Власть в Древней Руси. X - XIII века - Петр Толочко

Прежде чем высказать свое мнение по дискутировавшимся вопросам, попытаемся посмотреть на институт тысяцких глазами летописцев. Вполне определенно они говорят о киевских тысяцких с конца 80-х годов XI в. Впервые в статье 1089 г. Лаврентьевской летописи, рассказывающей об освящении Успенской церкви печерского монастыря. Перечислив сановитых участников этого действа: митрополита, епископов, великого князя Всеволода Ярославича с сыновьями, — летописец затем сделал примечание, что «воеводьство держащю Кыевская тысяща Яневи».^[315] Оно, скорее всего, указывает на присутствие названного тысяцкого на церковных торжествах. Возможно, это был Ян Вышатич, служивший ранее воеводой у брата Всеволода Святослава.

В летописи говорится, что в 1071 г. он ходил на Белоозеро для сбора дани и отправления правосудия. С. В. Юшков полагал, что действия Яна Вышатича носили не судебный, но административный характер.^[316] Однако грань между этими функциями была в те времена столь неотчетлива, что нельзя утверждать о принципиальной невозможности их исполнения одним лицом. Особенно, если это лицо было крупным чиновником и действовало от имени князя. Не исключено, что уже тогда Ян Вышатич объединял власть военную (воеводы) и гражданскую (тысяцкого).

О совмещении должности воеводы и тысяцкого еще раз говорится в лаврентьевской летописи под 1231 г. и также при сходных обстоятельствах. Рассказав о поставлении епископа Кирилла на ростовскую кафедру, летописец уточнил, что было это «при киязе Володимири и при сынѣ его Ростиславѣ, воеводьство тогда держащю тысящая Кыевьскыя Иоану Славничю».^[317] Последний также, видимо, был среди участников освящения епископа Кирилла в Софии Киевской.

Из приведенных сообщений можно сделать два вывода. Первый: Киевские тысяцкие в указанное время были одновременно и воеводами. Второй: В княжеской администрации они занимали наивысшую ступень. Сложилась ли такая ситуация только к концу XI в. или имела место и раньше, сказать сложно. Некоторые летописные свидетельства позволяют склониться ко второму предположению.

Показательным в этом отношении может быть свидетельство статьи 1043 г. Ярослав Мудрый отправил против греков сына Владимира «со многими воями». Воеводство над ними поручил Вышате. Но в походе участвовал и воевода Ярослава — Иван Творимирович, который, судя по всему, предводительствовал княжей дружиной. Когда никто из нее не захотел присоединиться к «выверженным» бурей на берег киевским воям, это сделал Вышата. Из буквального прочтения летописного текста можно сделать вывод, что он, в данном случае, исполнял воеводскую должность как киевский тысяцкий. К такому выводу склонялся в свое время М. А. Дьяконов.^[318]

По-видимому, есть все основания видеть тысяцкого и в Коснячке, упомянутом в событиях 1068 г. Летопись, правда, называет его воеводой, но поскольку он стал одним из главных объектов, против кого был обращен гнев киевлян, можно предположить, что в его руках находилась власть и над киевским населением. Возможно, именно он предводительствовал киевским полком в походе на половцев.

Для выяснения эволюции института тысяцких на Руси большое значение имеют свидетельства летописи о киевском боярине Путяте, сподвижнике князя Святополка. Уже первое упоминание вполне определенно указывает на его воеводское звание. 1097 г. «Святополкъ же посла Путяту, воеводу своего. Путята же с вои пришедъ к Лучьску к Сятоши, сыну Давыдову».^[319] Через три года к Давыду Игоревичу направилось большое посольство от князей Святополка, Владимира, Давыда и Олега Святославичей. «И сдумавше послаша к Давыду мужи своѣ, Святополкъ Путяту, Володимеръ Орогостя и Ратибора, Давыд и Олегъ Торчина».^[320] В последующих известиях 1104 и 1106 гг. Путята отрекомендован как воевода Святополка. В 1104 г. он во главе дружины ходил на Минск, а в 1106 г. — вместе с братом Яном Вышатичем отражал вторжение в пределы южнорусского пограничья половцев. К концу правления Святополка Путята занял должность киевского тысяцкого. Об этом определенно сказано в летописной статье 1113 г. «Кияни же разъграбиша дворъ Путятинъ тысячьского».^[321] Правда, из этого известия нельзя заключить был ли он только тысяцким или, как раньше Ян Вышатич, исполнял и воеводские обязанности.

Видимо, уже в конце XI — нач. XII в. институт тысяцких (по крайней мере на юге Руси) был явлением вполне определившимся и распространенным. В его ведении все более сосредотачивались гражданские дела города и земли. Возросла роль тысяцких и в государственном управлении. События 1113 г. в Киеве показали это со всей очевидностью. Под давлением киевских низов Владимир Мономах вынужден был внести ряд изменений в существующий кодекс законоположений. Прежде всего в статьи о закупах, регулировавших отношения между ними и землевладельцами. Основной смысл изменений сводился к тому, чтобы противодействовать бытовому порабощению закупов. Кроме того, претерпели изменения статьи о резах, в которых уменьшались проценты роста на занятые суммы денег. Подверглись регламентации также и правила, связанные с торговыми операциями.

В данном случае важным является не столько создание нового законодательного устава, сколько то, что Владимир Мономах исполнил его совместно с южнорусскими тысяцкими. «А се оуставъ Володимиръ Всеволодиця: по Святополци съзва дроужину свою на Берестовѣмъ: Ратибора Киевьского тысячьского, Прокопия тысячьскаго Бѣлгородского, Станислава переяславьского тысячьского, Нажира, Мирослава, Иванка Чюдиновича, Олгова моужа».^[322] Видимо в таком же статусе были бояре Коснячко Перенег, Микифор Киянин и Чюдин Микула, принимавшие участие вместе с князьями Изяславом, Всеволодом и Святославом Ярославичами в составлении Устава Ярославичей (или Правды Ярославичей) в Вышгороде в 1072 г.

Из этого следует, что в компетенции тысяцких определенно находилась сфера гражданского судопроизводства в городе и селе. О наличии такой функции у новгородских тысяцких определенно говорится в грамоте. Они должны были «управляти всякая дела торговая и гостинная, и суд торговый». У нас нет оснований думать, что в других городах и землях эти обязанности исполнялись другими княжескими чиновниками.