Тайны серебряного века - Анатолий Терещенко

Балерину-бесстыдницу чуть было не уволили из театра. Однако за нее заступился царь, а вот директор театра И. А. Всеволожский подал в отставку. И дело тут не только в отцовской польской крови, в которой якобы заложен ген неприятия России как поработительницы Польши, а в характере танцовщицы с присущими ей такими качествами, как гордыня, тщеславие, честолюбие.

А как известно, честолюбие, спесь, чванство — великие соблазнители того, кто поднимается над своими ближними. Это простейшая форма искания награды, потребность в подтверждении своего превосходства, как правило, сопровождается желанием слышать от других по своему адресу лесть, похвалы, возвеличивание. Но когда у таких людей теряются мораль, нравственность, порядочность и совесть, то появляется лестница для карьерного восхождения. По ней, даже шаткой и непрочной, подобные типы карабкаются наверх.

Ради утверждения себя она готова на всякие подлости. Это было в 1886 году. Малечке всего четырнадцать лет, но она расстроена помолвкой дочери британского дипломата с неким шотландским танцором Джоном Мастерсоном. Дабы проверить силу своих юных чар, Маля предложила Джону сходить с нею в ближний лес по грибы, где их повстречала незадачливая английская невеста. Потом она жаловалась подруге:

— Я видела их там, они якобы собирали грибы… Глупость все это… Они там целовались, она была почти голой… И вот тут стоп-кадр. Давайте рассуждать. Разве могли разведчики из легальных резидентур великих европейских стран оставить в покое это чванливое существо, имеющее широчайшие связи среди высокого чиновничества двора, в том числе и военного, а вдобавок глубоко уязвленное и униженное? Конечно нет!

И оно, это существо, уже представляло интерес для разведок. Это был готовый кандидат на установление доверительных отношений, а в дальнейшем и вербовку в качестве агента. Конечно, прямых документальных материалов спецслужбы не оставляют и умеют надежно хранить в тайне не только реальные имена, но и псевдонимы.

А вот косвенных признаков полно. И главный признак — деньги. Период молодой исполнительницы больших финансовых средств не дал. Общение с Ники тоже не смогло озолотить Кшесинскую. Но через ее постель или альков проходили великие князья, члены царской фамилии. Конечно же богатая и агрессивная английская разведка МИ-6 не могла остаться в стороне.

Биограф балерины Геннадий Седов по этому поводу писал:

«Окружающие диву давались, с каким самообладанием играет она новую свою роль фаворитки. Ни тени сомнения или неловкости, напротив, ведет себя так, словно всю жизнь только и делала, что приятельствовала с членами царствующего дома, содержала изысканный салон, купалась в роскоши.

Петербург живо обсуждает ее наряды, покупки, выезды в лакированной коляске с мальчиком-пажом на запятках, гульбище, устроенное ею в особняке на Английском: шесть великих князей за столом, умопомрачительные подарки…»

В таких условиях завязывались контакты и с реальными врагами престола и монархического строя — с революционерами-террористами и еврейскими радикалами, ненавидевшими царский трон как первопричину их притеснения в виде черты оседлости — границы территории, за пределами которой запрещалось постоянное жительство евреям, и прочие ограничения.

Историк А. Б. Широкорад отмечал:

«Возникает вопрос, как нищая танцовщица Матильда Кшесинская стала одной из богатейших женщин России? Жалованье солистки Мариинского театра? Да она больше на наряды тратила! Связь в 1890–1894 годах с наследником престола цесаревичем Николаем? Там тоже были гроши. В конце 1890-х годов Кшесинская покупает загородный дворец в Стрельне. Балерина капитально отремонтировала его и даже построила собственную электростанцию…»

— Многие мне завидовали, — с гордостью отмечала она, — так как даже в Зимнем дворце не было электричества.

Кстати, в стрельнинском дворце Кшесинской накрывались столы на тысячи с лишним персон. В дни рождения Матильды даже менялось железнодорожное расписание поездов, проходивших через Стрельню.

Весной 1906 года она покупает участок земли в Северной Пальмире и заказывает архитектору Александру фон Гогену строительство очередного дворца. Темпы и масштабы стройки были удивительны, — уже к концу 1906 года строительство двухэтажного дворца с внушительными размерами по площади (длина 50 метров и ширина 33 метра) считалось законченным.

Опять встает вопрос об источниках финансирования этой стройки. Прямых ответов нет, а есть только прочные догадки.

Одним из почитателей таланта балерины был барон Гораций Осипович Гинцбург — банкир-миллионер и меценат. Кстати, он возглавлял еврейскую общину Санкт-Петербурга. Это он подарил «милой Маличке» тот самый дом на Каменном острове, до сих пор известный как «особняк Кшесинской», который облюбовал после возвращения из-за границы в 1917 году Ленин. Что это — подарок? А быть может, гонорар? Но за что, за какие дела? Несомненно, за проделанную важную какую-то работу…

Немного истории.

Банкирский дом Гинцбургов был основан Евзелем Гавриловичем и находился на Английском проспекте. Сам основатель почему-то оказывал огромные услуги не российским промышленникам, а немецкому герцогству Гессен, исторической родине русской императрицы Александры Федоровны. Немцы отметили старания делового еврея Евзеля, присвоив звание барона с правом перехода этого титула к старшему сыну Горацию, который оказывал финансовую поддержку лично самой царице, а взамен передавал ей списки просьб к ее венценосному супругу, многие из которых беспрекословно исполнялись…

* * *

Мощи России боялись всегда и во все времена европейские государства, особенно англосаксонского происхождения, поэтому делали все от них зависящее, чтобы приостановить ход прогрессивных реформ. Как только они почувствовали приход на политико-экономический подиум реального реформатора, каким являлся Столыпин, то сразу последовала команда своим разведкам — «фас».

Нужно было убрать с дороги, физически устранить трезвомыслящего и многообещающего политика, что и было сделано руками сиониста Богрова, связанного и с русской контрразведкой, и с английской разведкой.

Столыпин в равной степени был ненавистен как революционерам, ядро которых составляли евреи, так и британским политикам, опасающимся любого укрепления России. Но вот что интересно — балерина и убийца были знакомы!

Мадам Кшесинская 24 августа 1911 года неожиданно и тайно покидает Петербург и едет в Киев, не предупредив никого из близких о поездке. Послушаем по этому поводу биографа Матильды — Джину Вронскую:

«Матильда так устроила (или устроили ей. — Авт.), что оказалась в одном вагоне с премьер-министром Столыпиным…

Ее ложа находилась напротив ложи государя. Минуту спустя внизу, в партер, прошел Столыпин. Матильда внимательно следила за действиями элегантно одетого молодого человека — Дмитрия Богрова (он же — Мордка Богров), сына богатого киевского адвоката, внука еврейского писателя, принявшего православие (выкреста. — Авт.), брата революционера, дружившего с Лениным. Кроме того, известно, что Дмитрий был агентом царской охранки под псевдонимом «Аленский».