Египетские приключения - Оливия Кулидж

Процессия была готова тронуться, и фараон уже поднял украшенный драгоценностями кнут. По знаку рабы открыли тяжелые ворота, и бегуны со всех сил бросились вперед. Гор отскочил от лошадей, когда фараон, наклоняясь вперед, дернул поводья.

Лошади напряглись, готовые броситься в ворота, но в этот момент лошадь, запряженная слева, внезапно встала на дыбы, жалобно заржав, и попятилась назад. Впоследствии обнаружилось, что в упряжи были шипы, которые при малейшем движении лошади впивались ей глубоко в кожу. Животное взвилось в воздух, лягаясь копытами, и упала на лошадь, запряженную рядом. Та, пытаясь освободиться, вырвала уздечку и, опустив голову, бросилась к воротам, потянув за собой брыкающуюся лошадь, которая была запряжена слева.

Юная царица закричала, увидев, как золотая колесница поднялась в воздух и с грохотом упала на землю. Белая корона слетела с головы фараона, так что драгоценные украшения разлетелись в разные стороны, а следом взлетел и сам царь. На какую-то долю секунды он представлял собой только испуганного маленького мальчика, который пытался спасти свою драгоценную жизнь, хватаясь за поручни колесницы.

В мгновение ока лошади оказались у ворот. Колесница, сильно раскачиваясь, чуть не ударилась об огромную квадратную башню слева от входа, но внезапно ее отбросило вправо, и она со всей силой ударилась о башню.

Царица закричала снова и закрыла глаза руками. Она услышала, как раскололась колесница, ударившись о стену, а затем стук копыт и крики. Против своего желания она посмотрела сквозь пальцы. Обломки колесницы валялись у основания башни, а по дороге у ворот в пыли катились два человека.

Гор находился ближе всех к фараону, когда лошади отчаянно рванулись к воротам. Но он не просто стоял, он был напряжен от волнения и тревожного предчувствия и приготовился схватить удачу, предсказанную ему, сослужив службу Эайю. В тот момент, когда качающаяся колесница наклонилась к левой башне, он вскочил на нее, обхватив фараона вокруг пояса. Однако ему потребовалось некоторое время, чтобы разжать руки ребенка, вцепившиеся в поручни, поэтому они вылетели из колесницы подобно камням из метательной машины за долю секунды до того, как она столкнулась с башней.

Они с размаху упали на землю, сильно ударившись. Когда они перестали катиться, люди бросились к ним, но маленький фараон, первым придя в себя, начал дрыгать ногами и кричать изо всех сил:

– Мое величество пострадало! Мое священное величество в крови! Оставьте мое величество в покое!

И никто не посмел прикоснуться к нему, а Гор, на которого сыпались пинки, попытался отползти в сторону, хотя это и причиняло ему боль. Маленький фараон поднялся с земли и подошел к нему.

– Вот тебе! – неистово кричал он, пиная Гора. – Вот тебе еще! Мое величество сильно ударилось!

Твердая рука схватила фараона за плечо и оттащила его.

– Ваше величество, вы живы благодаря божественному Амону, – сказал Эай мягко, – вашему отцу. Если бы вы, наместник бога, сегодня покинули нас, то земля бы опустела.

– Пустите меня! – неистово кричал маленький фараон. – Я очень хорошо знаю, что ты хотел бы быть сыном Амона на земле вместо меня.

Эай опустил руку и медленно и торжественно поклонился фараону.

– Ваше величество в ярости, – ответил он, выпрямляясь, – но когда ваше божественное величество придет в себя, то вы вспомните, что не сможете обойтись без Эайя, вашего преданного слуги, в чьих руках находятся все сокровища вашего царства.

Эай говорил спокойно, но в его голосе звучала угроза, которую не мог не заметить маленький фараон. Он опустил глаза и начал что-то чертить ногой на земле. Маленькая царица быстро подбежала и встала между ними.

– Вы ударились, бог земли, и ваше платье порвано, – нежно сказала она мужу. – Позвольте моим слугам обмыть ваши раны и смазать их мазями, а в храм Амона, вашего бога отца, необходимо послать гонцов, чтобы они попросили извинения, что вы не можете приехать сегодня. А этого храброго слугу необходимо наградить, потому что только благодаря ему вы остались живы.

Фараон снял золотой браслет и бросил его на землю около Эайя.

– Вознагради раба, Эай, мой слуга, – сказал он неприветливым тоном, – если уж ты так любишь мое величество. Моим божественным губам не следует открываться перед рабом.

Гор предстал перед Эайем, согнувшись в почтении, в то время как его руки почти касались коленей. Воцарилась тишина. Было слышно лишь шарканье ног расходящейся толпы, и Эай еще раз осмотрел его внимательно с головы до ног.

– Подбери свой браслет, раб, – спокойно сказал он. – Заслужить благосклонность фараона еще не значит получить ее, но я постараюсь помочь тебе продвинуться по службе.

Гор стоял, замерев в почтенном поклоне, не смея взглянуть на Эайя, пока тот не повернулся, чтобы уйти. Затем, быстро наклонившись и подобрав браслет, он бросил взгляд на удалявшуюся фигуру большого человека.

«Предсказание начало сбываться! – сказал он про себя. – Но Эай разговаривал со мной очень прохладно, будто бы я не заслужил его расположения тем, что спас жизнь фараона. Конечно, это очень хорошо, что я привлек внимание такого знатного человека, но я начинаю сожалеть, что не добился правды от предсказателя судеб. Ну, будь что будет».

После этого случая несколько рабов загадочно исчезли из конюшни, и одного из вельмож назначали каждый день осматривать упряжь для лошадей фараона. Если не считать этого, все шло своим чередом. А к концу месяца главный раб-конюх, угрюмый, завистливый старик, послал за Гором.

– Возможно, мне не следовало беспокоить спасителя его величества, – язвительно начал он, когда молодой человек предстал перед ним.

– Мы как раз чистили конюшни, и я задержался только для того, чтобы помыться и не казаться неучтивым в ваших глазах, – торопливо ответил Гор. – Мы, кто родился рабами, еще не забыли, что до сирийского восстания вы были свободным человеком и имели лошадей и рабов.

– Правильно! Правильно говоришь! – удовлетворенно кивал главный раб. – Всем известно, что наши хозяева благоволят ко мне. Особенно Эай, поскольку я передаю все его распоряжения конюхам. Выдающийся человек знает, где снизойти!

Сердце Гора забилось сильнее, но трудная жизнь научила его не показывать своих чувств.

– Едва вероятно, что Эай вспомнил бы о каком-то несчастном конюхе, если бы не ваши рекомендации, – продолжил он.

– Ты абсолютно прав! Конечно, это моя рекомендация! – Старик был восхищен. – Он – честный парень, сказал я Эайю, и он знает свое дело. Продвижение по службе не повредит ему. Ну а теперь самое главное – тебя назначили стоять за фараоном в его колеснице, когда он поедет в горы охотиться на газелей. Фараон будет править сам, и ты понимаешь, что должен стоять позади него и держать поводья, так как наш бог еще недостаточно силен. Мы говорили с Эайем относительно того несчастного случая, происшедшего у ворот, и естественно, первое подозрение падает на вельможу, стоявшего позади трона фараона.