Леонид Быков. Аты-баты… - Наталья Тендора

Леонид Быков в «Майских звездах» говорит со зрителем языком высокой драмы, раскрывая мужество и доброту своего героя. Достигнув предельной жизненной достоверности, убедительности и подлинного мастерства, он в который раз подтверждает истину, что для настоящего актера нет маленьких ролей.

Станислав Ростоцкий: «Есть люди, рядом с которыми хорошо, люди, излучающие какую-то добрую энергию, энергию ума и сердца. Таким человеком он запомнился мне с этой первой встречи. Может быть, именно поэтому, когда я вспоминаю сейчас дни нашей первой совместной работы, все представляется мне каким-то светлым и радостным, несмотря на трагичность новеллы, которую мы снимали с его участием. Я вспоминаю улочку старой Праги, на которую под лучами весеннего солнца въезжал танк, с лязгом открывался верхний люк, и из него высовывался советский танкист. По сценарию, у танкиста не было даже имени, не то что биографии, но его играл Леня Быков, и вместе с ним сначала на съемках, а потом в фильме возникал и утверждался характер, проявлялась биография, рождалось ощущение правды происходящего.

Да, это была настоящая старая узкая улочка Праги, настоящий, с трудом протискивающийся в нее танк, но главным условием достоверности становился живой человек, за которым ощущалась судьба поколения, жизнь взрастившей его страны, чистая и ясная душа народа.

И так было всегда и во всем, к чему прикасался Леонид Быков.

Это ощущали все участники съемки».

И это неудивительно, ведь стилю актерской игры Леонида Быкова характерны удивительная естественность и отсутствие внешней эффектности, точность психологического рисунка, внимание даже к малозначительным деталям поведения и малейшим оттенкам душевного состояния персонажа. Гибель советского танкиста на улицах освобожденной Праги в день Победы потрясает. Его герой выполняет свой долг просто, словно повседневную работу. Появляясь на экране всего на несколько минут, солдат двумя-тремя фразами перебрасывается с окружающими. Оказавшись у дома, где засел последний гитлеровец, танкист решает разрешить ситуацию, особенно когда узнает, что хозяин квартиры вчерашний узник концлагеря.

С этой минуты к бойцу прикованы глаза, мысли и сердца, как экранных героев, так и зрителей. Вот Алеша вбегает в подъезд дома, в котором засел фашист, и все, затаив дыхание, вслушиваются в стук его сапог, раздающихся по лестнице, в короткую перестрелку… В наступившей напряженной тишине медленно текут секунды томительного выжидания. И вот появляется фигура бойца. Он идет, как-то неестественно переставляя ноги и волоча за собой автомат… И, как подкошенный, падает на камни мостовой. Чешская женщина закрывает глаза советскому солдату, отдавшему жизнь за мир чужого дома. Не в силах скрыть слезы, отворачивается потрясенный непоправимостью трагедии Новак. И уходит, еще больше сгорбившийся и постаревший. И такой несправедливой нам кажется смерть русского парня в этот праздничный, пронизанный солнцем день, первый день мира!..

Оценивая работу Леонида Быкова и вспоминая слезы, невольно выступавшие на глазах у задействованной в этой сцене массовке в момент гибели его героя, Станислав Ростоцкий был, как всегда, лаконичен: «Кончилась игра – появлялась правда».

Встреча со Станиславом Ростоцким оказалась судьбоносной для Леонида Быкова. Ростоцкий заронил в душу актера желание стать режиссером, поскольку считал, что у него есть не только необходимый для этого талант, но и главный человеческий дар: «И в жизни, и в своих фильмах он всегда ощущал чужое страдание более остро, чем свое. Именно этот дар рождает бунтарей и поэтов. Именно им должен обладать тот, кто претендует на высокое звание художника. Всем своим творчеством и всей своей жизнью Быков заслужил это звание. Герои, которых он сыграл, навсегда останутся в памяти народа». Кроме этого, Ростоцкий был уверен, что интеллигентом, как и народным художником, притвориться нельзя. Для этого нужно быть таким человеком, каким был Леонид Быков.

Ростоцкий – фронтовик, снявший несколько замечательных картин о войне, именно «В бой идут одни «старики» называл лучшим фильмом о войне – по точности воссоздания характеров и атмосферы, по человечности и эмоциональной силе…

«Когда я посмотрел «В бой идут одни «старики», – вспоминал он, – я даже как-то не сразу понял, почему так глубоко тронула меня эта картина. Не понял, но ощутил чрезвычайное волнение. Я сейчас мог бы многое объяснить, но мне не хочется этого делать. Я просто люблю, и полюбил с первого взгляда эту картину.

Мы часто хорошо забываем то, что забывать не надо. Мало кто помнит или старается теперь не вспоминать, что картину приняли далеко не единодушно. Очень часто о картине говорили снисходительно: «Ну, – так сказать, – актер сделал картину, ну простим…» Время все поставило на свои места так, как происходит всегда: уходят в небытие «яркие, высокохудожественные шедевры», поднятые до небес критикой, пустопорожние, сделанные к датам, а подлинное, честное, искреннее продолжает жить. Так живут картины Лени Быкова. Потому что в них есть истинная поэзия, искренняя любовь, подлинная масштабность. Потому что за ними мы всегда ощущаем душу художника, в которой так много сочувствия к чужим горестям и бедам.

Леня Быков любил людей, любил жизнь больше, чем себя.

…Когда была премьера фильма «В бой идут одни «старики», меня не было в Москве, но мне удалось прислать телеграмму, и Леня прочитал эту телеграмму вслух со сцены. Я ее послал от трех процентов оставшихся в живых мальчиков 1922 года рождения. Я знаю, что Леня очень гордился этой телеграммой… Хорошо, когда мы успеваем сказать человеку добрые слова при жизни.

Мне приходилось бывать иногда в среде летчиков, это совершенно особая среда. И Леня это понял, и Леня это знал, потому что он сам был этим летчиком, он был в своих мечтах летчиком. Простите, он даже погиб, как Гастелло. И я знаю, как смотрели этот фильм.

Вы знаете, что такое летчик? Я сидел однажды в штабе штурмовой авиации в Москве, приходили летчики, которые докладывали одно и то же: фамилия, имя, отчество, летаю на «Иле» или на «Лавочкине», 25 боевых вылетов. Нормально. Ему говорили: «Летишь туда-то». Следующий: «15 боевых вылетов». – «Уходи». Вошел летчик и сказал: «125 боевых вылетов». Все генералы встали. Потому что истребитель в небе ведет рыцарский поединок с противником, один на один…

Леня Быков, конечно, был народным героем. Потому что он был поразительно хороший человек. Он был добрым, он жил жизнью народа. Для меня совершенно не важно, кто он: русский, украинец – он замечательный человек. Благодарю судьбу за то, что она свела меня с этим человеком.

Такие, как Леня Быков, не умирают. Они уходят, чтобы вернуться к нам и навсегда остаться в наших душах Человеком, Художником, Гражданином».

В газете «Культура» 17 декабря 1998 года Станислав Ростоцкий в добавление к сказанному писал: «Леня Быков был поразительным актером, замечательным режиссером, но, главное, во всем, чем он занимался, и просто в обычной жизни он всегда оставался Человеком! Человеком невероятной скромности, огромного таланта, неистребимой энергии; Человеком, излучающим свет и добро. Как же нам и в искусстве, и в жизни не хватает сейчас таких людей…