Батя. Легенда спецназа ГРУ - Сергей Баленко

После нескольких месяцев, которые ушли на боевое слаживание «мусульманскому батальону» была поставлена задача убыть в Афганистан для охраны президента страны.

9 и 12 декабря рейсами военно-транспортной авиации батальон был переброшен на аэродром Баграм.

17 декабря я и В. В. Колесник лично от начальника ГРУ ГШ получили приказ вылететь в гражданской форме одежды в Афганистан для выполнения некой особой задачи, о которой нам сообщат позднее.

Что мы знали тогда об этой стране? Да почти ничего.

Ну промелькнуло как-то в газетах сообщение о том, что в Афганистане произошла какая-то революция. Ещё вспоминалось, что там летом жарко, а зимой холодно, что там живут кочевники.

Долгое время страной правил король Захир-Шах. Потом был дворцовый переворот.

В 1978 году народ совершил Великую Апрельскую Революцию. Силы реакции не успокоились. Дружески настроенное по отношению к нам новое правительство страны попросило у СССР помощи.

Ну что ж, помочь — так помочь!

Мы были готовы выполнить любой приказ и жаждали на деле испытать приобретённые навыки того, чему нас так долго учили и готовили.

Мы ничего и никого не боялись, так как были молоды, физически здоровы, уверены в своих силах, нас распирала энергия.

Рано утром 18 декабря (на сборы нам было отпущено несколько часов) мы вылетели с аэродрома Чкаловский через Термез в Баграм. Нашими попутчиками были сотрудники КГБ Ю. И. Дроздов и Э. Г Козлов, с которыми впоследствии мы вместе выполнили задание правительства.

Прилетели в Баграм поздно ночью. Переночевали в холодном капонире, а утром 19 декабря направились в Кабул.

Да, мы тогда не знали и не могли представлять возможных последствий нашего появления здесь. А посему мы просто с любопытством глазели из окна автомобиля на мелькавшие мимо многочисленные витрины дуканов, базарчики, на чудно одетых в просторные светлые портки и рубахи местных мужчин и закутанных в чадру женщин.

В Кабуле мы представились Главному военному советнику генерал-полковнику С. К. Магомедову и резиденту ГРУ в Кабуле Печененко В. Г. Переночевали в посольстве, а утром 20 декабря выехали в расположение батальона, который расположился в непосредственной близости у дворца Тадж-Бек в недостроенной глинобитной казарме без дверей и окон. Вместо них были натянуты плащ-палатки, поставлены печки — «буржуйки», которые топили саксаулом и карагачом, твёрдым, как железо, деревом, доставляемым самолётами из Союза. Зима была очень суровой, температура ночью опускалась ниже 30 градусов.

Дворец охраняла бригада охраны (три мпб и один тб), два танка Т-54 были закопаны на господствующей высоте. Всего 2500 человек личного состава.

Внутри дворца несла службу личная охрана Х. Амина. Неподалеку располагался зенитный полк 12 100 мм орудий и 16 ЗПУ-2 и строительный полк (около 1000 человек вооружённых стрелковым оружием).

21 декабря была поставлена задача подумать над вариантом действий на случай, если придётся не охранять, а захватывать дворец.

Решение принимали всю ночь, и уже утром 24 декабря В. В. Колесник доложил решение. Он обосновал необходимость участия в штурме всего батальона с приданными силами и средствами. На Военном Совете решение утвердили, но подписывать план не стали. Просто сказали: «Действуйте».

Вечером того же дня своё решение и его обоснование В. В. Колесник доложил лично начальнику ГШ по ВЧ-связи.

Руководителем операции, которая получила кодовое название «Шторм-333», был назначен Колесник. Боевая задача могла быть выполнена только при условии внезапности и военной хитрости.

Здесь проявились у В. В. Колесника лучшие качества разведчика-спецназовца в разработке соответствующего сценария и проведения демонстративных действий, которые продолжались в течение 25, 26 и первой половины 27 декабря.

Поздно вечером 26 декабря В. В. Колесник ещё раз уточнил план операции. Новую задачу в батальоне знали только Колесник, я и Халбаев.

В середине дня 27 декабря В. В. Колесник и я ещё раз обошли исходные позиции батальона. В. В. Колесник отдавал указания подходившим командирам рот. Всё делал спокойно, уверенно. Провёл совещание, на котором дал политическую оценку обстановки, раскрыл общую поставленную задачу, дал оценку сил и средств противника и основного объекта, нашего положения, соотношения сил и средств, общее распределение сил и средств батальона.

После этого отдал боевой приказ подразделениям, перечислив для каждого конкретные задачи, не упустив ни одной мелочи.

Когда В. В. Колесник говорил, я внимательно смотрел на лица офицеров. Все разные, собранные, немного напряжены. В каждом чувствовалась дисциплина и воля. Впервые отряд Спецназа Советской Армии и КГБ действовали в тесном взаимодействии при выполнении сложной боевой задачи за пределами своей страны, вся ответственность за выполнение которой была возложена на плечи полковника В. В. Колесника.

Время начала штурма несколько раз переносилось. Но вот в 19.30 27 декабря 1979 года В. В. Колесник дал команду: «Огонь» и «Вперёд».

Бой за дворец продолжался 43 минуты. «Всё, — сказал Василий Васильевич и добавил, — это мой первый и настоящий в жизни бой».

В батальоне погибло 5 человек, было ранено 35 человек, 23 из которых отказались ложиться в госпиталь.

Мы выполнили приказ!

И сколько бы лет ни прошло, но у каждого спецназовца штурм дворца Амина останется в памяти навсегда. Это был кульминационный момент и в жизни В. В. Колесника. Он с честью выполнил задание правительства.

28 декабря В. В. Колесник из кабинета посла по ВЧ-связи доложил начальнику ГРУ ГШ генералу армии П. И. Ивашутину о результатах операции, которая была отработана достаточно слаженно и организованно.

8 января 1980 года В. В. Колесник вместе с «мусульманским батальоном» возвратились к месту постоянной дислокации. В Ташкенте Василий Васильевич написал наградные листы. Правительственные награды получили около 300 офицеров и солдат «мусульманского батальона», 8 человек наградили орденами Ленина, 13 человек — орденами Красного Знамени, 43 человека — орденами Красной Звезды.

Накануне отлёта в Москву в клубе части собрался весь личный состав батальона, сбежали из госпиталя раненые, чтобы попрощаться с Василием Васильевичем. На глазах у многих были слёзы. Ведь благодаря умелым, решительным действиям, хладнокровию, выдержке, уверенности в личном составе Василия Васильевича Колесника штурм дворца прошёл с малыми потерями.

Из Ташкента В. В. Колесник прямым рейсом был направлен в Москву. С аэродрома — к начальнику ГРУ ГШ, затем два часа на приведение себя в порядок — и к Министру обороны.

Доклад продолжался полтора часа. Во время доклада Д. Ф. Устинов обратил внимание, что на плане штурма дворца нет подписей С. К. Магомедова и Б. И. Семёнова.

«А почему не утверждён план? — спросил Министр обороны. — Вы что, действовали без согласования с ними?»