Отряд Асано. Русские эмигранты в вооруженных формированиях Маньчжоу-го (1938-1945) - Алексей Буяков

Учебный поход отряда Асано, который в дальнейшем получил название 1-го Амурского похода, начался 8 июля 1941 года. Главной целью похода являлось обучение личного состава методам осуществления разведывательно-диверсионной и партизанской деятельности в максимально приближенных для этого условиях приграничной полосы. Перед выступлением в поход подполковник Асано обратился к своим бойцам с речью, отметив, что в случае войны с СССР они должны первыми оказаться на советской территории. Возглавил походное подразделение офицер отрядного штаба капитан Идзима[195](по другой версии – поход возглавлял сам подполковник Асано). Для выпускников полковых офицерских курсов учебный поход стал хорошей возможностью для прохождения офицерской практики в условиях, приближенных к боевым.

Поход начался переброской личного состава отряда вместе с лошадьми по железной дороге в город Мерген, раскинувшийся в верхнем течении реки Нонни, на ее левом берегу, примерно в 230 км к северо-востоку от Цицикара. Бойцы походного отряда в новом обмундировании без погон двое суток в закрытых вагонах добирались до места назначения. В Мерген прибыли 10 июля и расположились лагерем у реки. Здесь личный состав получил оружие: карабины и легкие пулеметы чешского производства, японские гранатометы. 15 июля отряд в конном строю покинул лагерь, направляясь к русским поселкам Чичилин и Алексеевка, размещавшимся километрах в двухстах от Мергена. Отряд сопровождал обоз с месячным запасом продуктов.

Новый лагерь был разбит недалеко от русских поселков на берегу речки Алихэ. Здесь были построены землянки для личного состава, макет деревянного моста и другие тренировочные сооружения. В течение двух месяцев асановцы изучали подрывное дело и тактику партизанских действий в тылу врага.[196]

Несмотря на высокий уровень секретности, окружавшей деятельность походного отряда, сведения о нем очень быстро попали в руки советских спецслужб. Уже 18 июля 1941 года начальник Управления госбезопасности по Хабаровскому краю сообщал секретарю Хабаровского крайкома ВКП(б) о переброске военной школы «Асано» к границе в районе Сахаляна «с целью выброски мелкими группами на нашу территорию в красноармейской форме для организации диверсионных актов и распространения листовок».[197]Это лишний раз указывает на то, что советская сторона пристально наблюдала за событиями на границе и имела очень широкую сеть осведомителей в Маньчжурии.

В сентябре походный отряд получил приказ возвратиться в город Мерген. Бросив недостроенный зимний лагерь, отряд выбыл в Мерген. Здесь для личного состава была организована медицинская комиссия, все больные подлежали возвращению на Сунгари-2. Вместе с ними в расположение гарнизона возвращались несколько офицеров и младших командиров для обучения прибывшего на Сунгари-2 молодого пополнения. Группу инструкторов возглавил капитан Асакура. В нее вошли прапорщики Г. В. Шехерев, К. И. Лисецкий и В. Э. Лукеш, унтер-офицер А. М. Богатырь, рядовые Е. С. Яковлев (вестовой Асакуры) и Игнатенко. Кроме того, на Сунгари-2 был отправлен весь конный состав походного отряда.

Оставшиеся в Мергене бойцы были разбиты на четыре взвода (русские командиры – Тырсин, Приказчиков, В. Мустафин и Рычков) и вскоре по железной дороге скрытно переброшены в город Сахалян (сегодня город Хэйхэ).[198]

На сахалянской железнодорожной станции личный состав походного отряда сутки находился в закрытых вагонах. Бойцы здесь были переодеты в полицейскую форму без знаков различия. Всем было разъяснено о необходимости держать в строжайшей тайне назначение отряда, запрещалось обращаться к вышестоящим по званию, заменив его безликим «господин старший». Ночью личный состав отряда был подвезен к пристани на реке Амур и без лишнего шума погружен на пассажирский пароход.[199]

Пароход взял курс вверх по течению Амура на поселок Оупу (Оцу или Оцути), лежащий примерно в 300 км от Сахаляна, практически напротив большого советского села Черняево. В районе Оупу располагались переброшенные к границе на случай войны с Советским Союзом японские воинские части. Во время движения по Амуру асановцам было запрещено появляться на палубе в дневное время и выглядывать из иллюминаторов в сторону советского берега.[200]

Разгрузка в Оупу также проходила ночью. Рано утром отряд выступил к югу от поселка в покрытые густым лесом сопки и расположился в палатках в тридцати километрах от советской границы. В течение месяца отрядники обследовали границу, обучались подрывному делу. Через месяц отряд перебрался в недавно построенные казармы 12-го постоялого двора в тридцати пяти километрах от поселка Оупу, в лесном местечке Чигодян. Военный лагерь строго охранялся специальными караульными постами. Местное население не подпускалось близко к месторасположению лагеря. Продукты, доставляемые китайцами, складировались в специально подготовленном месте, откуда уже доставлялись в расположение отряда.[201]

В Чигодяне большая часть отряда размещалась до начала июня 1942 года, осваивая тактику партизанских и диверсионных действий. Наибольший интерес у японского командования в данном районе вызывала Амурская железная дорога, которую в случае начала войны с СССР должны были в первую очередь вывести из строя диверсанты.

На занятиях асановцы изучали систему охраны границы советских приамурских районов (заставы Сгибнево, Игнашино, Омутное, Монастырка) – погранпосты, секреты, засады, маневренные группы, режим их расположения и смены и т. п. Способы перехода границы, маскировки, разведки, нападения и уничтожения различных объектов и живой силы противника и т. д. Для большей достоверности была создана модель пограничной зоны с постами и секретами, которую должны были преодолевать асановцы. На складе отряда имелось большое количество заготовленных на случай войны листовок, в которых бойцам Красной армии предлагалось прекратить военные действия и перейти на сторону японцев. Листовки были обращены и к местному населению с призывами свергнуть власть большевиков и установить сотрудничество с новой администрацией.[202]

В конце 1941 года выпускники полковых офицерских курсов были произведены в подпоручики (корнеты) Императорской армии Маньчжоу-го. Часть личного состава получила очередные воинские звания ефрейторов и унтер-офицеров.

В целях лучшей подготовки личного состава отряда для действий на советской территории в учебную программу подразделений в сорок первом году было введено изучение уставов Красной армии, вся система обучения была переведена на русский язык.