Очерки истории средневекового Новгорода - Валентин Янин

Утеря князем значительной доли влияния наблюдается и в деятельности Ярослава Всеволодовича, и в деятельности Мстислава Удалого. Эти князья резко различны в их отношении к Новгороду. Ярослав является идейным наследником своего отца с его политикой «разделяй и властвуй». Пытаясь укрепить положение княжеской власти, он стремится активизировать борьбу между боярскими группировками, с тем, чтобы опереться на поддержку части боярства, но после просчетов терпит неудачу и наталкивается на союз боярства против князя. Мстислав умеет ладить с представителями разных боярских групп, мирясь с обстановкой в Новгороде и, не имея сил решительно противопоставлять свою власть республиканской власти, не цепляется за новгородский стол и оставляет Новгород, как только для него возникает более заманчивая перспектива неограниченной власти вне Новгорода.

В 1218 г. Мстислав Мстиславич окончательно уходит из Новгорода и на его место садится приглашенный из Смоленска князь Святослав Мстиславич. Последующие события характеризуют Твердислава все с той же стороны и объясняют его прежнее поведение. Твердислав с самого начала своей деятельности пытается смягчить борьбу группировок компромиссами. Оставление им посадничества во имя принципа старшинства, длительное сосуществование с князьями противоположных устремлений – очевидные элементы его политической характеристики. В особо острых случаях Твердислав держится независимо, и его политическим противникам приходится прибегать к изощренным приемам в попытках подорвать его влияние. В излагаемых ниже событиях ясно чувствуется не только конфликт внутри новгородского общества, но и конфликт между Новгородом и князем.

Зимой 1219 г. из Новгорода бежал житель Торговой стороны Матвей Душиловец, связавший перед побегом «Моисеица, бирица ябетниць». Он был изловлен и выдан князю на Городище. В этой выдаче был клеветнически обвинен Твердислав. На Торговой стороне и в Неревском конце собрались веча, началось восстание.

Наутро князь отпустил Матвея, боясь дальнейших осложнений. Однако события продолжали развертываться. За Твердислава вступились Людин конец и Прусская улица, а загородцы остались в стороне. Восставшие вышли в бронях. Схватка у городских ворот закончилась поражением восставших, которое было завершено уже на Торговой стороне, куда победители переплыли в ладьях. С 17 января в течение целой недели в Новгороде бушевало вече, стоявшее за Твердислава.

Восстание 1219 г. имело ярко выраженный антикняжеский характер, начавшись из-за предполагаемого сговора Твердислава с князем. Действительная позиция посадника, однако, не совпадает с позицией князя. Святослав Мстиславич прислал на вече своего тысяцкого с заявлением: «Не могу быти с Твердиславом, отымаю посадничество у него». Новгородцы же ркоша: «есть ли вина его». Он же рече: «без вины». Рече же Твердислав: «тому есмь рад, яко вины моея нету; а вы, братье, в посадничестве и во князех вольне есть». Новгородцы же ответ даша князю: «аще вины его нету, и ты к нам крест целовал без вины мужа не лишати; тобе ся кланяем, а се есть наш посадник, и в то ся не вдадим». Твердислав, таким образом, не только не стоит на стороне князя, но подчеркивает значение посадника и противопоставляет себя князю, весьма откровенно предлагая выбрать между собой и князем.

В том же 1219 г. против Твердислава было выдвинуто новое обвинение, на этот раз более продуманное и решительное. Новгородский воевода Семен Емин с 400 новгородцами отправился в поход на Таймокары, но Юрий и Ярослав Всеволодовичи не пропустили его через свои владения. Вернувшись, Семен объявил, что вина в этом лежит на Твердиславе, который якобы вступил в тайные сношения с суздальскими князьями. Посадничество, отобранное у Твердислава, получил теперь Семен Борисович^[193]. Его возвышение – прямой результат столкновения внутри боярства и победы той группировки, которая была связана с Торговой стороной. Напомним, что Семен Борисович строил церкви в Славенском конце.

Избранием Семена Борисовича группировки Торговой стороны и Неревского конца добились победы. Однако эта победа оказалась весьма непрочной. В конце 1219 г. Твердислав Михалкович снова получает посадничество^[194]. Избранный в четвертый раз, он продолжает придерживаться своей независимой линии. В 1220 г. эта политика снова приводит к открытому столкновению посадника с князем Всеволодом Мстиславичем, занявшим за год до этого место своего брата Святослава.

«Вложи диавол князю грех в сердце, гнев до Твердислава без вины, – пишет летописец, – и прииде в Новгород и возвади весь город, хотя убити Твердислава; а Твердислав бяше болен». Всеволод пришел с Городища со всем своим двором «в броне, аки на бои» на Ярославово дворище, где вокруг него собрались новгородцы в том же составе, что и при столкновении 1219 г., т. е. Торговая сторона и Неревский конец. Больного Твердислава привезли на санях к церкви Бориса и Глеба, где его окружили сторонники с Прусской улицы, Людина конца и загородцы. Видя, что вооруженное столкновение неизбежно, князь отправил к Твердиславу архиепископа Митрофана, добившегося примирения. Твердислав, «съшьдъся с князьмь в любъвь», отказался от посадничества, «немощен бо бяше», и постригся в монастырь, а посадником избрали Иванку Дмитровича^[195]. «Любовь с князем» в этом контексте означает компромисс: новый посадник принадлежит к тому же прусскому боярству, что и Твердислав, будучи сыном Дмитра Якуновича.

Рассказ о восстаниях 1219 и 1220 гг. очень четко изображает территориальное разделение Новгорода на приверженцев различных группировок. Твердислав и все его окружение прочно связаны с Прусской улицей. Они опираются на Людин конец (бесповоротно побежденный ими в 1207 г.) и загородцев, которые в одном случае предпочли соблюсти нейтралитет. Принадлежность Твердислава Михалковича к боярству Прусской улицы прослеживается и другими способами. В 1219 г. Твердислав вместе со своим братом Федором закладывает, а в 1224 г. заканчивает церковь св. Михаила и другую – во имя Трех святых отроков^[196]. Относительно церкви св. Михаила в литературе существует некоторый разнобой мнений. В частности, И. П. Доронин, составивший указатель к изданию 1950 г. Новгородской Первой летописи, полагал, что это церковь св. Михаила на Михайловой улице и в Витковом переулке, т. е. на Торговой стороне Новгорода^[197]. Однако и на Прусской улице существует храм Михаила-архангела, известный летописцу уже в XII в., возобновленный после пожара в 1176 г. отцом Твердисла ва Михалкой Степаничем^[198] и сохранившийся в варианте XIX в. до сегодняшнего дня. Повидимому, Твердиславу и Федору принадлежит первая каменная постройка этой церкви. Что касается другой постройки братьев Михалковичей – храма во имя Трех отроков, то под этим названием в позднейшем Новгороде известен только придел к церкви Михаила на Прусской улице. Время превращения особой церкви в придельную в источниках не зафиксировано, однако известно, что новые приделы сооружались обычно при ликвидации близлежащих церквей.