Призраки в смокингах. Лубянка против американских дипломатов-шпионов - Рэм Красильников

Разведка лезла напролом. Лишь в самом конце восьмидесятых годов, когда горбачевская перестройка уже вызвала серьезный экономический и политический кризис в Советском Союзе, в ЦРУ решили несколько «сбавить обороты» деятельности своей резидентуры в Москве. Сказались катастрофические провалы агентов и оперативников.

«Действия КГБ, – сетовали в Лэнгли, – буквально разрушили московскую резидентуру, привели к ее дезорганизации. Она перестала быть боеспособной». А вот еще одно красноречивое свидетельство руководящего работника ЦРУ, которое проводит в своей книге «Шпион, который скрылся» американский публицист Дэвид Уайз:

«Были раскрыты методы и источники получения информации, провалены агентурные операции. Агентурная сеть в Москве создавалась многие годы, и теперь будет весьма трудно ее восстановить. И дело не только в агентурных источниках информации. Все обстоит гораздо сложнее. Были свернуты все технические устройства. Размер понесенного ущерба огромен. Для нас там обрублены все концы».

Представляется, вместе с тем, что разгром советской контрразведкой московской резидентуры – не единственная причина снижения активности ЦРУ непосредственно на территории нашей страны. В конце концов, в управлении, выражаясь боксерским языком, умеют «держать удары». Дело, возможно, заключается еще и в том, что в Вашингтоне в условиях наступавшего внутриполитического кризиса в СССР решили временно упрятать в тень деятельность резидентуры американской разведки в Москве. И одновременно в порядке компенсации резко усилить шпионские акции против Советского Союза за его пределами. Дальнейшее разоблачение ЦРУ не соответствовало замыслам вашингтонских политиков, а открывавшиеся возможности для разведывательной работы после развала СССР сулили США и их спецслужбам немалые дивиденды.

Первые огорчения

Новый директор Центрального разведывательного управления доволен. В его руках – мощный аппарат разведки для развертывания наступления на главного противника по всем направлениям. Он окидывает взглядом карту мира, мысленно отмечая те страны и регионы, где намечается ударить по Советскому Союзу, по зонам его влияния, по его «болевым точкам». «И в самом СССР, – думает Кейси, – для ЦРУ предстоят горячие дни».

Да, Уильям Кейси доволен. Ему нравится просторный кабинет директора в Лэнгли. Он доволен тем, что один из важнейших комитетов Сената – Комитет по разведке – возглавляет республиканец Барри Голдуотер. С ним Кейси придется тесно сотрудничать, и в этом он всегда найдет понимание с его стороны. По крайней мере в том, что касается противоборства с Советским Союзом. Неплохо складываются у директора отношения с двумя ведущими членами кабинета: государственным секретарем Хейгом и министром обороны Уайнбергером. Шеф центральной разведки доволен установившимся деловым сотрудничеством с руководителем разведывательного управления Министерства обороны генерал-лейтенантом Юджином Таем. Кейси знает: у РУМО большие силы и возможности в Москве, и подразделения военной разведки неплохо взаимодействуют с посольской резидентурой ЦРУ.

Известно Кейси и об огромных возможностях Агентства национальной безопасности, раскинувшего свои опорные пункты в американских посольствах и на многих из четырехсот военных баз США по всему миру. Поэтому понятно желание хозяина Лэнгли поддерживать постоянный деловой контакт с руководителем АНБ генерал-лейтенантом Линкольном Форером. В отличие от своего предшественника, Кейси установит более четкий порядок взаимодействия со всеми членами разведывательного сообщества, куда входят и РУМО и АНБ. Теперь так называемые «дозорные» встречи, на которых обсуждаются текущие вопросы взаимодействия применительно к складывающейся ситуации в мире, будут проходить не один раз в месяц, как раньше, а каждую неделю.

Для Уильяма Кейси вполне приемлем его первый заместитель – адмирал Роберт Инмен. Кейси знает: Инмен – протеже Барри Голдуотера, который считает его «гением разведки» и даже предлагал Рейгану сделать его директором ЦРУ. Что ж, что правда, то правда. Бобби, так зовут Инмена друзья и коллеги, действительно блестящий специалист в разведывательных делах, был руководителем АНБ, разбирается в делах Министерства обороны, потому что занимал пост главы этого ведомства. Кроме того, он толковый, выдержанный политик, умеет ладить с конгрессом.

Что же касается другого своего заместителя – Макса Хьюгела, преуспевающего бизнесмена-миллионера, то Кейси сам привел его в ЦРУ и поставил во главе ведущего подразделения – Оперативного директората. Опыт в разведывательном деле у Хьюгела невелик – непродолжительная служба в военной разведке после Второй мировой войны. У Хьюгела, как и у Кейси, речь не всегда понятна, но это не важно. Самое существенное – он «свой» и будет хорошим противовесом Инмену. Уильям Кейси уверен, что оба заместителя разделяют его честолюбивые планы, что руководители подразделений поддерживают своего директора. Он знает настроения большинства сотрудников разведки, рвущихся «к настоящему делу» и увидевших в нем человека из разведки. Авторитет нового шефа ЦРУ вырос после того, как он возвратил на службу многих сотрудников, уволенных из разведки его предшественниками – Дж. Шлессинджером, У. Колби, С. Тернером.

Правда, скоро Уильяму Кейси придется столкнуться с чехардой новых назначений: уйдет Инмен, недовольный тем, что новый шеф поручил ему кураторство второстепенных подразделений; не удастся удержаться в ЦРУ Хьюгелу, который подвергнется со всех сторон обвинениям в некомпетентности. Вместо них в высший эшелон шпионского ведомства придут Джон Макмэхон и Джон Стейн. Произойдут и другие перемены, неизбежные в огромном бюрократическом механизме. Но Кейси неплохо сработается и с новыми назначенцами, которые примут его разведывательную философию и энергичные планы, привыкнут к некоторым странностям его темпераментной натуры.

Но пройдут один-два года, и некоторые руководители разведывательного сообщества, да и многие сотрудники управления не станут скрывать своего неприятия Уильяма Кейси, его трудновыносимого нрава, высокомерия и заносчивости. Скандал с Хьюгелом, которому припомнят совершенные в недавнее время финансовые махинации, затронет и самого директора ЦРУ. И дело не в том, что Хьюгел при поддержке своего шефа задумал ряд переворотов в странах «третьего мира» и готовил силами разведки покушения на ливийского лидера Муаммара Каддафи и некоторых других иностранных руководителей. И не в том, что он назначил на ведущий пост в Центральном разведывательном управлении непрофессионала. Дамоклов меч над Кейси навис в связи с публичными обвинениями его в контактах с уголовным миром, в нарушении налогового законодательства, а это в Соединенных Штатах одно из самых тяжких преступлений.

С некоторым опозданием противники напомнили Уильяму Кейси о неприглядной истории с похищением его командой секретных документов Картера во время избирательной кампании по выборам президента, что помогло Рейгану определить стратегию и тактику предвыборной борьбы. Американская пресса назвала случившееся «Дебатгейтом» – по аналогии с «Уотергейтом», имея в виду теледебаты Картера и Рейгана, во время которых последний удачно использовал выкраденную информацию. Но внутриполитическое положение в стране было иным, чем во времена Никсона, и в отличие от него Рейгану удалось избежать импичмента. Хотя ситуация была абсолютно идентичной «Уотергейтскому скандалу».