Германская военная разведка. Шпионаж, диверсии, контрразведка. 1935-1944 - Пауль Леверкюн

Успех операции под Геннепом, выполненной частью батальона специального назначения 800 полка «Бранденбург» под командованием лейтенанта Вальтера, более или менее уравновесил неудачу под Маастрихтом; и, как только он услышал, что мосты Геннепа захвачены целыми, командующий 6-й армией, пробивавшейся сквозь узкую брешь между Рурмондом и Льежем, генерал фон Рейхенау смог немедленно отвести некоторые соединения, застрявшие у Маастрихта, на дорогу на Геннеп.

Это геннепское предприятие было самым тщательным образом спланировано и выполнено под частичным камуфляжем. Взвод разведки, переодетый в немецких пленных под голландским конвоем, захватил мост задолго до «часа зеро», и, прежде чем голландцы сумели прийти в себя от шока, колонна германских танков уже катила по важной переправе через Мез. «Пленными» были солдаты полка «Бранденбург» с ручными гранатами и автоматическими пистолетами, спрятанными под плащами. А «конвой» состоял из агентов фламандского националистического движения Муссерта, переодетых в форму голландских пограничников. Достижение чисто военной цели методами секретной службы – иными словами, тактическая координация действия регулярных войск и агентов – было успешно использовано впервые в этом деле у Геннепа.

В то время как отдел II абвера помогал открыть ворота для армии вторжения, отдел I взял на себя полевую разведку и сопровождал авангард. О его деятельности был составлен следующий рапорт:

«10 мая, в день зеро для Западной кампании, капитану 3-го ранга Кильвену было приказано организовать группу морских коммандос абвера в Кельн и присоединиться с ней к войскам, вступающим в Голландию. За исключением деятельности коммандос «Абвер-III», которые участвовали в Польской кампании, а сейчас сопровождали войска в Голландии, капитану 3-го ранга Кильвену не на что было ориентироваться при определении состава и вооружения группы, которую он должен был подготовить. Ей было приказано пробиваться вместе с теми частями сил вторжения, которые были выделены для захвата портов и прибрежных городов, а там собирать весь материал разведывательного характера, изучать его и сортировать как можно быстрее и сразу же переправлять все, что имеет непосредственную тактическую ценность, в военный штаб, руководящий операцией. А остальной материал должен быть впоследствии доставлен в штаб абвера в Берлине.

Из этого видно, что очень важно было обеспечить себя достаточным количеством машин. Группа коммандос была также усилена моторизованным взводом тайной полевой полиции и радистом, оснащенным шпионской радиостанцией AFU. Во время продвижения задача коммандос была расширена приказом оставлять в каждом важном порту небольшое подразделения для выполнения роли группы, передающей секретную разведывательную информацию. Через три дня, 13 мая, коммандос начали свое продвижение и впервые вступили в действие в районе Роттердама, достигнув самого города в то же время, что и передовые регулярные части. Особая важность придавалась захвату образцов дегазирующей аппаратуры – изобретения, которое, как говорят, способно нейтрализовать действие немецких магнитных мин. Ряд этих устройств был найден на различных кораблях, демонтирован и отправлен в Германию; а на одной верфи был найден план строительства всей этой аппаратуры.

Для того чтобы сделать Роттердам своим штабом на данный момент, коммандос отправили один взвод для присутствия при захвате Ден Хельдера, а другой – с войсками, продвигающимися на Антверпен. В обоих этих пунктах, как приказано, были оставлены группы передачи информации. Потом коммандос были приданы 4-й армии, к штабу которой они добрались через Брюссель и Мобеж, откуда они сопровождали армию фон Клейста в ее наступлении на порты Ла-Манша.

По каким-то удивительным причинам обороняющиеся французы не уничтожили ни свои архивы, ни даже различные документы в военных автомашинах, застрявших на мелководье возле пляжей, и в Булони, и в других портах была захвачена масса самого ценного материала. На британской авиабазе RAF в руки немцев попал шифр, используемый для связи между британской и французской армиями, вместе с ключом на май – июнь 1949 года.

Дальнейшее наступление привело вначале к Кале и Дюнкерку, затем на юго-запад к Ле-Трепору, Дьепу, Сен-Валери, Гавру и Руану и, наконец, к Бресту, и на юг до Рошфора. Тем временем немцы захватили архивы французского министерства морского флота в Париже.

Когда было заключено перемирие с Францией, Брест превратился в основную разведывательную базу, щупальца которой простирались в неоккупированную Францию, Северную Африку, на Иберийский полуостров и в саму Британию. Группа из отдела «Абвер-II» получила приказ проникнуть в Англию и разместить там диверсантов. Однако большие надежды, которые отводились базе в Бресте, не оправдались. То, что Канарис когда-то сказал о Вильгельмсхафене, полностью применимо к Бресту: «Невозможно заниматься разведывательной работой из столовой вооруженных сил».

Много было сказано о деятельности абвера в Ирландии, причем большая часть сказанного – грубое преувеличение или просто неправда. Незадолго до начала войны политика Германии предусматривала дружеские отношения с Британской империей. Ввиду этого «Абверу-II» было категорически запрещено иметь какие-либо дела с Ирландской республиканской армией как в Эйре, Ольстере, Великобритании, так и в Соединенных Штатах. Хотя абвер собрал определенное количество информации по Ирландии через агентов, посещавших эту страну, в военном отношении она не имела ценности.

Однако в месяцы, предшествующие войне, был установлен контакт с ведущей личностью в ирландской экономике – с человеком, который хотя и не был публично связан с ирландским республиканским движением, но считалось, что он имеет доступ к его лидерам. С началом войны этот контакт был еще ненадежен для того, чтобы использовать его как средство для взаимного обмена информацией. Абвер поэтому послал агента в Лондон через нейтральную страну. Этот человек должен был передать необходимые коды и т. п. тому ирландцу, ибо существовала надежда, что в конце концов можно будет установить радиосвязь между Ирландией и Германией. На деле же совершенно непрактично пытаться установить радиосвязь таким способом, и абверу пришлось полагаться на устные и письменные доклады, передаваемые через его собственных агентов, посещающих Ирландию через нейтральные страны. За всю войну до Германии добрался только один ирландский курьер.

В целом можно сказать, что, хотя лидеры ирландского республиканского движения были готовы в течение всей войны сотрудничать с немцами, тем не менее они не были готовы получать приказы из Германии. В это же время ИРА была ослаблена волной диверсий и пропагандистской деятельности, в которую она ввязалась в 1938 году главным образом в Ливерпуле и Лондоне, поскольку большая часть ее самых активных и способных членов была арестована и сейчас пребывала в тюрьме. Поэтому немцы старались, чтобы та мощь, которой ИРА обладала, была направлена скорее на военную, чем на политико-пропагандистскую деятельность.

Ввиду этого было решено отправить капитана доктора Гертца, офицера «Абвера-II» в Ирландию. Он должен был быть связным офицером между «Абвером-II» и командным штабом ИРА в Южной Ирландии. Ему были даны широкие полномочия по его усмотрению и в рамках вышеозначенных целей, и он был свободен действовать, как сочтет необходимым. Одной из его задач, однако, было установить радиосвязь с Берлином, если возможно.