Дом имён - Колм Тойбин

– Сколько мы тут пробудем?

Леандр вздохнул.

– Мы не уйдем.

– Что?

– Пока… – начал он. – Пока она не умрет или пока сама не захочет, чтоб мы ушли. Я дал ей слово.

– Но, может, мы добудем ей других собак.

– Мы остаемся здесь, – сказал Леандр. – Незачем и думать об уходе.

Тут Леандр оставил его, и Орест медленно побрел за козой, распознавая, где обрыв, по шуму волн. Легкий ветерок шевелил листву на деревьях, что довольно густо росли вокруг дома, и Орест попытался представить, каков может быть новый звук – звук чужака. Понадеялся, что Леандр скоро принесет ему поесть – что-нибудь побольше, чем хлеб, уже доставшийся ему.

Когда еда наконец возникла, Орест ел жадно, хотел еще, жалел, что не сидит за столом с остальными и ему не видно, есть ли добавка. А затем он остался наедине с шумом моря, и с шорохом листвы, и, по временам, с уханьем совы – и больше ни с чем, никаких других звуков.

В предрассветный час он задремал и резко проснулся с зарей. Восход, должно быть, случился украдкой, подумал он, поскольку не разбудил Ореста, покуда все вокруг не сделалось ярким и не возникли новые звуки – птичьи трели и кукареканье петуха. Орест сел и прислушался, нет ли еще чего, но вряд ли что-то было. О том, что заснул, Леандру он не скажет.

В последующие два дня Митр оставался в постели – или при старухе, а Орест с Леандром собирали камни и обломки скал. Пытались колоть их на куски помельче, чтобы летали дальше. Упражнялись по очереди в метании по цели, после чего навалили целые груды камней в кустах по обе стороны от узкой тропы, что вела к дому.

Еще они взялись исследовать местность вокруг дома, и Леандр заметил, что фруктовые деревья недавно подреза́ли, а за каменными стенками вокруг пастбищ и за скотиной явно ухаживали. Он тщательно осмотрел и сам дом, и надворные постройки, и сараи, где хранились вяленое мясо, зерно и дрова для очага.

– Она в одиночку все это проделать не могла, – сказал Леандр.

Когда настала ночь, Митр предложил покараулить, пока все едят. Погодя Леандр его сменит, будет сидеть всю ночь на возвышении, куда они протоптали тропу, помеченную валунами и камнями. Старуха подала им еду, и Леандр спросил ее, всегда ли она была одна.

– Этот дом полнится не мной одной, – сказала она, – но и теми, кого уж нет. Это их голоса я слышу, с ними разговариваю, когда могу. Но для них больше не надо готовить, потому кладовая и полна.

– Где же они все? – спросил Леандр.

– Разметало, – ответила она.

– Кто? – спросил Орест. – Кто здесь жил?

– Двоих моих сыновей забрали в армию, на войну, и лодки их забрали тоже.

– Когда их забрали? – спросил Орест.

– Несколько лун назад. Они все ушли и больше не вернутся. Оставили меня с собаками, но теперь нет и собак.

– Сколько людей здесь было? – спросил Леандр.

– Их жены сбежали вместе с детьми, даже и с мальчиком, который хромал, с моим любимцем, – сказала она, не обращая внимания на вопрос. – На тебе его одежда.

– А почему ты с ними не ушла? – спросил Орест.

– Никто не звал меня с собой, – ответила она. – Хоть слово скажи они, я бы ушла. Когда сбегаешь посреди ночи, зачем тебе старуха.

Она вздохнула.

– Мы думали, они хотят лишь овец, коз, кур – те люди, – сказала она. – Но они хотели только молодых мужчин и лодки. Знай мы об этом – спрятали бы мужчин. В один миг забрали их, и мы знали, что больше они не вернутся.

– Где они сейчас? – спросил Орест.

– На войне.

– На какой войне?

– На войне, – сказала она. – На войне.

– А остальные? – спросил Леандр.

– Остальные забоялись оставаться. Только один хромой мальчик оглянулся, когда они уходили.

Она умолкла, и все ели не разговаривая. Когда закончили, вернулся Митр. Старуха улыбнулась ему, потрепала по волосам – игриво, нежно – и поставила его еду на стол. Оресту показалось, что Митр отплыл в какое-то свое пространство, стал избегать Леандра с Орестом изо всех сил, все время ходил хвостом за старухой.

Наутро Орест с Леандром сидели вместе у груды камней, не разговаривали, просто смотрели вдаль и тут увидели, как к ним приближается пес, помахивая хвостом. Собака прошла мимо, они прокрались за ней по кустам, у обоих камень в руке, Орест не сомневался, что к ним кто-то идет, и изготовился нападать. Пес вроде бы явился один. Наконец Орест оставил Леандра присматривать, а сам отправился в дом и там обнаружил пса – тот положил лапы на стол, и старуха с Митром гладили зверя.

– Это собака из того дома. Мы с ней подружились там, во дворе, – сказал Митр.

– Из какого дома?

– Из дома, где нас окружили собаки. Этот дружок к ним не прибился. Только хвостом махал. Он добрый.

Старуха поставила псу плошку с водой, он ее быстро выхлебал и опять прижался к Митру.

Орест пошел доложить обо всем этом Леандру, тот улыбнулся.

– Митр всем нравится. Кроме стражников. Им он не нравился. И тем, другим собакам тоже. Но старухе он мил.

Прежде чем пойти отдохнуть, Леандр предупредил Ореста, чтоб тот был начеку – вдруг селянин придет искать собаку.

– Что мне делать, если он придет?

– Скажи ему, что впереди ловушка и, если он приблизится к дому, она ему ноги защемит.

– А что делать, если он мне не поверит?

– Кричи и швыряй камни. Бей по ногам, изо всех сил. Напугай его.

* * *

Они постепенно освоились у старухи дома. Она выучила их приглядывать за скотиной и показала, как собирать урожай, растить овощи и ухаживать за плодовыми деревьями. Митр сидел с ней в кухне, когда хватало сил, наружу выходил только собрать яйца или подоить коз, собака – всегда при нем. Орест с Леандром по очереди сторожили ночами, по три подряд. Орест привык к ночным звукам и научился не засыпать перед рассветом, когда уставал сильнее всего.

Иногда он представлял, что Леандр и Митр – его сестры, Электра и Ифигения. В грезах он отправлялся искать их. Размышлял, не такие же ли мысли у Леандра и Митра, не грезят ли они, что этот дом – их настоящий, а люди, с которыми они обитают вместе, – как те, что дома.

Однажды утром, когда они с Митром сидели в кухне за столом, Леандр стоял на часах среди кустов, а старуха возилась с курами, пес начал рыть землю и настороженно озираться. Митр рассмеялся и погладил собаку по голове, но пес возился все лихорадочнее. Орест перестал есть и воззрился на происходящее. Когда пришла старуха, мальчишки даже не глянули на нее – так увлеклись собакой. Увидев, что происходит, старуха вскрикнула и бросилась к двери.

Орест и Митр последовали за ней – выяснить, в чем дело.