Немецкая мотопехота. Боевые действия на Восточном и Западном фронтах. 1941-1945 - Франц Куровски

– Резерв ко мне!

Юттнер двинулся вперед с резервным взводом, дошел до передовой и увидел, что русские уже перехлестнули боевые порядки роты.

– Вперед, ребята!

Они ударили слева, попали под первый огонь противника и схватились с ним в ожесточенной рукопашной. Капитан Юттнер, действуя в первых рядах, звал своих бойцов за собой вперед. Прежние позиции были очищены от неприятеля. Семьдесят красноармейцев были взяты в плен.

Этот бой стал первым в череде восьмидневных тяжелых сражений.

Сосредоточением огня и эшелонированием обороны Юттнеру удалось оттеснить неприятеля, прикрыть возможные участки прорывов и укрепить старые оборонительные позиции.

На третий день боев русские полагали себя в непосредственной близости от своей цели. Их артиллерия снова начала огневую подготовку, ведя обстрел из всех стволов. Он длился час, затем неприятель пошел в атаку. На этот раз вместе с пехотой в атаку пошли и кавалерийские части, чтобы ускорить прорыв германских позиций.

Юттнер увидел в бинокль, что внезапно в передовых БТРах захлопнулись люки, – те были готовы следовать за авангардом кавалерийских частей.

– Связной, передового арт-наблюдателя ко мне! – приказал он.

Затем он отдал приказ выдвинуться вперед расчетам станкового пулемета и 37-миллиметрового противотанкового орудия.

– За мной, вперед!

Под огнем неприятеля перебежками они стали сближаться с первыми несущимися мимо них конниками.

– Не отвлекайтесь на кавалеристов! Пусть они себе скачут! – крикнул своим людям Юттнер.

Задыхаясь от бега, они добрались до холма, который командир батальона давно приметил себе именно для этой цели.

– Установить оружие! Огонь!

Дружно ударили карабины. Станковый пулемет кинжальным огнем с фланга ударил длинными очередями по вырвавшимся вперед кавалеристам. Чуть погодя и «тридцать седьмой» открыл огонь разрывными снарядами.

Юттнер смог воочию убедиться, что русская кавалерия становится совершенно беспомощной, попав под неожиданный фланговый огонь. Кони смешались, всадники попадали с них, атака мгновенно захлебнулась. Выжившие в этом хаосе побросали своих коней и бросились бежать.

– Ударной группе приготовиться к контратаке! Тяжелые орудия подтянуть и прикрывать атаку огнем!

Капитан вскочил на ноги. За спиной он слышал глухой топот подбитых гвоздями сапог своих товарищей. Рядом с ним пронеслись несколько трасс пулеметных очередей. Рявкало противотанковое орудие, взахлеб трещали автоматы. Группой они бросились на врага, пробились сквозь его ряды и вырвались на простор.

Но внезапно перед капитаном как из-под земли возникла группа красноармейцев. Юттнер увидел огненную трассу очереди, несущуюся к нему. Он бросился на землю, лежа выпустил в неприятеля все оставшиеся в магазине своего пистолета-пулемета патроны, вставил новый магазин и снова дал короткую очередь. Затем вскочил на ноги и бросился к пулеметному гнезду противника. С лежавшими за пулеметом и непрерывно ведущими огонь красноармейцами было покончено за несколько секунд. Затем он побежал к основной траншее. Спустя пять минут они снова овладели потерянной было позицией. Батальон отразил атаку целого кавалерийского полка противника и нанес ему значительный урон.

В последующие дни советские войска продолжали свои попытки прорыва оборонительных позиций батальона. Но везде, где им удавалось вклиниться в нашу оборону, неизменно появлялся капитан Юттнер. Он был ранен, как и каждый второй боец его батальона, но оставался в строю. На участке фронта, который удерживал батальон Юттнера, были взяты в плен солдаты из состава трех советских дивизий. Через восемь дней русские прекратили попытки своего прорыва к Смоленску.

Капитан Юттнер был представлен к награждению Рыцарским крестом. Он получил эту высокую награду 14 декабря 1941 года и при этом сказал:

«Везде и всегда, в наступлении и при обороне, рядом со мной были мои отважные мотопехотинцы. Я горд тем, что мне выпала честь вести в бой таких солдат и товарищей; эту высокую награду они по праву могут разделить вместе со мной».

8-й пехотной дивизии в ходе зимнего наступления удалось подойти почти вплотную к Москве. Но на этом рубеже она была отозвана с фронта, чтобы вместе с 5-й и 28-й пехотными дивизиями быть преобразованной в егерскую дивизию. Судьба, однако, судила иначе. В то время как командование 8-го армейского корпуса действовало под Сталинградом, 28-я пехотная дивизия была переброшена в Крым. Но 5-я и 8-я егерские дивизии были направлены на северный участок Восточного фронта и заняли позиции в районе Старой Руссы на берегу озера Ильмень. Здесь эти две дивизии стали ядром «группы Зейдлица», образованной для деблокирования котла под Демянском.

1 января 1942 года Юттнер был произведен в майоры и продолжил командовать 3-м батальоном. Важнейшей предпосылкой для нового предприятия стала лыжная подготовка батальона. Начиная с этого момента пехотинцы должны были научиться действовать как горные егеря, бегать на лыжах и при этом стрелять.

Прорыв котла «группой Зейдлица» начался 16 марта 1942 года. Во главе наступавших частей двигался батальон Юттнера. Он подошел к еще скованной льдом реке Редья. Здесь, в сожженной дотла деревеньке, ему пришлось отразить фланговый удар советских войск. После этого батальон стал наступательным резервом дивизии.

Несколько позднее, когда маршрут наступления дивизии был расчищен от крупных сил противника, батальон Юттнера снова продолжил наступление. Он занял местечко Череншицы, чтобы предотвратить возможность рассечения врагом сил дивизии. Кроме этого, местечко это надо было удерживать еще один день.

Несмотря на значительный перевес в силах у неприятеля, Юттнер смог выполнить этот приказ. Когда он со своим батальоном снова пробился к дивизии, ему с его мотопехотинцами пришлось охранять пути снабжения дивизии от рассеянных частей неприятеля.

На 19 апреля 5-я и 8-я егерские дивизии приблизились к рубежу реки Ловать на десять километров. Оставалось лишь нанести последний решительный удар. Но ни у одного батальона больше не было для этого сил.

На этом решающем этапе операции дивизия снова бросила в бой ударный батальон. Капитан Юттнер получил приказ: 20 апреля во что бы то ни стало достичь Ловати и установить контакт с выходящей из котла группой Эйке.

Обергруппенфюреру войск СС Эйке со своей 3-й танковой дивизией «Мертвая голова» удалось прорвать вражеское окружение и вырваться из него. Теперь им требовалось срочная поддержка[40].

Тем временем наступила распутица, и все пространство слева и справа от шоссе превратилось в одно колоссальное болото, из которого выглядывали небольшие песчаные островки. Но островки эти были заняты красноармейцами.