Нонна Мордюкова и Вячеслав Тихонов. Как казачка Штирлица любила - Виталий Кондор

«Выхожу на закате солнца на балкон, кажется, самого фешенебельного дома в Советском Союзе – высотного на Котельнической набережной. Здесь жили и живут разные великие, знаменитые и совсем простые люди, рабочие. А когда-то начинающей актрисой я бродяжничала по Москве с грудным ребенком, не зная, куда притулиться. Комната в бараке, которую я уже описала, была великим подарком и органичным местонахождением молодой особы, молодого специалиста. А эти высотные дома, они тогда загромождали мои понятия, холодили недоступностью и нереальностью».

Но беспокойства не оставляли Нонну Викторовну. Ее очень беспокоила судьба сына. Она перестала думать о своей карьере в этот момент. Предложения по новым ролям поступали часто, но она не могла принять все предложения, потому что была не в состоянии сосредоточиться на работе.

Нонна Мордюкова в кругу друзей. 1984 г.

«У нее была своя жизнь, у меня своя. Даже в творчестве нас связывала только “Молодая гвардия”. А потом она снималась у своих режиссеров, а я у других. У нас не было ничего общего…» (Вячеслав Тихонов о Нонне Мордюковой)

Да и в судьбе советского кинематографа наступила заря не самых лучших времен. Приход к власти Горбачева и начало великой перестройки для многих были предвкушением начала новых времен. Пал «железный занавес», открылись границы, многие думали, что это только к лучшему. Но по факту наступала эра «великого поражения» в так называемой холодной войне. Многие страны одна за другой стали выходить из соцлагеря. Рухнула Берлинская стена, долгие годы разделявшая один народ. Все стали верить, что США и СССР в одночасье станут друзьями. Но если одни наивно полагали, что вражду многих десятилетий можно скрепить рукопожатием, то по ту сторону океана лишь триумфально радовались своей победе. Некоторые стали покидать свою страну, полагая, что за рубежом добьются успеха. Кому-то это удалось, а кто-то просто впал в ностальгическую депрессию. А третьи оставались у себя дома и ждали, что скоро «американская мечта» придет на смену коммунистическим идеалам. Но они и представить не могли, через что сами американцы в свое время прошли, чтобы прийти к светлой жизни. И речь здесь шла о десятках годах строительства и пройденную «Великую депрессию». Но кто-то думал, что все это у нас можно миновать. Но… нет. Некое подобие «Великой депрессии» наступало и у нас. Взять хотя бы похожий «сухой закон» и быстрый рост преступных группировок в городах.

Нонна Мордюкова в роли Антонины (справа) и Алексей Баталов в роли Егорова в фильме «Возврата нет». 1973 г.

«Почему открытое полезное ископаемое ценят, радуются прибыли от него, а родившемуся таланту человека не радуются? Попользуйтесь! Испейте, обогатитесь!» (Нонна Мордюкова)

Но Нонну Викторовну судьба страны волновала гораздо меньше. Лишь однажды ей пришлось выступить в роли адвоката Советского Союза перед Западом. В 1989 году ее вместе с Александром Аскольдовым пригласили на конгресс в США, где показали давно забытый на родине фильм «Комиссар». В американской энциклопедии об этой картине написана всего пара слов – шедевр кино. Казалось бы, ничто не должно предвещать беды. Но неожиданно после просмотра сенаторы и конгрессмены начали критиковать всю советскую власть, скверную религиозную политику, национальную политику. Нонна Викторовна и Александр Яковлевич около трех часов выслушивали претензии и упреки в отношении своей страны. Больше остальных вступал в полемику Аскольдов. Несмотря на то, что его когда-то уволили за этот фильм, он яростно продолжал доказывать, как сильно любит свою родину.

Но Нонна Викторовна больше была озабочена не прошедшим конгрессом или отношением западного зрителя к СССР. Несчастья не собирались оставлять эту сильную женщину. У ее сына случился очередной инсульт. Его еле вытащили с того света. Тогда врач предостерег его мать, сказав: «Следующая доза может стать последней». Володя тогда в очередной раз пообещал бросить, но так и не смог найти в себе силы воли исполнить обещание. Масла в огонь подливала и ссора с супругой Натальей. Она не хотела мириться с происходящим и не желала видеть мужа в постоянном дурманящем состоянии. Возможно, девушка переживала, что он может распустить руки в любой момент, а может, ей было просто неприятно. В любом случае, она оставила Владимира одного.

Москва. 1989 г.

Наступил 1990 год, который стал роковым. Но судьба могла подарить ему очередной шанс, чтобы все вернуть и пойти по пути счастья и процветания. В то время Нонна Викторовна выменяла квартиру, поселив его у метро «Щукинская». Оттуда Владимир звонил своей супруге, просил вернуться, обещал, что все изменится, говорил, что у него квартира есть, предлагал там прописать их сына Володю. Все шло к примирению. Сама же Наталья находилась в это время в Ленинграде, где вовсю шла подготовка к их гастролям в США.

В тот злополучный вечер Тихонов встретился со своим старым школьным другом Толей. Они выпивали, вспоминали обо многом. В какой-то момент Володя отключился. Анатолий, подумав, что друг его просто уснул, тихо собрался и покинул квартиру. Лишь потом одноклассник узнал, что это были те самые последние минуты актера. Толя не смог дальше жить с этим грузом и, чувствуя свою вину, покончил с собой через несколько дней.

«Накануне смерти сына Нонна Викторовна не могла найти себе покоя. Она до последнего не верила, что это происходит на самом деле. Несчастная мать думала, что сможет прогнать старуху с косой.

Нонна Викторовна крепко ухватилась за кровать, на которой лежал ее сын. Он ворочался, не мог найти себе покоя, скрипел зубами, мучился. Несчастная женщина с болью в сердце смотрела на умирающего сына.

– Чем помочь тебе, детка моя? – молящим голосом спросила мать.

Ей хотелось взять его на руки, приголубить, поцеловать. Она вспоминала те времена, когда ребенок был совсем маленьким и болел.

– Мам, похорони меня в Павловском Посаде, – полушепотом ответил Володя.

Это место молодой мужчина выбрал не просто так. Павловский Посад – это родина отца Владимира, Вячеслава Тихонова.

После сказанных слов сердце матери разволновалось еще сильнее.