Лев Рохлин. Сменить хозяина Кремля - Александр Волков

Возможно, это ускорило ход важных событий. Оказавшись депутатом, не входящим ни в одну из парламентских фракций, Рохлин тут же лишился поста председателя Комитета по обороне. Но, несмотря на это, он не отчаялся, его политическая активность значительно возросла. «Мне стало проще, — говорил он. — Не надо отвечать за Комитет, у меня теперь руки развязаны».

Движение принимало в свои ряды все организации, с которыми наши цели и задачи совпадали. Особенно тесные связи наладились с казачеством, естественно, с оборонщиками, которые могли нас поддержать и транспортом, и обеспечить митингующих продуктами, палатками, матрасами. Особое внимание было к военной науке, как мозговому центру Военно-промышленного комплекса, чей авторитет мог качнуть в сторону ДПА десятки тысяч людей интеллектуального труда.

Вспоминает Юрий Петрович Савельев — доктор технических наук, профессор, ректор Балтийского государственного тех. университета «Военмех» (1987–2002 гг.):

— В Санкт-Петербург Лев Яковлевич приезжал с миссией создания Движения «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» в июле, потом— в начале сентября 1997 года, а в декабре прилетел специально на мой 60-летний юбилей, когда Учредительный съезд уже прошел и организация активно начала разворачивать свою работу. Накоротке нам удалось переговорить. Рохлин отчетливо дал понять, что рассчитывает на меня в привлечении в ДПА ученых и специалистов, работающих на военно-промышленный комплекс. Собственно, фактически он и стал вдохновителем создания Межрегионального общественно-политического движения «Конгресс работников науки, техники, образования, здравоохранения и культуры», в который впоследствии вошли тысячи моих коллег. Более того, в феврале следующего года он снова прилетел в Петербург для участия в Учредительной конференции Конгресса и выступил в переполненном зале Дворца культуры на площади Льва Толстого с политическим докладом о состоянии военной, экономической и социальной обстановки в России. Огромный зал стоя приветствовал одного из влиятельнейших лидеров России. Традиционно революционный Питер готов был идти за «мятежным» генералом — его идеи были нам близки и понятны. И если бы он в июле 1998 года дал команду выйти на бессрочный пикет антинародной власти, наш город организованно пошел на площади Санкт-Петербурга, а многие земляки поехали бы и в Москву.

Тесные отношения у Рохлина сложились с приведшими к власти Ельцина, а потом разочаровавшимися в нем шахтерами. Генерал лично встретил их на вокзале и, несмотря на грозные предупреждения замминистра юстиции Павла Крашенинникова, проводил на Горбатый мост. Шахтеры под стенами Белого дома расставили палатки и встали в многомесячный пикет. Рохлин там часто бывал. Приходили они «стучать касками» и в Государственную Думу — вначале с чисто экономическими требованиями, а потом и с политическими.

Вел переговоры Рохлин и с людьми, занимающими в стране определенный социальный статус, имеющими влияние в той или иной прослойке населения страны. Мартин Шаккум предоставлял теле- и радиоаппаратуру, на его телестудии я с опытными специалистами монтировал агитационные ролики ДПА, документальные фильмы. Бэлла Куркова присылала из Питера телевизионные группы, которые, бесплатно отсняв материал, тут же отдавали мне пленки и вечерним экспрессом отбывали назад. Говорят, что особые отношения Лев Яковлевич строил с мэром Москвы Лужковым и в день, когда Рохлина застрелили, у них намечалась очередная встреча. А вот что пишет в книге «Власть в тротиловом эквиваленте» бывший министр информации ельцинского правительства Михаил Полторанин:

«Рохлин задумал создать протестное «Движение в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» (ДПА) — искал сподвижников среди известных политиков-государственников. В его кожанЬй папке лежали черновые наброски Декларации ДПА, воззваний, уставных документов. Он хотел, чтобы я вчитался в них повнимательнее и привел в надлежащий вид. И еще он хотел, чтобы я стал членом ДПА.

…Рохлину я сказал:

— Я офицер запаса, командир артиллерийской батареи, но официально вступать в ДПА не намерен. Это нецелесообразно, это может повредить делу. Потому что многие помнят меня как человека из команды Ельцина и начнут подозревать ДПА в связях с Кремлем. Они же не знают наших отношений с президентом. Но я за ДПА и буду помогать вам всем, чем могу. Я к вашим услугам!

…Готов ли Рохлин использовать ДПА как трамплин для избрания в президенты России — сторонников у него набралось бы достаточно? Страна нуждалась в своем де Голле. «Ни при каких обстоятельствах, ради такого не стоило разводить бодягу с Движением» — это была твердая позиция генерала. (Да и кто бы дал ему возможность хотя бы зарегистрироваться кандидатом!) После убийства Льва Яковлевича борзописцы от Олигархата врали обществу: он задумывал военный мятеж, чтобы самому занять кремлевский трон и стать диктатором. Говорю как на духу: это совсем не так. Рохлин вообще не помышлял о политической карьере (прикипел к армии) и деспотическими замашками не отличался — диктаторы не берегут так жизнь своих солдат, как это делал генерал на Чеченской войне.

…Рохлин согласился, что члены ДПА должны располагаться на двух уровнях. На первом — это открытое политическое движение, где собраны офицеры запаса, родители солдат срочной службы, казачество, интеллигенция, рабочие, шахтеры, моряки… Они участвуют в демонстрациях и других уличных акциях, не опасаясь «топтунов». А на втором, как бы подпольном уровне — это тайная группа верных соратников из действующих генералов Минобороны, МВД, ФСБ и действующих командиров войсковых подразделений. Им нельзя засвечиваться на публике, чтобы сразу не угодить под ельцинский нож. Они должны контактировать только с лидером ДПА и готовить к общей операции свои участки.

К моему удивлению, среди действующих генералов и командиров войсковых частей нашлось немало решительных патриотов, готовых постоять за страну… После убийства Льва Яковлевича перепуганный Ельцин был вынужден провести массовую чистку командного состава «по площадям»: под нож попали причастные и непричастные.

«Семью» ненавидели— что естественно! — те, у кого высасывал кровь этот спрут. Но даже некоторые попутчики Кремля не прочь были помочь генералу положить конец затянувшемуся «царству троглодита». С одним знакомым банкиром я договорился о выделении для нужд ДПА крупной суммы. Поехали с Рохлиным в банк.

— Лев Яковлевич, — сказал я ему по дороге, не раскрывайте полностью карты. Черт знает этих банкиров, вдруг в Кремль настучит. Скажите, что деньги нужны на газеты, боевые листки — на пропаганду идей ДПА.

Кофе, французский коньяк, полутемная комната, обнюханная секьюрити, — все по западному стандарту. И приветливый хозяин, российский Ротшильд, без всякой фанаберии, с интересом взиравший на мятежного генерала. Рохлин изложил ему версию с пропагандой идей, которую мы обговорили в машине.

— Что вы мне голову морочите — боевые листки, газеты, — завелся банкир. — Не для того генералы объединяются. «Семья» всех подняла против себя — какие еще призывы нужны?.. Вы мне прямо скажите, сколько вам надо средств на гранатометы, на снайперские винтовки, на автоматы, на взрывчатку, чтобы поднять до неба кортеж. Я дам.