По обе линии фронта - Александр Марков

Незадолго до этого, он обзвонил и «Красный крест», и представительство организации «Врачи без границ», и убедился, что таким вот образом никакой информации не получит. Максимум в чем могли ему помочь — это сообщить где и когда пройдет раздача гуманитарной помощи, что само по себе было неплохо. Это может даже тянуло на сюжет, но только на один, а чем прикажите заниматься все оставшееся время? Ведь требовать-то будут по сюжету в день. Официальным лицам вообще звонить не стоило, конечно, они были бы очень рады сказать что-то умное в камеру, но вот только об этой войне они знали немногим больше, чем Сергей, а может и того меньше, если не читали сообщения в Интернете и невнимательно смотрели телевизор. «Хезболла» не информировала напрямую власти о том, что происходит на Юге страны, так что правительство оказывалось в дураках, узнавая обо всем со стороны.

— Официальные мероприятия снять хотите? — предложил чиновник.

— Можно, — согласился Громов. — Но лучше записать интервью с кем-нибудь из руководителей. Вы же знаете, как у нас к Ливану относятся? У нас эту войну — осуждают.

— Вы русские? — спросил чиновник.

Несколькими минутами ранее он смотрел в паспорта Сергея и Ильи. Там было все написано. Вопрос этот был сродни тому, который задавал японский таможенный чиновник в фильме «Вассаби» Жану Рено, когда тот прилетел в Токио, подумал Громов. Помнится, этот глупый вопрос стоил чиновнику порванной формы и разбитой физиономии. Он ведь сам мог на него ответить. Тот парень в иерусалимском пресс-центре тоже задавал этот вопрос. Они так похожи.

— Да, мы русские.

А что еще он мог сказать в ответ, кроме как подтвердить догадку чиновника?

— Пошли.

Чиновник встал со стула, вышел из-за стола, жестом показывая, чтобы русские следовали за ним, толкнул одну из дверей, которая ничем не отличалась от всех прочих. Правда на ней не было никакой таблички, из чего можно было сделать выводы, что это не туалет и не запасной выход.

— Здравствуй, Фарид, — чиновник вошел первым, поэтому Сергей не сразу увидел к кому он обращается. — Я тебе тут людей привел. Помоги им, если сможешь.

— Хорошо. — послышалось в ответ, но на этом слове чиновник уже пропустил вперед и Сергея, и Илью.

— Я вас оставлю, работа. — сказав чиновник и ушел, прикрыв дверь.

Вообще-то дверь надо на замок закрывать, подумал Громов, а то кто-нибудь из журналистов в поисках того же туалета, забредет сюда, начнет вопросы ненужные задавать…

Впрочем, почти ничто в комнате не выдавало, что здесь находится представительство «Хезболла». Портрет Насраллы мог висеть в кабинете любого чиновника, в зависимости от его политических убеждений, а одет Фарид был в джинсы и клетчатую рубашку. Еще он мог похвастать черной, короткой бородкой, а на вид ему было лет тридцать. У него на столе стоял плоский экран компьютера. На нем еще не появилась заставка Windows, и это означало, что Фарид не так давно пользовался клавиатурой. Возможно, он закрыл документы, которые просматривал, когда вошел чиновник. Разумно. Неизвестно, кто придет в гости.

Громов подумал, что уж визуальную проверку-то он и Илья прошли. Иначе им бы не стали доверять и говорить откровенно.

Они представились.

— Что вы хотите? — спросил Фарид.

— Нам нужна объективность. Мы работаем по эту сторону, другая наша группа — по ту. Зритель должен получать объективную картину происходящего.

— Так почти у всех.

— Да, но западные СМИ — ангажированы. Они придерживаются двойных стандартов. Они необъективны.

Фарид кивнул с пониманием. Очевидно, в его задачи входило еще и отсматривать сюжеты, которые журналисты посылают домой, проверяя — не содержатся ли в них секретные сведения и насколько они правдивы. Предшественники Сергея и Ильи оставили о себе хорошие впечатления, вот Фарид и продолжил с ними разговор, а не выгнал вон.

У Громова было опасение, что Фарид будет лакировать реальность, показывать все происходящее только в выгодном для своей организации свете и попытается держать русских под контролем, чтобы они не сказали лишнего и не увидели нечто, не предназначенное для чужих глаз.

— Давайте решим, как будем дальше работать, — начал Фарид.

Сергей кивнул.

— Я не советовал бы в зону боев вам ездить. Там опасно, не стоит вам так рисковать.

— У нас работа такая — иногда рисковать, — сказал Громов.

— Возможно, я вам организую такую поездку, когда будет поспокойнее.

— И когда это произойдет? — вопрос прозвучал с язвительными нотками.

Фарид их либо не заметил, либо сделал вид, что не заметил.

— Давайте вот как сделаем. Вы будите звонить мне каждое утро, как проснетесь. Я вам сообщаю — что где произошло и куда можно поехать, чтобы снять репортаж. Вы выбираете место, спокойно завтракаете, а можете мне звонить и после завтрака, потом едете на место.

— Мне надо утром наговаривать в телефон, что произошло, — сказал Сергей.

— Тогда я могу прочитать вам утром сводку последних событий.

— Хорошо.

— Что касается съемок дневных, то вам ведь эксклюзивы нужны?

— Не помешало бы, — сказал Сергей, но чувство у него было какое-то странное, словно его вербуют.

К счастью никаких документов подписывать от него не требовали.

— Когда приедете на место, то скажите, что «приехали от Фарида» или «нас прислал Фарид». Вам будет оказана всяческая помощь.

Как впоследствии выяснилось, этот нехитрый пароль и вправду иногда имел магическое действие и после того, как Сергей его произносил, для него зажигался «зеленый свет», а в сопровождение ему выделялся автоматчик, выполняющий еще и роль телохранителя.

Фарид написал на листочке бумажки свой телефон.

— Вот, звоните. Буду рад помочь, — сказал он, подвигая пальцами по столу бумажку к Сергею. — Начнем с завтрашнего дня?

— Да, — согласился Громов

Его подмывало проверить связь, то есть набрать номер, указанный на бумажке и посмотреть — соединится ли он с мобильным телефоном Фарида. Сделать это он хотел вовсе не оттого, что не доверял Фариду. Просто еще Кирилл предупреждал его, что связь здесь отвратительная, поскольку израильтяне ретранслирующие антенны разбомбили.

— У вас есть, где посмотреть ДВД? — спросил Фарид.

— Да, — сказал Сергей.

— Тогда, вот возьмите, — Фарид отодвинул в столе ящик, вытащил из него диск, в прозрачной коробке, на ней не было никаких картинок и названий, как и на самом диске, в общем, пиратская продукция, — здесь съемки боевых действий. Наши операторы снимали. Потом еще ролик записан. Его у нас по телевизору часто показывают, на канале «Аль Манар». Посмотрите, может, что захотите использовать в своих репортажах.