Лебский

Но у РПК были союзники за пределами Турции. В первую очередь, это были курдские общины в Европе, которые оказывали материальную и кадровую помощь. Но также не случайно и то, что А. Оджалан с соратниками укрылся в Сирии. В столице Ливана Бейруте, находящегося в то время под контролем Сирии, Оджалан проводит переговоры с членом ДФОП Наыфом Хаватмахом. Встреча А. Оджалана с руководством ДФОП в лице Абу Лайла (Qais Abdul-Karim) произошла позже в Дамаске. Целью Оджалана на этих переговорах было убедить палестинцев в необходимости оказания ими помощи в боевом обучении курдских партизан. Взамен этого курды должны были вместе с палестинцами защищать лагерь от военных атак Израиля[383].

В известной долине Бекаа А. Оджалан создает штаб РПК за границей. Бойцы РПК проводят тренировочные сборы в боевых лагерях палестинских партизан. Между 1980 и 1982 гг. около 300 тыс. курдских боевиков прибыло на военное обучение в лагеря ДФОП. Содержание такого числа бойцов грозило большими издержками для бюджета ДФОП, и поэтому с Оджаланом была заключена договоренность о распределении курдских партизан по другим лагерям. К 1982 году РПК имело разветвленную сеть контактов с НФОП, ФАТХ, Ливанской коммунистической партией. Между РПК и НФОП завязываются особо тесные связи[384]. РПК проводила усердное политическое и военное обучение своих кадров, и поэтому снискала большое уважение среди палестинских революционеров. Абу Лайла говорил о курдских партизанах: «Эти люди были действительно серьезными, настоящими борцами, настоящими солдатами. Мы полагали, что эта группа [РПК] была самой серьезной организацией в Турецком Курдистане. Потому мы держали их [в лагерях]»[385]. В 1982 г. бойцы РПК принимают ключевое участие в обороне лагеря Хельве против вооруженной атаки израильтян. Это заложило основу для перехода в руки РПК контроля над лагерем в 1986 году. На его территории в дальнейшем была создана военная академия РПК имени Максуна Коркмаза[386].

Разгром социалистического движения в Турции побудило левых объединяться и пытаться преодолеть старые распри и расколы. В начале 1981 г. Оджалан рассылает лидерам турецких левых ряд писем, в них содержалось предложение объединить усилия для борьбы против военного режима в Турции. Одно из писем было направлено Месуту Акиолу – лидеру «Дев-Йол», который иммигрировал в Европу. Акиол назвал предложение Оджалана «очень интересным» и весной 1981 года отправился в Сирию для переговоров. По прибытии на место он посетил ряд тренировочных лагерей РПК. Обстановка на них убедила турецкого революционера в серьезности сил и намерений РПК. По итогам переговоров оба лидера договорились о сотрудничестве. «У Апо было высказывание: «Апо зажжет восстание в Турции снизу [Курдистан], а мы сделаем это сверху [в городе]»[387], – Акиол вспоминал впоследствии.

В 1982 году в Европе возник Антифашистский комитет единства за рубежом. Он объединял курдских и турецких левых политических активистов («Дев Йол» («Революционный путь»), «Девримчи ищчи» («Революционный рабочий»), Рабочая партия Курдистана, Трудовая партия Турции). В том же году было выпущенное совместное обращение, призывающее голосовать против новой конституции. Под ним подписалась Объединенная партия турецких коммунистов (ОПТК), «Ала Рызгари», НОК и РПК[388].

РПК также инициировала переговоры с лидером ПСК[389]– Д. Талабани, имевшим серьезные противоречия с ДПК. Посредником в диалоге между РПК и ПСК выступил другой видный политик Кемаль Буркай. Он возглавлял СТПК. Лидер СТПК был критически настроен к РПК и ее методам борьбы. Он обвинил организацию Оджалана в убийстве своих людей в Догубеязит в марте 1979 г. Оджалан занял на этих переговорах компромиссную позицию, согласившись признать ошибки РПК в отношении других курдских организаций, но это не способствовало созданию атмосферы доверия между РПК и другими крупными курдскими партиями. Переговоры зашли в тупик и кончились ничем[390].

Курдский вопрос был одним из центральных пунктов споров в отношениях между разными ближневосточными странами. Сирия, получавшая значительную экономическую и военную помощь от СССР, претендовала на региональное лидерство на Ближнем Востоке и выступала противником Турции и США. Противостояние между ними во многом обострилось из-за водной проблемы. Важнейшими ресурсами для засушливого Ближнего Востока являются две вещи – нефть и вода[391]. Северный Курдистан обладает ценнейшими запасами воды. Здесь берут начало две жизненно важные артерии для всего ближневосточного региона – Тигр и Евфрат.

В 1983 году в Турции был разработан генеральный план, предусматривающий использование водно-энергетического потенциала своих юго-восточных территорий. Предполагалось строительство 22-х плотин (7 – на Евфрате), 19-ти крупных электростанций, и орошение 1,7 млн га полузасушливых земель. Данный проект позволял Турции оказывать существенное политическое давление на Сирию, которая крайне зависела от Евфрата как источника пресной воды. В 1987 году между Турцией и Сирией была заключена договоренность, по которой Турция обязалась обеспечивать ежегодный сток воды на сирийскую территорию в объеме 500–850 куб. м/с[392]. В том же году президент Турции Т. Озал выдвинул проект строительства «Водопровода мира» с пропускной способностью 6 млрд тонн воды в день, из района Сейхан в восемь арабских государств[393].