Руины некомпетентности - Анатолий Терещенко

В 1939 г. отца автора по комсомольской путевке направили на железную дорогу в город Сарны Ровенской области в качестве машиниста паровоза. И сразу же семье власти предоставили домик, в котором жила польская семья, выселенная или добровольно покинувшая жилище и уехавшая в Польшу.

А чем это может грозить гражданам Украины, можно увидеть на примере печальной судьбы латвийской актрисы Вии Армане. Ее в процессе реституции изгнали из собственной квартиры, и закончила она жизнь в неотапливаемом сарае на хуторе у друзей. Появился хозяин дома с законными претензиями на свою когда-то отторгнутую собственность…

Так вот на западных территориях Советского Союза, начиная с летних боев 1941 г., появился трагический раздел советского, в том числе и русского народа в этой войне.

Разделение произошло на тех, кто решит защищать Родину любой ценой — с оружием в руках в армии или в партизанских отрядах. Не щадя своей жизни — просто потому, что это Родина, Отчизна — земля пращуров, дедов и отцов с могилами предков с материнскими домами. Они считали, что умереть за Родину — высший долг и счастье Человека и Солдата!

Но была и другая категория людей, которые не могли простить коммунистической, интернационал-троцкистской власти с чудовищным насилием в вопросах расказачивания, раскурку-ливания, чоховщины в колхозном строительстве, всякого рода репрессий и т. д. Четырехлетним периодом это отмечалось на Западной Украине и двадцатилетним — в Советской России. Эта категория людей облачалась во вражеские мундиры и брала в руки оружие для того, чтобы стрелять в своих товарищей, знакомых и даже родственников.

Так начинались война в войне и война после войны в Прибалтике, Белоруссии и Украине.

* * *

Бури войны породили две линии гражданского самосознания: одна — линию борьбы с советской властью, другая — линию защиты Отечества от вероломных оккупантов. На Западной Украине эта борьба шла через активизацию «Организации украинских националистов» (ОУН) от отрядов повстанческого движения и до создания Украинской Повстанческой армии (УПА). На остальной территории СССР тоже были рецидивы политического бандитизма, но они вскоре были погашены силами армии и органов НКВД.

Из Вяземского «котла» яростно и дерзко прорывались к своим, не взирая ни на какие потери, слабо вооруженные части народного ополчения. Для Ставки ВГК и самого Сталина это был хороший знак появления гражданского самосознания.

Дивизии народного ополчения создавались на основе новой идеологической концепции — концепции защиты Родины от нашествия опасного врага — славяноненавистника.

Вот почему стали все чаще и чаще появляться надписи на боевых машинах: «За Родину!» Этот знак патриотизма был не случаен.

Произошел поворот сознания не в сторону «защиты завоеваний Октября», спасения «пролетарского дела», утверждения «классовой солидарности» и прочего идеологического утиля. Руководство Советского Союза убедилось на деле, что новая идеология, рожденная «патриотизмом снизу», а не рескриптами сверху — архижизнеспособна. Она единственно адекватна сложившейся опаснейшей для страны ситуации, способной сильному противнику разрушить страну.

Операция разведки органов госбезопасности «Снег» и данные нашего агента военной разведки Рихарда Зорге позволили вдохнуть в руководство СССР уверенность, что Япония не нападет. Полученная информация позволила смело забрать из состава Дальневосточного фронта десятки дивизий, и эшелонами, мчащимися на запад с курьерской скоростью, бросить их в сражения для победы под Москвой.

Это был тоже допинг для патриотического марафона в длительной, как потом выяснилось, по времени войне.

* * *

А что касается войны после войны и вообще повстанческого движения на Украине, то и здесь элементы некомпетентности не заставили себя долго ждать. Особенно остро они проявились при волюнтаристском руководстве в республике Н.С. Хрущева, который воевал не только с националистическими элементами среди мирного населения, но и с «врагами народа» в армейской среде.

Сохранилось постановление Военного совета Киевского Особого военного округа под названием «Состояние кадров командного, начальствующего и политического состава округа» от 25 марта 1938 г., принятого с участием Н.С. Хрущева и С.К. Тимошенко.

Наиболее характерные выдержки из него есть смысл привести:

«Военный Совет постановил центральной задачей «выкорчевывание» врагов народа и подбор на руководящие должности преданных и растущих командиров».

Масштабы корчевки и обновления умопомрачающие. Из приложенной к Постановлению Военного совета округа таблицы видно, что из 9 командиров корпусов изъято 9, из 25 командиров дивизий — 24, из 135 командиров полков — 87, из 4 комендантов УРов — 4, из 24 начальников штаба округа -19. Было арестовано 1 066 человек — главным образом лица высшего и старшего комсостава. В Постановлении утверждалось, что аресты позволили очистить ряды РККА от враждебных элементов и обеспечить политическую крепость и успех дела в поднятии боеготовности войск.

Но это был явная подделка под правду. Замещение командных должностей лицами без военного образования и опыта командной работы никак не могло поднять боевую мощь и повысить боеготовность воинских частей. А дальше, в конце постановления, шел призыв:

«Военный Совет ставит как главнейшую задачу: до конца выкорчевать остатки вражеских элементов…»

Думается, не все «выкорчеванные» были троцкистами. Арестованным Никита Хрущев вел счет на десятки тысяч.

Вот и подумаешь — «выкорчеван» ли был воинствующий троцкизм или продолжался во всех сферах политической жизни страны? Ответ однозначен — он существовал в умах всей партийной верхушки Советского Союза.

В 1939 г. Хрущев докладывал Сталину за обедом. Это происходило на даче «Зеленая роща» в Сочи. Автор, побывавший там несколько лет назад и посидевший за тем же столом, живо представил атмосферу: Сталин и его соратники сидят, пьют вино, говорят о делах и вдруг открывается дверь и охрана впускает приглашенного и только что прибывшего украинского лидера.

Он деловито подошел к вождю:

— На Украине разоблачена большая группа ярых националистов. Среди арестованных имеются лица, занимающие ответственные государственные посты. Я привез списки.

— Почему мы вас должны подменять? — разозлившись, ответил ему вопросом на вопрос Сталин.

— В списке 6 971 человек, многие Вам известны, и мы боимся переборщить, — торопливо продолжил Никита Сергеевич, словно желая удивить вождя солидной цифрой.

— «Корчуйте» по своему усмотрению, — опять сбросил с себя ответственность Сталин.

Хрущев закивал в знак согласия и стал усаживаться на предоставленный ему стул за столом с обильными яствами…

Такие действия руководства Украины не способствовали улаживанию конфликта в республике и серьезно подрывали боеготовность армии.