Военно-морской флот Третьего рейха. 1939-1945 - Фридрих Руге

17 сентября. Английские самолеты потопили в Бенгази итальянский эсминец, еще один подорвали на магнитной мине.

20 сентября. Английские торпедоносцы потопили два итальянских эсминца вблизи Тобрука.

9–14 октября. Операции англичан по проводке конвоев идут без потерь. Порожний конвой успешно проследовал с Мальты в Египет.

11–12 октября. Бой в лунную ночь между английским легким крейсером «Аякс» и 4 итальянскими эсминцами и 3 миноносцами. После напряженной схватки итальянцы потеряли эсминец и 2 миноносца.

Хотя было очевидно, что у итальянских ВВС и флота никогда не хватит сил для выполнения задач в Средиземном море, Муссолини предложил направить бомбардировщики в помощь люфтваффе при налетах на Лондон; в районе Па-де-Кале эти части понесли тяжелые потери, ничем не проявив себя. Начиная с июня 1940 г. итальянские подводные лодки выходили через Гибралтарский пролив в Атлантику, чтобы атаковать торговые суда. С сентября эти лодки были перебазированы в Бордо, поскольку они не годились для действий на Средиземном море из-за своих больших размеров.

Когда Италия вступила в войну, она имела в Итальянской Восточной Африке 7 старых эсминцев, 2 торпедных катера, 8 новых подлодок и несколько торпедных катеров. Их попытки воздействовать на интенсивное судоходство в Красном море закончились весьма скромными результатами. Из 590 конвоев, которые прошли мимо итальянских наблюдательных постов, только два были атакованы, да и то с сомнительными результатами. Итальянские подводные лодки потопили только один пароход. Правда, их команды испытывали затруднения от газов, образовывавшихся во время длительных погружений в теплой воде, но более целенаправленное обучение в мирное время позволило бы преодолеть эту трудность.

Итальянские наземные войска в Восточной Африке, насчитывающие 350 тыс. человек, неважно вооруженные и имевшие 300 самолетов и 200 легких танков, чувствовали себя отрезанными от родины. Когда началась война, они не сумели нанести энергичный удар по Судану и, далее, вниз по Нилу. Их незначительные успехи и захват Британского Сомали не имели существенного значения для кампании в целом.

УПУЩЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Итак, потребовалось всего лишь несколько месяцев, чтобы мир увидел военную слабость и политическую нерешительность Италии. Эти недостатки не замедлили сказаться и на военных результатах держав Оси. Осенью 1940 г. Гитлер понял, что о десанте в Англию не может быть и речи и что люфтваффе не удалось ни победить королевские ВВС, ни заставить островитян просить о мире. Именно тогда он с запозданием попытался использовать политические возможности, которые давала его победа над Францией. В июне к Оси обещала присоединиться Испания в обмен на поставки материальных средств и вооружения. Но когда Гитлер 23 октября 1940 г. встретился с Франко в Андае, испанский лидер оказался не готовым к вступлению в союз. Каудильо на собственном опыте узнал, насколько важно обладать безопасными морскими коммуникациями между Северной Африкой и Европой. Поэтому неудивительно, что он больше находился под впечатлением негромких побед английского флота в Средиземном море, чем блестящих успехов немецкой армии во Франции. И в Андае, и последующих переговорах Франко выдвигал условием его вступления в войну на стороне держав Оси вторжение в Англию или захват Суэца. Поскольку ни одно из этих условий так никогда и не было выполнено, то и не могло быть речи о захвате Гибралтара. Англичане надежно контролировали оба входа в Средиземное море и Мальту как связующее звено между ними.

Еще одна уникальная возможность сама пришла в руки Гитлера после падения Франции, когда группа военных лидеров Японии, имеющих влияние в политических кругах, прощупывали почву для военного союза с Германией. Гитлер так и не потрудился серьезно рассмотреть их предложение. Вряд ли будет большим преувеличением утверждать, что в случае создания такого союза ход войны мог повернуться по-иному. Может показаться, что бесполезно говорить о событиях, которые никогда не произошли, можно возражать, поскольку Соединенные Штаты наверняка бросились бы на помощь Великобритании, если бы тогда Япония выступила на стороне Германии. Но даже в этом случае готовность США к войне летом 1940 г. была гораздо ниже, чем в декабре 1941 г. Более того, Англия оказалась бы в тисках, причем в самый неподходящий момент. Ей пришлось бы уменьшить численность флотов метрополии и Средиземного моря, чтобы удерживать позиции в Юго-Восточной Азии. Это сразу же облегчило бы положение Италии на Средиземном море. Новая Зеландия и Австралия не смогли бы направить войска в Египет и Восточную Африку. Войска из Англии пришлось бы посылать в Малайю, а не в Египет. И не забудем, что летом 1940 г. британское Адмиралтейство уже подумывало об уходе из Восточного Средиземноморья, хотя не было никакой угрозы со стороны Японии.

Случись все это, то, вероятнее всего, Испания и Франция также выступили бы на стороне Германии. Представим себе, что Роммель уже высадился в Северной Африке в начале осени 1940 г.; что итало-немецкая стратегия в Средиземноморье ведется более энергично – и мы увидим, какие возможности упускали вожди Германии из-за того, что они решительно не понимали специфических особенностей противника и оценивали его с позиций континентальной стратегии. В то время можно было захватить и Гибралтар, и Суэц. Из этих баз можно было развернуть активные действия против судоходства Англии в Атлантическом и Индийском океанах, а Средний Восток оказался бы под влиянием стран Оси. Такой шанс сохранялся в течение всего нескольких недель, но диктаторы не сумели правильно оценить ситуацию. Заключение трехстороннего пакта между Германией, Японией и Италией 27 сентября 1940 г. ни в малейшей степени не заменило неспособности предпринять вовремя правильные действия.

ГРЕЦИЯ

Представляется забавным, что поездка Гитлера на встречу с Франко позволила Муссолини применить силу против Греции. В свою очередь, это привело к усилению давления английской морской мощи на уже и без того ненадежные позиции Италии. Гитлера не было в Германии, и, когда он узнал о готовящемся вторжении, было уже слишком поздно, чтобы предотвратить его. Вторжение было осуществлено 28 октября 1940 г. из Албании и в тактическом отношении оказалось плохо подготовленным – шторм помешал запланированной высадке десанта в составе дивизии в заливе Арта, к югу от греческих позиций. Операция планировалась без учета обстановки на море. Наиболее важной военной целью в Греции был остров Крит, с которого и три тысячи лет назад удобно было обеспечивать господство над всем Восточным Средиземноморьем. Поскольку Италия не заняла остров, это сразу же сделали англичане. За два дня они создали базу в заливе Суда, которая использовалась как пункт стоянки кораблей на середине длинного маршрута от Мальты до Александрии; отсюда можно было держать под ударом итальянские коммуникации между Италией, Додеканесом и ливийскими портами.

Как политически, так и стратегически итальянская авантюра в Греции – и ее негативные последствия – привела Грецию в лагерь союзников как раз в то время, когда Ось крайне нуждалась в мире на Балканах. С аэродромов в северо-восточной части Греции авиация союзников могла теперь поражать румынские нефтепромыслы, стабильная работа которых была очень нужна остро нуждающимся в топливе державам Оси, если они были намерены продолжать войну дальше.