Разгадка 1937 года - Юрий Емельянов

Особенно значительными оказались неудачи в ходе реализации программы развития сельского хозяйства. После того как коллективизация охватила большую часть села, валовой сбор зерна сократился с 733,2 млн центнеров в 1928 году до 698,7 млн. Резко сократилось поголовье животных. В то время как в 1928 году в СССР было 32 миллиона лошадей, к 1934 году их осталось 15,5 млн. Поголовье крупного рогатого скота сократилось за этот период с 60 млн до 33,5 млн. За эти же годы поголовье свиней уменьшилось с 22 до 11,5 млн, а овец — с 97,3 млн до 32,9 млн.

Следствием такого резкого сокращения поголовья домашних животных явилось и соответствующее уменьшение производства и потребления мяса в стране. Бурный рост городского населения лишь усугублял нехватку мясных продуктов. В 1929 году средний горожанин потреблял 47,5 кг мяса, в 1930 году — 33 кг, в 1931 году — 27,3 кг, в 1932 году — менее 17 кг. Нехватка мясных продуктов лишь отчасти компенсировалась увеличением потребления картофеля и хлебопродуктов. Таким образом, осуществление одной из основных целей коллективизации — обеспечение полноценным питанием растущего населения городов, — было в значительной степени сорвано.

Отчасти невыполнение плановых заданий было вызвано объективными причинами. В 1931–1932 годах в хлебопроизводящих районах стояла необычно засушливая погода, как это периодически случалось в нашей стране за ее многовековую историю. Невиданный по своим масштабам мировой экономический кризис, поразивший капиталистические страны, нанес удар и по нашей стране, так как на мировых рынках упали цены на многие продукты экспорта из СССР. Падение цен на готовые изделия западных стран в условиях кризиса не компенсировали потери, которые понесла советская экономика от снижения цен на хлеб, древесину, нефть и прочие товары вывоза.

В то же время значительная часть вины за провалы в выполнении плановых заданий несла правящая партия. Объясняя причины невыполнения плановых заданий, Сталин в июне 1931 года говорил: «Не хватило уменья использовать имеющиеся возможности. Не хватило уменья правильно руководить заводами, фабриками, шахтами…. И именно потому, что умения руководить предприятиями не хватило, — именно потому план оказался невыполненным».

В феврале 1931 года Сталин поставил вопрос: «Есть ли у нас правильное хозяйственное руководство фабриками, заводами, шахтами?.. К сожалению, не всё тут обстоит благополучно… Надо признать, к стыду нашему, что и среди большевиков есть немало таких, которые руководят подписыванием бумаг. А вот, чтобы вникать вдело, овладевать техникой, стать хозяином дела, — на этот счёт — ни-ни».

В июне 1931 года Сталин назвал и другие огрехи партийного руководства экономикой: «У нас есть еще немало хозяйственников, которые „не верят“ ни в механизацию, ни в договоры с колхозами».

Говоря об «обезличке», то есть «отсутствии всякой ответственности за порученную работу… за механизмы, за станки, за инструменты», Сталин утверждал: «Не может быть сомнения, что наши хозяйственники достаточно хорошо понимают всё это. Но они молчат. Почему? Потому, очевидно, что боятся правды…»

Сообщая о нежелании коммунистов выдвигать на руководящие должности на фабриках и заводах беспартийных, Сталин говорил: «На этом основании они нередко оттирают способных и инициативных беспартийных товарищей, выдвигая на первое место партийцев, хотя и менее способных и неинициативных. Нечего и говорить, что нет ничего глупее и реакционнее такой, с позволения сказать, „политики“.»

Эти, а также другие недостатки в действиях руководства на заводах и фабриках, на которые не раз указывал Сталин, во многом объясняли провалы выполнения плана по промышленности. Еще более значительные провалы в руководстве проявились в ходе проведения коллективизации сельского хозяйства.

