Немецкие подводные лодки в Первой мировой войне. 1914-1918 гг. - Эдвин Грей

Очень скоро фон Хеймберг увеличил свой личный счет, потопив 13 августа 11 117-тонный транспорт «Король Эдвард», при этом погибли 866 человек. Затем «UB-14» повредила транспорт «Южный». Немецкое Верховное командование продолжало слать подкрепления по морю и по железной дороге. Маленькие «UB» и «UC» ехали через всю Европу на поездах, чтобы их собрали на берегу. Более крупным субмаринам, чтобы присоединиться к флотилии Каттаро, приходилось проделывать долгий и опасный путь из Вильгельмсхафена морем.

Первые субмарины вышли из Германии в августе. Сначала «U-34» под командованием Рукера, затем «U-35» Кофамеля, вслед за ними «U-33» Гансера и «U-39» Форстманна. По пути немцы атаковали все встречные вражеские суда. Особенно много шума наделали Гансер и Форстманн, проходя мимо побережья Алжира. Но «U-35» едва удалось уйти от преследования торпедного катера «95». В том же году к флотилии присоединился Макс Валентинер на подлодке «U-38». Он давно приобрел славу человека, любившего нападать на безоружные торговые суда. И на новом месте субмарина, которой он командовал, отнюдь не покрыла себя славой.

Кофамель, разыскивая корабли, принимавшие участие в высадке союзников в Салониках, сумел быстро добиться успеха. 23 октября он отправил на дно 7000-тонный транспорт для перевозки войск «Маркет», затратив одну торпеду. Это было весомое достижение для хорошо охраняемых вод. Тем не менее, убежденный гуманист Кофамель очень расстроился, узнав, что на судне погибли 10 женщин-медсестер.

Вслед за этим он поработал на турецкую армию, доставив в Бардию команду солдат, где они спровоцировали мятеж против союзников в воинственной секте Сенусси. Партизанская война в Северной Африке частенько вынуждала подводников выполнять задания «рыцарей плаща и шпаги». Поэтому немецкие субмарины поддерживали регулярное сообщение между двумя берегами Средиземного моря. Перед назначением командиром флотилии Каттаро Кофамель был частым гостем на североафриканском берегу. Однажды он доставил оттуда двух верблюдов в подарок кайзеру от богатого арабского почитателя. Трудно представить, как Кофамель сумел вместить в небольшие помещения подводной лодки двух больших животных. На флоте долго рассказывали, что моряки с «U-35» так пропитались вонью верблюжьего навоза, что после окончания рейса матросы с других лодок отказывались сидеть с ними за одним столом.

Лодка «U-35» выполняла и более важные задачи, чем перевозка крупных животных. В ноябре 1915 года ею был потоплен пароход «Тара», а через несколько дней – два корабля египтян. Миссия в Сенусси не рассматривалась командирами немецких подводных лодок как серьезная военная операция. Настоящую работу они выполняли в открытом море.

Гансер на «U-35» продемонстрировал пример жестокости, атаковав пароход «Клан Маклеод» компании «Клан Лайн». Британский капитан попытался, воспользовавшись преимуществом в скорости, уйти от подлодки, но после двухчасовой погони сдался. Гансер решил отомстить за непокорность и открыл огонь по спасательным шлюпкам, на которых находился экипаж. В результате 12 матросов погибли, многие получили ранения. Макса Валентинера тоже никогда не отличало уважение к чужой жизни. Проигнорировав приказ кайзера о том, что пассажирские суда следует щадить, он 15 декабря 1915 года торпедировал пароход «Персия» компании «Р&О» без предупреждения. Трагедия превратилась в катастрофу, когда на пароходе взорвались котлы. Судно камнем пошло ко дну, унеся с собой жизни 334 пассажиров и членов экипажа. В том же походе Валентинер потопил японский лайнер «Ясака Мару», прикрывшись австрийским флагом. Впоследствии союзная Германии держава отрицала свою причастность к этому массовому убийству.

