Анна Павлова. Жизнь в танце - Юлия Андреева

Миша Фокин родился в купеческой семье. Его мать Екатерина Андреевна Фокина в юности мечтала о карьере актрисы. Откровенно признавшись родителям в своей страсти к театру, она была немедленно выдана замуж. Примирилась с новой для себя ролью жены и матери, но не утратила при этом любви к театру и особенно танцу.

Маленький Миша был гибок и строен, прекрасно танцевал, но одно дело, когда молодой человек знает фигуры танцев, необходимых ему для бала, и совсем другое, если он делает танец своей профессией.

Михаил Фокин в балете «Голубая птица»

«Только не в балет! – громыхал купец Фокин. – Начнет танцевать на пуантах, мы от него уже внуков не дождемся!»

Втайне от своего супруга Екатерина Андреевна в 1889 году отвела сына в Императорское балетное училище, куда он был зачислен после успешно сданных экзаменов. Узнав, что сын принят на обучение, отец благоразумно отступил, должно быть решил, что это судьба. Впрочем, к тому времени у него народились и другие дети, способные продолжить дело семьи.

Фокин учился у Павла Гердта, Платона Карсавина[101], Николая Легата. Кроме балета одаренный мальчик интересовался рисованием и музыкой, он прекрасно играл на пианино, скрипке и балалайке. Некоторое время играл в оркестре народных инструментов В. Андреева[102].

Первый раз на балетную сцену он вышел в 1890 году в балете «Спящая красавица» в номере детских танцев. А через два года танцевал в «Щелкунчике».

После окончания училища его приняли в Мариинский театр, где он исполнял сольные партии в балетах: «Спящая красавица», «Пахита», «Корсар» и других. Тем не менее, успех на сцене не смог помешать Фокину находить все новые и новые недостатки в классическом балете, мечтая реформировать всю театральную систему. В 1904 году Фокин даже написал письмо в Дирекцию Императорских театров, в котором были такие строки: «Вместо традиционного дуализма, балет должен гармонично объединить три важнейших элемента – музыку, декорации и пластическое искусство… танец должен поддаваться осмыслению. Движения тела не должны опускаться до банальной пластики… танец обязан отражать душу».

Фокина не выгнали из театра, мало того, он получил возможность делать собственные постановки. Не удивительно, к тому времени за спиной начинающего балетмейстера уже стояли Александр Бенуа[103]и даже Мариус Петипа, кстати, люди, против художественного видения которых выступал Михаил.

Первой пробой пера для Фокина стал балет «Ацис и Галатея», в котором он смог частично реализовать свои идеи. Премьера спектакля состоялась двадцатого апреля 1905 года. У спектакля нашлись и враги, и поклонники, впрочем, работа была пока еще в большей степени классической, нежели новаторской. Через год Фокин показал публике «Сон в летнюю ночь» по Шекспиру. Спектакль понравился, и Михаил принялся за «Виноградную лозу» Антона Рубинштейна.

Михаил Фокин в балете «Призрак-де-ла-Роуз». 1914 г.

В 1908 в содружестве с «мирискусниками» поставил балет «Египетские ночи» на сюжет новеллы Теофиля Готье «Ночь в Египте». До этого им были созданы: «Евника», «Шопениана», «Павильон Армиды» и «Умирающий лебедь». В его спектаклях участвовала Анна Павлова. Сразу же после успеха «Египетских ночей» Александр Бенуа знакомит Фокина с Дягилевым. Очарованный идеями Михаила, Дягилев приглашает его в свой балет в качестве балетмейстера. К слову, к 1908 году Дягилев успел показать Европе русскую оперу, живопись и композицию, русский же балет для Фокина предстояло еще собрать.

В своих балетах Фокин отвергал ложную эстетику XIX века и вводил в представления реалистические сцены. Так, однажды для балета «Ночь в Египте» он приобрел живую змею и предложил Анне Павловой танцевать с ней. Отважная танцовщица согласилась протанцевать свою партию, держа в руках живого и возможно даже ядовитого гада, отлично понимая при этом, что данная роль вполне может сделаться ее последней (Фокин никогда особо не разбирался в зоологии, так что мог и напутать). Никакие просьбы других участников балета удалить опасного персонажа со сцены, заменив его игрушкой, не подействовали на Фокина, который не собирался отказываться от своего гениального замысла. Спасла положение сама змея, которая во время действия уползала из корзины не в ту сторону, в которую это можно было сделать согласно разработанной Михаилом мизансцене, и танцовщики элементарно боялись наступить на нее. Да и Анна Павлова, в конце концов, начала жаловаться, что когда змея обвивает ей руку, она больше уже не шевелится, а, следовательно, какой в ней смысл?

Сергей Павлович Дягилев (1872–1929) – русский театральный и художественный деятель, антрепренер, один из основоположников группы «Мир Искусства», организатор «Русских сезонов» в Париже и труппы «Русский балет Дягилева»

Благодаря Фокину и Дягилеву в первый же свой приезд в Париж Анна Павлова, Тамара Карсавина и Вацлав Нижинский обрели мировую известность. В следующие годы Фокин поставил «Жар-птицу», «Шехеразаду», привез в Париж «Жизель». Он создает для Нижинского «Видение розы» и «Петрушку», представляет публике «Тамар» и «Дафниса и Хлою». Публика ликовала, Сергей Дягилев требовал новых постановок, а чего не требовать, когда каждый сезон репертуар должен полностью обновляться, в то время как самому Фокину было необходимо время для обдумывания не только грядущих постановок, но и созданных и едва обкатанных. Назревал нешуточный конфликт. В результате Дягилев пришел к выводу, что расставание с «неспешным» Фокиным неминуемо, и сделал ставку на нового балетмейстера, на этот раз Вацлава Нижинского. Тот действительно вскоре поставил балет «Послеполуденный отдых Фавна», чем вызвал всеобщий восторг.

Желая подтолкнуть Фокина к тому, чтобы Михаил сорвался первым, Дягилев распорядился поднять занавес на спектакле «Дафнис и Хлоя» на тридцать минут раньше, так что публика не успела войти в зал и занимала свои места в течение доброй половины спектакля, что отвлекало и исполнителей, и других зрителей.

Поругавшись с Дягилевым, Фокин вернулся в Мариинку, но администрация театра мстила ему за первый уход. Фокин больше не пользовался прежним доверием и свободами. Так что после того, как вопреки всему и, в частности, личному желанию Сергея Павловича, Вацлав Нижинский сочетался законным браком с венгерской балериной Рамолой Пульской и ушел из «Русских сезонов», Дягилев снова предложил Фокину сотрудничество и тот скрепя сердце согласился, поставив «Бабочку» Шумана[104], «Золотого петушка» Римского-Корсакова[105], «Мидаса» Штейнберга[106]и «Легенду об Иосифе» Штрауса[107]. На этот раз удача, похоже, изменила Фокину, и публика встречала его новаторские идеи с заметной прохладцей, так что Дягилев не стал настаивать на продолжении сотрудничества, а 1914 год стал для Фокина последним годом его участия в «Русских сезонах».