Любовь Орлова - Екатерина Мишаненкова

«Волга-Волга» стала одной из его лучших работ, многие фразы из нее прочно вошли в лексикон советских людей, став по-настоящему крылатыми. Это и «Благодаря моему чуткому руководству», и «Пароход хороший, только он воды боится», и «Он официант, он врать не будет», и «Я на улице самокритикой заниматься не позволю», и, разумеется, гениальное в своей простоте «Хочется рвать и метать».

Все поклонники таланта Любови Орловой и просто любители киноклассики, конечно, помнят незамысловатый сюжет фильма, получившего в конце концов название «Волга-Волга». Действие его начинается в маленьком уральском городке Мелководске, находящемся в отдалении от крупных культурных центров. В этом городке живет «сосланный» в провинцию махровый бюрократ Иван Иванович Бывалов, озабоченный лишь своей собственной карьерой и мечтающий уехать в Москву. Все остальное, включая культуру, за которую он вроде бы должен отвечать, ему глубоко безразлично, он даже не замечает, что в Мелководске много талантливых людей, которые в свободное время охотно занимаются в различных коллективах художественной самодеятельности.

Когда Бывалову приходит телеграмма с предложением послать на Всесоюзную олимпиаду художественной самодеятельности какой-нибудь коллектив, он отвечает: «В соревновании участвовать не могу из-за отсутствия в моей системе талантов». Но возмущенная почтальонша Дуня по прозвищу Стрелка (в исполнении Орловой) отказывается отправлять такой ответ и пытается убедить закостенелого бюрократа, что в их городе много талантливых людей. Однако все ее старания пропадают даром, а когда она поет оперную арию, Бывалов и вовсе отвечает, что никто в этом городке так петь не может. Чтобы так петь, двадцать лет учиться надо.

Но Стрелка не сдается, и вскоре жители города начинают буквально преследовать Бывалова, пытаясь показать ему свои таланты. Обслуживающий его в ресторане официант поет, повара танцуют; милиционер, к которому Бывалов обращается с жалобой, высвистывает музыкальную фразу; залихватски пляшет дворник; обиженные начальником управления кустарной промышленности посетители играют на струнных инструментах, мчащиеся по вызову пожарные – на духовых, горшечники играют на горшках, каменщики – на булыжниках.

Удачливее всех оказывается счетовод Алеша Трубышкин – дирижер «неаполитанского оркестра», у которого с Дуней роман и одновременно спор за культурное лидерство в городе, поскольку его оркестр играет классику и презирает ее самодеятельный коллектив. Алеше удается донести до Бывалова простую мысль: он может поехать в свою обожаемую Москву вместе с оркестром – на Всесоюзную олимпиаду художественной самодеятельности.

Они отправляются в путь на допотопном пароходе «Севрюга», то и дело норовящем развалиться. А неугомонная Стрелка собирает свой коллектив, и они плывут следом на паруснике, по пути репетируя песню о Волге, которую сочинила сама Стрелка, но раскрыть свое авторство побоялась и всем сказала, что это песня некой другой Дуни из их городка.

По воле случая Дуня с Алешей меняются местами, песню о Волге разучивают оба коллектива, а потом и вовсе листочки с записанными нотами улетают, попадают на другие корабли, и к приезду героев в Москву удачную песню знает наизусть уже практически вся страна.

Название фильма, по словам Любови Орловой, было взято из русской народной песни «Стенька Разин» («Из-за острова на стрежень…»), которую Александров напевал, катаясь на лодке с Чарли Чаплином в бухте Сан-Франциско. Чаплин в шутку предложил ему назвать его новый фильм «Волга-Волга», но Александрову эта идея понравилась на полном серьезе.

Имя главной героини тоже было выбрано не просто так. О нем долго спорили, никак не могли остановиться ни на одном варианте, все по каким-то причинам казались неподходящими. Но однажды Орлова, заглянув в кабинет мужа, где как раз обсуждался сценарий, спросила: «Дуня сегодня звонил?» Имелся в виду Исаак Осипович Дунаевский, бессменный композитор фильмов Александрова и друг их семьи. Такое вот у него было прозвище. Это показалось всем знамением свыше – ну конечно, героиню надо назвать именно Дуней!

Дорогая Любовь Петровна! За полтора года войны мы видели всего четыре фильма, из них три: «Волга-Волга», «Веселые ребята» и «Цирк». Первые месяцы боев были тяжелыми. После внезапного нападения фашистов мы угрюмо отходили на Восток.

Горечь отступления сжимала горло. И тогда в одной из школ, занавесив окна шинелями, мы смотрели «Волгу-Волгу». На этом сеансе «контролерами» за порядком в небе были наши прожектористы и звено истребителей. Забыв печаль, мы от души смеялись…

После «Цирка», комсомолец-орденоносец Быков, садясь в самолет, напевал:

В небо прыгнуть нелегко,

Небо очень высоко…

Из письма, присланного Любови Орловой с фронта в 1942 году.

Двадцатого июня 1937 года съемочная группа фильма «Волга-Волга» отправилась на натурные съемки. Возглавлял кавалькаду пароход «Память Кирова», на котором разместились участники экспедиции, оборудованное операторское помещение, зал для звукозаписи, костюмерная, фотолаборатория. На верхней палубе был павильон для съемок.

Следом за «Памятью Кирова» на буксире шли бутафорский пароход «Севрюга» и парусник «Лесоруб», которым предстояло стать полноценными «артистами» будущего фильма. «Флотилия» отправлялась торжественно, с помпой, через громкоговорители с «Памяти Кирова» звучала новая песня Дунаевского и Лебедева-Кумача, которой предстояло стать визитной карточкой нового фильма:

Красавица народная,

Как море, полноводная,

Как Родина, свободная, —

Широка, глубока, сильна!

Естественно, подобная кавалькада привлекала всеобщее внимание, и пассажиры всех встречных судов высыпали на палубы и гадали, что происходит. Но потом замечали вымпел с надписью «Мосфильм. Киноэкспедиция “Волга-Волга”», и все становилось понятно.

Пароходы поплыли по Москве-реке и Оке к Горькому, в окрестностях которого и провели первые съемки. Там верхневолжское пароходство выделило в помощь «Памяти Кирова» буксир «Добролюбов», который перетаскивал декоративные суда и устанавливал их на подходящие для съемок места. «Шедший на буксире игровой пароход «Севрюга» первую остановку сделал в Горьком, – писал А. В. Романов в книге «Любовь Орлова в искусстве и в жизни». – Он пришвартовался у окского грузового дебаркадера и сразу же вызвал повышенный интерес тысяч горьковчан, тем более что вслед за столь экзотическим судном на пароходе «Память Кирова» сюда приехали известнейшие мастера экрана – прославленные герои многих немых и звуковых кинолент.

Вполне понятно, что мы, горьковские журналисты, тотчас пригласили участников киноэкспедиции посетить редакцию областной газеты, рассказать о своей работе, о задачах и планах московских киностудий. Ожидали Игоря Ильинского и Владимира Володина, Павла Оленева и Андрея Тутышкина, но они поехали то ли на автомобильный завод, то ли на «Красное Сормово», и в гости к нам пришли Любовь Орлова и Григорий Александров.

Они пришли как-то уж очень по-будничному, задолго до назначенного часа. И уже в коридоре скромненько спросили у работницы приемной Катюши Камраковой, зардевшейся как маков цвет при виде знаменитых артистов: «Скажите, пожалуйста, может ли редактор сейчас принять нас?»