Трактат о военном искусстве - Сунь-Цзы

Подразделение – неизбежный элемент всякой армии, без которого она была бы не армией, а простой аморфной массой. Но подразделение как таковое есть соединение двух признаков: признака части какого-нибудь целого и признака численности этой части. Эти два элемента – часть и число – неотделимы друг от друга. Воинская часть не существует как часть без признака определенной численности, равно как и нет численности вне своего носителя – части. Поэтому Сунь-цзы называет два элемента – часть и число, которые по смыслу охватываются одним нашим общим термином «подразделение». Но единство группы явлений не лишает каждого из них своей собственной функции. Поэтому в общем плане единства этих двух элементов можно говорить и о каждом особо.

В китайской армии времен Сунь-цзы, по всей вероятности, держалась еще более или менее устойчиво та система подразделений, которая была установлена в расцвет могущества Чжоуского царства. Первой, самой мелкой единицей была «пятерка» – взвод; пять взводов, т. е. 25 чел., составляли роту; четыре роты, т. е. 100 чел., – батальон; пять батальонов, т. е. 600 чел., – бригаду; пять бригад, т. е. 2500 чел., – дивизию; пять дивизий, т. е. 12 500 чел., – армию (см. «Диалоги» Ли Вэй-гуна, ч. I, с. 17, комментарий).

Эти подразделения относились к пехоте, т. е. к наиболее многочисленному роду оружия. В кавалерии существовала другая система подразделений. Наименьшей единицей в ней было звено – группа из пяти всадников; два звена, т. е. 10 всадников, составляли отделение; 10 отделений, т. е. 100 всадников, – эскадрон; два эскадрона, т. е. 200 всадников, – кавалерийский полк. Поскольку пехота была соединена с колесницами, пехотные части вместе с колесницами и их командой составляли новую систему подразделений, а именно: пять колесниц вместе с приданной им пехотой составляли звено; два таких звена, т. е. 10 колесниц и 750 солдат, составляли отделение; пять отделений, т. е. 50 колесниц и 3750 солдат, составляли дивизион; два дивизиона, т. е. 100 колесниц и 7500 солдат, составляли бригаду.^[12]

Трудно сказать, из каких оснований исходили древние китайские стратеги, вырабатывая такую систему подразделений. Можно думать, что здесь основную роль играло чисто практическое соображение: сколькими людьми может непосредственно управлять один человек. Ответ на это был, очевидно, такой: четырьмя или пятью. Отсюда – основной принцип почти всех подразделений: на всякой ступени командир, отдавая приказание, имел дело непосредственно с четырьмя человеками; исключение составляла рота, командир которой имел дело с тремя человеками. В самом деле: взвод состоял из пяти человек – четырех солдат и командира; следовательно, командир непосредственно руководил четырьмя человеками; рота состояла из четырех взводов, командовал ею один из командиров взвода, из числа входящих в ее состав четырех взводов; следовательно, он имел дело с тремя человеками. Батальонный командир отдавал приказание через четырех командиров рот. Начальник бригады отдавал распоряжение непосредственно четырем батальонным командирам. Начальник дивизии – четырем начальникам бригад. И наконец, главнокомандующий – четырем командующим дивизиям. Таким образом, слова Сунь-цзы получают буквальное значение: управление самым крупным войсковым соединением – армией – совершенно аналогично управлению самым мелким подразделением – взводом; для главнокомандующего управлять армией – все равно что управлять взводом: он имеет непосредственно под собой несколько человек. <…>

Установив принцип подразделений в армии, Сунь-цзы рассматривает его в качестве элемента существования ее вообще как организованного целого, как основу ее способности действовать, как необходимое условие для руководства ею. Но этот принцип касается постоянной организации армии. Боевой же порядок состоит в построении армии в виде упорядоченной для сражения массы. Поэтому Сунь-цзы тотчас же вслед за установлением понятия «подразделения» переходит к понятию «построения»: «Вести в бой многочисленное войско (буквально: массы) – все равно что вести в бой малочисленное войско (буквально: немногих): дело в построении (буквально: в форме и названии)».

Подобно тому как понятие «подразделения» было выражено у него двумя словами – «часть» и «число», точно так же и понятие построения дано в виде двух слов – «форма» и «название». Понятие «построения» раскрывается в виде сочетания понятия «формы», т. е. совокупности всех элементов этого построения, в первую очередь – расположения, и понятия «названия», определяющего назначение этого расположения. Так, например, понятие «авангард» одновременно указывает и на расположение части, и на ее назначение.

Сведения о боевом построении древней китайской армии рассеяны по различным сочинениям по военному искусству, входящим в состав «Семикнижия». По этим данным можно предположить, что в основе построения лежал принцип сосредоточения в глубине расположения наиболее важных частей и окружения их соответствующим охранением. Наиболее важной частью была, по-видимому, основная боевая сила данного подразделения или армии в целом; могло быть ею и командование, штаб. Поэтому в таком подразделении, как колесница, как мы уже видели, сама колесница – это основная боевая сила и в то же время место командира – помещалась в центре, приданная же ей пехота располагалась тремя группами – спереди и с флангов, по 24 человека в каждой группе, прикрывая колесницу с трех сторон; в тылу ее ставилась тяжелая колесница, имевшая при себе также приданную ей нестроевую команду (см. с. 125). Следовательно, боевая колесница была, во-первых, защищена с тыла этой тяжелой колесницей, поскольку она, как было объяснено выше, специально строилась так, чтобы служить прикрытием, во-вторых, в общем строю была прикрыта размещенной позади следующей частью.

Такой порядок построения повторялся и в масштабе армии. В центре размещался штаб армии во главе с главнокомандующим; этот штаб был окружен со всех сторон прикрывающими его частями: впереди располагался авангард, позади – арьергард, по флангам – левофланговое и правофланговое соединения. Таким образом, построение как самого малого соединения – колесницы, так и самого крупного – армии – имело подобие правильного креста.

Принцип пятичастного построения выводится Ли Вэй-гуном не более и не менее, как из принципа колодезной системы. Считалось, что, согласно этой системе, брался участок земли приблизительно квадратной формы и на нем проводились две пары параллельных дорог – одна пара вдоль, другая поперек, т. е. перпендикулярно друг другу. Такой участок напоминал фигуру иероглифа – «колодец», состоящего из двух пар параллельных линий, пересекающихся под прямым углом. Получалась геометрическая фигура, состоящая из квадрата с построенными на каждой его стороне квадратами, т. е. из одного квадрата в центре и четырех, примыкающих к его сторонам, т. е. всего из пяти квадратов. Такова была основная форма земельного участка. Она и была взята, по мнению Ли Вэй-гуна, за образец и при построении армии как внутри каждого соединения, так и армии в целом.

«Когда Хуан-ди (легендарный император, к которому возводится начало организации земледелия и армии. – Н. К.) положил начало колодезной системе, он на основании ее организовал и армию». «Пять стало правилом воинского построения», – утверждает Ли Вэй-гун («Диалоги», ч. I, с. 14).