Сначала предполагалось, что коллективизация единоличных хозяйств будет осуществляться агитационно-демонстрационными методами. Такую роль играл, например, созданный в Сальских степях совхоз «Гигант», на полях которого работали 342 трактора, 9 комбайнов, 63 грузовых автомобиля. Только в 1929 году более 50 тысяч крестьян Северного Кавказа, Поволжья и других регионов ознакомились с условиями труда и жизни в этом показательном совхозе. Аналогичную роль выполняли и ряд других колхозов и совхозов, вооруженных современной сельскохозяйственной техникой. Предполагалось, что по мере роста производства сельскохозяйственной техники, производства химических удобрений и увеличения числа агрономов и других квалифицированных тружеников села, деревня будет постепенно коллективизироваться. Хотя за пять лет намечалось коллективизировать до 5–6 миллионов крестьянских хозяйств, к концу пятилетки должно было сохраниться до 19–20 миллионов единоличных хозяйств.

Однако по мере выполнения заданий пятилетки по развитию индустрии стало ясно, что при сохранявшемся объеме сельскохозяйственной продукции многие сооружаемые стройки могли бы остаться без необходимого сырья, а многие трудящиеся быстро растущих городов — без хлеба и других видов продовольствия. Рост высокопроизводительных колхозов и совхозов не поспевал за темпом роста промышленного производства и городского населения. Поэтому поставки сельскохозяйственной продукции путем «чрезвычайных мер» по изъятию хлеба, начатых в 1928 году, не только продолжились, но и усилились в 1929 году. Постановлениями ВЦИК и СНК РСФСР от 28 июня и 5 августа 1929 года сельским Советам разрешалось в административном порядке накладывать на кулаков, отказывавшихся продавать излишки хлеба государству, штраф в размере пятикратной стоимости подлежащих сдаче продуктов. При неуплате штрафа их имущество конфисковывалось, а сами они подлежали выселению. Результатом этих мер было изъятие у кулаков 3,5 млн тонн хлеба, что и обеспечило выполнение плана по хлебозаготовкам к 20 декабря 1929 года.

Изъятие «излишков хлеба» и экспроприация имущества богатых крестьян сопровождались ускоренной коллективизацией. За июнь — сентябрь 1929 года число крестьянских хозяйств, вошедших в колхозы, возросло почти вдвое — с миллиона до 1,9 млн. Несмотря на очевидную неподготовленность мер по «социалистическому преобразованию деревни» в техническом и организационном отношении 12 августа 1929 года Отдел сельского хозяйства ЦК ВКП (б) провел совещание, на котором было принято решение об ускоренной коллективизации. Уровень коллективизации в стране вырос с 3,9 % в начале 1929 года до 7,6 % к концу года. Таким образом, более трети задания пятилетнего плана, намеченного к выполнению на конец 1933 года, было реализовано к концу сентября 1929 года.

Сначала массовая коллективизация распространилась в тех районах страны, где еще в 1928 году существовали государственные или кооперативные МТС и имелись окрепшие колхозы. К началу октября 1929 года в стране имелось 25 районов, где было обобществлено 80 % земли и объединено более половины всех крестьянских хозяйств. Особенно активно коллективизация осуществлялась на Северном Кавказе, Среднем и Нижнем Поволжье, Украине, то есть в регионах зернового производства. Здесь в колхозы вступило от 8,5 до 19 % крестьянских хозяйств, что означало почти полное выполнение пятилетнего плана по коллективизации для всей страны.

Быстрая коллективизация могла проводиться лишь при широкой поддержке крестьян. Между тем, несмотря на то, что «союз рабочих и крестьян», по словам Сталина, являлся одним из основных принципов ленинизма и политики Советского государства, крестьянство рассматривалось как неравная и вспомогательная сила в этом союзе, а формы сотрудничества с ним не раз пересматривались руководством партии в зависимости от конкретных ситуаций. О неравенстве партнеров в этом союзе свидетельствовало то обстоятельство, что со времени принятия Конституции 1918 года сельские жители имели в 5 раз меньше возможностей избрать одного делегата на съезд Советов, чем горожане.