Четыре норвежских конунга на Руси - Татьяна Джаксон

Византийский полководец XI в. Кекавмен в «Советах и рассказах», вопреки целому ряду неточностей (он ошибочно считает Харальда сыном «василевса Варангии», т. е. норвежского короля, равно как и его единоутробного, но не по отцу, брата, Олава Ха-ральдссона), дает достойное внимания описание пребывания Харальда в Византии, чему он, как следует из его текста, был очевидцем:

Аральт ('АраХттц;) был сыном василевса Варангии. У него был брат Юлав, который после смерти своего отца и занял отцовский престол, признав своего брата Аральта вторым после себя лицом в управлении царством. Аральт же, будучи юношей, пожелал отправиться преклонить колена пред блаженным василев-сом Михаилом Пафлагонянином и увидеть ромейские порядки. Привел он с собой и войско, пятьсот отважных воинов. Итак, он прибыл, и василевс его принял как положено, затем отправил Аральта с его войском в Сицилию (ибо там находились ромейские военные силы, ведя войну на острове). Придя туда, он совершил великие подвиги. Когда Сицилия была подчинена, он вернулся со своим войском к василевсу, и тот почтил его чином манглавита. После этого произошел мятеж Деляна в Болгарии. Аральт участвовал в походе вместе с василевсом, имея при себе свое войско, и в борьбе с врагами совершил дела, достойные его благородства и отваги. Покорив Болгарию, василевс вернулся. Впрочем, сражался и я тогда за василевса по силам своим. Когда мы прибыли в Мосинополь, Василевс, награждая Аральта за то, что он участвовал в войне, почтил его титулом спафароканди-дата. После смерти Михаила и его племянника – экс-василевса Аральт при Мономахе захотел, отпросясь, уйти в свою страну. Но не получил позволения – выход перед ним оказался запертым. Все же он тайно ушел и воцарился в своей стране вместо брата Юлава. И Аральт не роптал из-за того, что удостоился [лишь] ранга манглавита или спафарокандидата! Более того, даже будучи королем, он сохранял верность и дружбу к ромеям [Советы и рассказы Кекавмена. С. 283, 285].

Выбирая между свидетельством Кекавмена и рассказами саг о том, при каком императоре Харальд пришел в Византию – при Михаиле Пафлагонянине (по Кекавмену) или Михаиле Калафа-те (Микьяль Каталакт – явное искажение этого имени), – мы, естественно, должны отдать предпочтение Кекавмену как очевидцу событий. В саговой традиции, вне всякого сомнения, произошло соединение образов двух византийских императоров, Михаила Пафлагонянина и Михаила Калафата (ср.: неразличение русских князей Владимира Ярославича и Владимира Всеволодовича Мономаха [Джаксон 1993. С. 187–188]). Однако, относя пребывание Харальда в Византии ко времени правления Михаила Калафата, а тем самым к 1041–1042 гг., саги описывают участие Харальда в событиях, имевших место в 1030-х гг. Тем самым, мы можем утверждать, что скандинавские и византийские источники сходятся на том, что Харальд оказался в Византии при Михаиле IV Пафлагонянине, чье самодержавное правление началось 12 апреля 1034 г. [Grumel 1958. Р. 358]. Эта дата – terminus post quem для выяснения времени прибытия Харальда в Византию.

О размере «большого войска», которое Харальд привел с собой в Византию, мы узнаем из сообщения Кекавмена – это были «пятьсот отважных воинов». Г Г. Литаврин высказывает вполне уместное сомнение в том, «что юноша Гаральд, явившись в Византию с 500 воинов, стал главой всего варяго-русского корпуса», как о том говорят саги. «Обычно наемниками командовал в это время аколуф, назначаемый из представителей высшей византийской знати» [Литаврин 1972. С. 591, примеч. 1177].^[93] На это же указывает и текст Кекавмена: «Когда Сицилия была подчинена, он вернулся со своим войском к василевсу». Вероятно, не раз обсуждавшийся нами стереотип изображения скандинавских конунгов за пределами своей страны применяется авторами саг при описании их пребывания не только на Руси, но и в Византии. По мнению В. Г Васильевского, Харальд «со своими скандинавскими товарищами не просто служили наряду с Русскими..., а составляли особый отряд в иностранном греческом корпусе» [Васильевский 1908. С. 267].

