Царевна Софья и Петр. Драма Софии - Андрей Богданов

Князь Голицын испросил, чтобы сын его был определен товарищем его по должности канцлера, и согласие царевны было новым знаком её уважения к нему[152].

Общее место сбора войск назначено было в (Слободской) Украине, земле казаков, независимых от гетмана и управляемых своими полковниками. Войска московские собрались в Артеке (Ахтырке), новгородские в Оске (в Сумах), казанские в Рублевске, севские в Красном Куту, а белгородские, которые должны были находиться на границах, в Белгороде, Гетман собрал свои войска в Гадяче[153].

И так как всем отрядам велено было явиться на сборные места к 1-му марта, то всю зиму 1686 года продолжалось движение войск, 1-го мая отряды соединились и составили ополчение в 300 000 пехоты и 100 000 конницы[154], образовав лагерь за рекой Мерло. Через несколько дней вслед за тем начался поход на Полтаву — город, принадлежащий гетману[155].

Дойдя до Скарина на реке Арите (р. Орель), ожидали некоторое время образа Богоматери, который легковерным москвитянам казался чудотворным и о котором один инок передал начальникам войска свое видение, возвестившее ему, что без помощи сего образа поход на Крым будет безуспешен и что необходимо привезти образ в армию. Снисходительность начальников и суеверие солдат, которому москвитяне преданы более всех других народов, совершенно напрасно задержали дальнейшее движение армии в течение двух недель. Встретив с должными обрядностями чудотворную икону, продолжали поход.

15-го июня достигли реки Самары, которая, как и все вышеупомянутые реки, впадает в Днепр. Тут устроили мосты, по которым и перешла вся армия. 20-го июня оставили Самару, имея Днепр направо, и остановились на Татарке, от Татарки шли до реки Московки, потом до Каменки, Конских Вод и Карачакрака.

Отсюда войско не могло идти дальше по причине засухи, которая была так велика, что, по собранным известиям, все поля и луга выгорели на 50 миль кругом и невозможно было никоим образом достать фуража. Изумленный таким неожиданным событием, главнокомандующий переменил намерение и вместо нападения со своим полумиллионным войском на хана решился на поспешное отступление[156].

Он обратился к Карачакраку и остановился на берегу Днепра, чтобы собрать фураж, сохраненный от огня и засухи разливом этой реки и чтобы облегчить себе возвращение. Справедливо можно было предположить, что татары нападут на войско, которое хотя и сильно было само по себе, но чрезвычайно затруднялось огромным обозом. Я слышал от немецкого офицера, что обоз москвитян состоял из миллиона лошадей, что хотя покажется невероятно, но тем не менее очень правдоподобно, так как польская армия в 24 000 человек, посланная в 1686 году к Черному морю, вела за собою около 45 000 телег.

Понятно, что множество людей и лошадей должно было погибнуть у москвитян вследствие сильной жары и недостатка фуража. Многие умерли или сделались неспособными к битвам от кровавого поноса, недостатка пищи и ее плохого качества, так как по причине поста, справляемого в августе, солдаты московские принуждены были питаться соленой полусгнившей рыбой[157].

Отряд из 30 000 человек, под начальством Леонтия Романовича Неплюева, начальника севских войск, отправлен был к Запорожью с целью заставить татар думать, что кроме этого отряда другого войска не было[158].

Сын гетмана Ивана Самойловича был также послан с отрядом казаков[159].

Остаток армии перешел к реке Самаре, где Голицын, осмотрев местоположение, решил построить город, дабы держать из него в повиновении казаков и стеречь татар, хотя последние и вторгаются в Московию с разных сторон. В следующем году этот город был уже готов, как расскажу я впоследствии.

От реки Самары войско двинулось к реке Мерло, где ожидали повелений из Москвы о том, должно ли распустить войско. Здесь Голицын, чтобы отстранить при дворе нарекание о малом успехе похода, решился свалить всю вину в неудаче на гетмана Ивана Самойловича. Хотя гетман был весьма силен, начальствуя всею Украиной, которая возмутилась некогда в царствование Владислава против Польши[160], и хотя он всегда мог выставить в поле 100 000 своего казацкого войска, но Голицын, имея на своей стороне царевну, решился погубить его.