Советские танки в бою. От Т-26 до ИС-2 - Михаил Барятинский

Не совсем типичным для советских танков был состав вооружения. С 45-мм пушкой, опять-таки не без влияния немецкого Pz.III, были спарены два 7,62-мм пулемета ДТ. Радиостанция КРСТБ размещалась в башне танка рядом с местом командира.

За счет уменьшения толщины броневых листов, внедрения принципа дифференцированного бронирования, позволивших снизить массу машины до 13,8 т, и установки двигателя В-4 мощностью 300 л.с. (форсированный вариант дизеля В-3) удалось добиться существенно прироста скорости: с 35 км/ч у «объекта 126» до 52 — у Т-50. Два топливных бака общей емкостью 350 л обеспечивали запас хода по шоссе до 344 км. В ходовой части были применены опорные катки с внутренней амортизацией и индивидуальная торсионная подвеска.

Серийный выпуск Т-50 должен был осуществляться на заводе № 174, для чего с 1 января 1941 года производство Т-26 на нем было прекращено. Однако перестройка производства для технологически более сложного Т-50 шла очень медленно и в первом полугодии 1941 года завод выпустил только 116 огнеметных танков ОТ-133. Серьезные трудности возникли и с освоением выпуска на харьковском заводе № 75 дизельного двигателя В-4. А ведь танком Т-50 предполагалось заменить в войсках Т-26, и по первоначальному плану перевооружения автобронетанковых войск Красной Армии он должен был быть самым массовым (первый заказ на Т-34, как известно, составлял всего 600 машин). В 1940–1941 годах этот план, правда, подвергся корректировке, в результате принятия решения о формировании механизированных корпусов. Но и для них было необходимо никак не меньше 14 тыс. Т-50. О том, что Т-50 рассматривался как полноправная составляющая танкового парка страны, можно судить и по совместному постановлению ЦК ВКП(б) и СНК СССР «Об увеличении выпуска танков КВ, Т-34 и Т-50, артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IV кварталы 1941 г.», принятому после заседания Политбюро ЦК 25 июня.

Ценой неимоверных усилий в 1941 году удалось выпустить 50 танков. В августе завод № 174 был эвакуирован — большей частью в Чкалов (Оренбург), где в декабре возобновил выпуск танков, а кроме того, в Нижний Тагил и Барнаул. Попытка развернуть производство Т-50 на заводе № 37 в Москве не увенчалась успехом. Главным сдерживающим фактором в производстве Т-50 были двигатели. Приоритет в плановых заданиях отдавался дизелю В-2. В частности, на заводе № 75, эвакуированном к тому времени в Челябинск, разобрали вывезенные двигатели В-4 на комплектующие к В-2. Поэтому 13 октября 1941 года ГКО принял решение о строительстве двух заводов в Барнауле: одного — по производству танков Т-50 и второго — по изготовлению для этих танков дизелей В-4. Однако 6 февраля 1942 года в соответствии с решением ГКО производство Т-50 и двигателей к ним было прекращено вообще. Завод № 174 в Чкалове, выпустив 15 танков в 1942 году (по-видимому были собраны из привезенного с собой задела), перешел на производство Т-34.

О боевой судьбе танков Т-50 информации очень мало. Тем не менее известно, что в августе 1941 года в 1-й танковой дивизии, дислоцировавшейся в Ленинградском военном округе и принимавшей участие в боях в районе Кингисеппа, имелось 10 танков этого типа. Осенью 1941 года несколько Т-50 находились в составе войск 7-й армии, оборонявшихся на Петрозаводском направлении. В ходе этих боев одна такая машина была захвачена финнами и эксплуатировалась вплоть до конца 1954 года.

Что касается Красной Армии, то один танк Т-50, например, числился в составе 5-й гвардейской танковой бригады еще в 1943 году.

Слесаря-ремонтники обсуждают неисправности танка Т-50. 5-я гвардейская танковая бригада. Краснодар, 1943 год

Достоверных сведений о том, как показали себя «пятидесятки» в боевых действиях, нет. Однако нет никакого сомнения в том, что из трех современных советских танков, принятых на вооружение накануне Второй мировой войны, Т-50 оказался наиболее конструктивно отработанным и сбалансированным, оптимальным по совокупности боевых и эксплуатационных качеств. По вооружению, бронированию и подвижности он превосходил или же не уступал германскому среднему танку Pz.III, будучи значительно меньше его по габаритам и боевой массе. В башне Т-50, имевшей такой же диаметр погона в свету, как у Т-34, размещались три члена экипажа, что обеспечивало разделение их функциональных обязанностей. Правда, в данном случае недостатки становились продолжением достоинств. Даже при условии размещения в башне 45-мм пушки трем танкистам было в ней тесно. Поэтому командирскую башенку пришлось сместить к правому борту, а командиру приходилось сидеть вполоборота к оси танка. Возможно, имело смысл ограничиться двухместной башней с большим количеством приборов наблюдения, как у «объекта 126». Для легкого танка это было приемлемо. Все зарубежные аналоги, основные легкие танки Второй мировой войны — Stuart, Valentine и даже созданный в 1944 году Chaffee, — имели двухместные башни.

Вполне достаточным для 1941 и даже для 1942 года было и вооружение Т-50: 45-мм пушка 20К на дистанции 500 м могла успешно бороться со всеми типами танков Вермахта. Она была хорошо знакома танкистам, а кроме того, на складах имелось большое количество снарядов к этому орудию. Для 1943 года 20К была уже слабовата, но как раз в это время в ОКБ № 172 была создана, испытана и рекомендована для принятия на вооружение 45-мм танковая пушка ВТ-42 с длиной ствола 68,6 калибра и начальной скоростью бронебойного снаряда 950 м/с. От 20К пушка ВТ-42 отличалась очень плотной компоновкой, что позволило скомпоновать ее даже в одноместную башню танка Т-70. С установкой же в башню Т-50 вообще не возникло бы никаких проблем. Снаряд этого орудия на дистанции 500 м пробивал лобовую броню любого немецкого танка, кроме Pz.IV Ausf.H и J, «пантеры» и «тигра».

Оставляла резерв для модернизации, в том числе и в плане усиления бронезащиты, и высокая удельная мощность танка — 21,4 л.с./т! Для сравнения: у Т-34 — 18,65, у Stuart — 19,6, у Valentine — 10, у Pz.III — 15 л.с./т. 300-сильный дизель мог уверенно «тащить» и 45-мм броню.

Суммируя вышесказнное, приходится только сожалеть, что массовый выпуск Т-50 так и не был налажен.

Колонна танков Т-60 на марше. Западный фронт, 50-я армия, ноябрь 1941 года

Рассказ о легком танке Т-50 был бы не полным без упоминания еще об одном его образце. В 1941 году в рамках технических требований к Т-50 ленинградский Кировский завод в инициативном порядке разработал и изготовил «объект 211». Ведущим конструктором танка был A. C. Ермолаев. Сварной корпус боевой машины имел суженную носовую часть с люком-пробкой механика-водителя. Сварная башня имела обтекаемую удлиненную форму. Вооружение и силовая установка были идентичны танку Т-50 завода № 174. «Кировский» вариант был несколько легче «ворошиловского», однако существенных преимуществ перед ним не имел, а форма его корпуса была менее удачной. После начала войны работу над «объектом 211» на Кировском заводе прекратили, а единственный изготовленный образец принял участие в обороне Ленинграда.