4 ноября «U-38» напала на перевозящий войска транспорт «Мерсийский», шедший из Гибралтара в Альборан. Снова Валентинер продемонстрировал твердое намерение убивать. Когда офицеры на транспорте заметили перископ, они построили солдат на палубе в ожидании торпедной атаки. Заметив это, Валентинер приказал всплыть и открыть огонь из палубного орудия. Первыми залпами убило 23 человека. Среди людей началась паника. Солдаты ринулись к спасательным шлюпкам. В возникшей панике шлюпки переворачивались, люди продолжали гибнуть. Но «Мерсийский» решил не сдаваться без боя. Капитан приказал набрать максимальную скорость и стал уходить от лодки зигзагом. Лодка устремилась в погоню. В это время на палубе установили армейские пулеметы и каждый раз, когда лодка приближалась, по ней открывали огонь. Валентинер наблюдал за происходящим в бессильной ярости. Он понимал, что, погрузившись, не сможет догнать судно, но пулеметные очереди над головой никому не добавляли энтузиазма. Глас разума оказался сильнее, и Валентинер приказал прекратить преследование. Три дня спустя он удовлетворил страсть к убийству, потопив транспорт «Франс-4». Затем на его пути встретился итальянский лайнер «Анкона». Валентинер снова поднял австрийский флаг и, приблизившись к пассажирскому кораблю, хладнокровно открыл огонь – 208 человек были убиты. Вернувшись из этого похода в Каттаро, Валентинер имел на своем счету 14 потопленных судов. Так он сделал первый шаг к своему итоговому числу – 300 000 тонн. Это был третий результат среди немецких подводников. По количеству потопленного тоннажа Валентинер стал лишь третьим, зато ненавидели его намного сильнее всех остальных.

Хотя в Германии хорошо понимали, на ком лежит ответственность за жестокие атаки, неизбежные протесты американцев были приняты с показным недоумением и преувеличенным удивлением. Если субмарина плавает под австрийским флагом – это австрийская субмарина. Признать свою ответственность было нельзя: ведь Германия дала торжественное обещание не нападать на пассажирские суда без предупреждения. Всем известно, что правительство Германии и ее офицеры никогда не нарушают данных обещаний. Только когда некоторые командиры немецких подводных лодок начали топить госпитальные суда под прикрытием австрийского флага, император Франц-Иосиф решил положить этому конец. В Берлине издали приказ, запрещающий офицерам субмарин использовать австрийский флаг, только в 1917 году.

Средиземноморье оказалось благодатной территорией для немецких подлодок. В начале кампании им постоянно сопутствовал успех, причем с минимальными потерями. За период от прибытия «U-21» в Каттаро и до конца 1915 года немцы отправили на дно 92 торговых судна, причем 54 из них были британскими. Кроме того, асы-подводники – Херсинг, Кофамель и фон Хеймберг – потопили много военных кораблей союзников.

Организационные неурядицы и склоки среди союзников играли на руку немцам. Начать с того, что Средиземноморье было разделено на районы, управление которыми осуществлялось разными странами. Отсутствие единого командования приводило к постоянному выяснению отношений между сторонами. Большой ущерб союзникам наносила существовавшая политика направления торговых судов по строго определенным маршрутам. Конечно, немцы знали об этом и пользовались ситуацией.

На «политическом фронте» Средиземноморья существовало меньше проблем, чем на Атлантике или в Северном море. Здесь было значительно меньше нейтральных судов, поэтому вероятность ошибки при определении принадлежности судна была существенно ниже. Хотя Италия не воевала с Германией, у нее существовали трения с Австро-Венгерской империей. Завидев итальянское судно, немецкие офицеры начинали себя считать «на службе у союзников». Хотя Италия была нейтральной, командиры немецких подводных лодок чувствовали себя в полной безопасности, отлично понимая, что принадлежность перископа нельзя определить даже в самую хорошую погоду, поэтому никто и никогда не накажет их за нелегальные атаки. По каким-то причинам Америка не проявляла особого интереса к Средиземноморью, поэтому американских протестов в этом районе было несравненно меньше.