Никола Тесла и тайна Филадельфийского эксперимента - Вадим Телицын

В-третьих, говоря о «Новой Швабии», мы подразумеваем и «Базу», поскольку все «колонисты» трудились на нее.

Первая группа «колонистов» обосновалась на территории «Новой Швабии» уже летом 1939 года. В ее состав — пятнадцать человек — входили специалисты по горному делу, врачи, радисты, метеорологи, топографы и специалисты в области глациологии. Руководил группой некто Карл Беккер, полковник войск СС.

«Группа Беккера» (так она именовалась в Берлине) поддерживала радиосвязь с радиоточками, разбросанными на островах южных районов Тихого и Атлантического океанов, а оттуда уже информация — по цепочке, и очень оперативно — достигала Берлина (лишь в конце 1944 года последними, как оказалось, рейсами удалось доставить в «Новую Швабию» мощные радиостанции, связывающие «колонию» с «метрополией» напрямую).

Метр за метром, шаг за шагом, очень основательно и неторопливо изучались пещеры, системы проникновения теплого воздуха, намечались возможные направления прорубки дополнительных туннелей, связующих подземные полости.

Не остались без внимания «оазисы», открытые еще экспедицией Ричера — участки суши, свободные от ледяной корки, с растительностью и крохотными пресными озерами.

Метеорологи внимательно следили за особенностями антарктического климата, глациологи исследовали природу льда и его роль как физико-географического фактора.

Все были заняты делом, лишь Беккеру отводилась роль «наблюдателя», но — не за ходом исследований, а за… поведением «колонистов», он — из ведомства Гиммлера, а там шутить не любили (шеф СС, при всем его покровительстве науке и открытиям, оставался верен установке: дисциплина и преданность — прежде всего).

Очередное прибытие «Швабенланда» (сентябрь 1939-го), вновь «разогнало кровь по жилам», население «Новой Швабии» увеличилось почти втрое. Кроме того, доставлены и полтора десятка контейнеров с горнопроходческим оборудованием. Уже через неделю после разгрузки судна в глубине пещер зазвучали приглушенные взрывы, началась «проходка»: пещеры соединялись между собой новыми туннелями, расширялись и укреплялись старые, улучшалась «планировка» подземных территорий. Но сказывалась нехватка рабочих рук, работы шли крайне медленно (это следовало из отчетов, доставляемых «Швабенланденом» в Германию). Ситуацию удалось исправить в 1940–1941 годах, когда появилась возможность отправлять в Антарктиду партии узников концлагерей. Именно они и создали Шангриллу — настоящую крепость, где можно было не только отсидеться в случае необходимости, но вести и руководить активными боевыми действиями: в пещерах, за толщей льда укрывались пять командных пунктов, двадцать два «ангара» для авиатехники, более полусотни «емкостей» для горюче-смазочных материалов, более сотни «складов» для боеприпасов, продовольствия и медикаментов, «цеха» — не только для ремонта техники, но и для ее производства, также «казармы» для личного состава. (О военнопленных никто не вспоминал, поток их шел только в одном направлении — из Европы в Антарктиду, в обратные рейсы транспорты шли «порожняком».)

В сентябре 1939 года обитатели «Новой Швабии» вздохнули с облегчением, Беккера отозвали в Берлин (на антарктический берег нога его больше не ступала).

Новая Швабия, 1942 год — время затишья. На какое-то время, август — декабрь, работы даже приостановились. В конце лета в пещерах и в «оазисах» трудились археологи, искали свидетельства той цивилизации, что оставила источники для карт, упомянутых выше, Пири Рейса, Меркатора и Буше.

Руководитель группы археологов — профессор Берлинского университета Генрих Шлоссер (курировал работы лично Вольфрам Зиверс[21]).

Что нашли (и нашли ли) археологи на Земле Королевы Мод — неизвестно. Но, быть может, о чем-то скажет тот факт, что в 1944 году организацию охраны объектов «Новой Швабии» поручили Отто Скорцени. (В своих мемуарах он не оставил даже намека о своем пребывании в Антарктиде — вполне вероятно, что он осуществлял лишь стратегическое планирование.) Под усиленной охраной убыли в Германию и археологи, их возвращения ждали не только в ведомстве Зиверса, но и Гиммлер; в его коллекциях оставались свободные ячейки и для антарктических находок.

1944 год, по крайней мере его первая половина (если судить по сохранившимся обрывкам документов и косвенным свидетельствам) прошла для «колонистов» в обычном режиме (приходили и уходили транспортные суда, продолжались исследования и совершенствования подземных коммуникаций), а вторая половина года стала временем несбывшихся ожиданий и разочарований. В самом конце года для многих стало ясным — Германия терпит одно поражение за другим, и если не произойдет чуда, Третий рейх прекратит свое существование в ближайшие месяцы.

Население «колонии» составило — на январь 1945-го — более двухсот человек (скорее всего, цифра занижена, поскольку ряд специалистов даже здесь, вдали от разведок противника, оставались засекреченными, и их жизнь и деятельность шла под грифом «инкогнито»).

Но уже ранней весной активизировались субмарины из «Личного конвоя фюрера». Тогда же из доков Киля ушли в неизвестном направлении транспортные подлодки; этих подводных чудовищ никто не видел (киносвидетельства австралийцев о прибытии грузовых субмарин в Антарктиду так и остались единственными).

Последняя, обнаруженная нами, «ласточка» с «Новой Швабии» датирована 3 марта 1945 года (расписка в получении десяти канистр с керосином неким Отто Брауном).

Известно о прибытии на Землю Королевы Мод в апреле того же года нескольких пассажиров.

Нацистские базы создавались не только в Антарктиде.

На канадском озере Гессер существовали базы для испытания нацистами секретного метеорологического оружия (по утверждению современных исследователей, поддерживалась связь с тайной антарктической станцией, где «новый фюрер, известный под именем Зигфрид,[22]строил планы новой попытки захвата мирового господства»).