Осада города на Сицилии отрядом Харальда Сигурдарсона

Как установлено исследователями на основании совокупного анализа скандинавских и византийских источников, Харальд, находясь на службе у византийского императора, принял участие в целом ряде сражений.

Он участвовал в византийской военной экспедиции на Сицилии в 1036–1039/40 гг. под командованием катепана катепаната Италия, куда входила и Сицилия, Георгия Маниака, которого саги называют Пор г ир (Gyrgir) [Там же. С. 288–303; Лященко 1922. С. 117; Koht 1931. S. 464; Литаврин 1972. С. 592, примеч. 1179, 1180; Blondal–Benedikz 1978. Р. 65-68; Бибиков 1990. С. 164]. Как подчеркнул В. Г Васильевский, «исторический Маниак, оставивший после себя такую прочную память в Сицилии, вовсе не похож был на того Гиргира или Гюргия, который в прозаической саге играет такую незавидную и унизительную роль подле норвежского героя, – роль арлекина в комедии» [Васильевский 1908. С. 293]. Вновь мы имеем дело с определенным стереотипом изображения скандинавского конунга за пределами его собственной страны. Кекавмен сообщает, что после возвращения из Сицилии Харальд получил чин манглавита – «обычный для воинов отряда телохранителей василевса» [Бибиков 1990. С. 165]. X. Михэ-еску указывает, что слово манглавит было заимствовано из греческого в румынский в значении «капитан судна», и полагает, что к Харальду Кекавмен применял термин именно в этом значении [Михэеску 1963. С. 349].

Согласно Кекавмену, Харальд был сразу по прибытии в Византию отправлен на Сицилию, на основании чего ряд исследователей даже заключил, что он появился в Византии ок. 1038 г. Однако Джонатан Шепард считает более убедительным рассказ «Круга земного», из которого следует, что Харальд прежде участвовал в военной операци против пиратов в Griklandshaf, Эгейском море. Исследователь высказывает предположение, что эти данные согласуются с информацией, имеющейся в известии хрониста XI в. Иоанна Скилицы, включенном на рубеже XI–XII вв. в хронику Кедрина, внимательное прочтение какового убеждает, что там содержатся сведения о византийской операции в Эгейском море именно осенью 1034 г. [Shepard 1973. Р. 148-150].

Кроме того, Харальд со своим отрядом принимал участие в подавлении весной-летом 1041 г. восстания Деляна в Болгарии.^[94] Об этом говорит Кекавмен, на это указывает и прозвище, данное Харальду скальдом Тьодольвом Арнорссоном, Bolgara brennir, «уничтожитель болгар».^[95] Одна из версий чуда святого Олава в битве с язычниками (сохранившаяся в «Гнилой коже» и «Хульде») трактуется как отражение участия отряда Харальда в подавлении восстания Деляна.^[96] С этим военным предприятием связывают и руническую надпись на пирейском льве, перечисляющую ряд имен, среди которых фигурирует имя Харальда Высокого.^[97] После болгарского похода «Харальд удостоился лишь титула спафароканди-дата, который, согласно Клиторологию Филофея (899 г.) жаловался друзьям Империи из числа иноземцев. Так или иначе, сравнительно ординарный уровень титулов, полученных Харальдом в Византии, может свидетельствовать о нежелании византийского двора как-то особенно выделять командира наемного отряда, посылаемого к тому же в походы, достаточно далекие от столицы» [Бибиков 1990. С. 165].