Курский излом. Решающая битва Великой Отечественной - Валерий Замулин

Вывод бригад М. Т. Леонова в излучину уплотнил войска на правом берегу Пены у Сырцева и существенно укрепил здесь оборону, так как 3‑я тд с приданным ей фузилерским полком после очередного удара протаранила позиции 1‑й мбр полковника Яковлева, оборонявшей район Луханино, и часть ее сил попала в окружение вместе с начальником штаба. После войны Д. А. Драгунский вспоминал:

«На десятки километров бушевало море огня. От бомбовых ударов, разрывов артиллерийских снарядов, танковых атак содрогалась белгородская земля.

Крепко досталось в тот день и нашей бригаде. 2‑й мсб, после гибели своего комбата М. Т. Долженко и выхода из строя двух командиров рот, с боями отошел на несколько километров, в сторону Верхопенья.

Не удержался на своих позициях и 3‑й батальон. Командир бригады вместе с 1‑м батальоном Долгова, отойдя в реденький дубняк, продолжали ожесточенно сопротивляться. Им удалось отразить несколько вражеских атак, и только с наступлением темноты они отошли за речку Пена.

Я по–прежнему находился в 14‑м танковом полку. Генерал Кривошеий приказал мне руководить боем на правом фланге бригады и совместно с соседней 10‑й мбр не допустить прорыва противника к Верхопенью и далее на Ивню.

Зацепившись за небольшой хуторок и господствующую высоту, танкисты успешно отражали вражеские атаки. За этот день мы подбили до полутора десятков танков и самоходок. [774]

Но к вечеру 8 июля положение нашего полка резко ухудшилось. В строю остался примерно десяток танков. Соседняя бригада не выдержала натиска врага и отошла на другой рубеж. Наш танковый полк также не смог закрепить позиции. Связь с батальонами не была восстановлена, бронебойные и подкалиберные снаряды иссякли. Накопилось много раненых. Мы оказались словно на каком–то острове, вокруг которого бушевало огненное море. Оставаться на этом рубеже не было уже никакого смысла, надо было прорываться к главным силам бригады. Прикрывшись небольшим танковым заслоном, мы двинулись к реке Пена. Переправившись на противоположный берег, неожиданно очутились неподалеку от немецкой танковой колонны, которая обошла правый фланг корпуса и вышла к нам в тыл.

Притаившись в одном из глубоких оврагов, я стал связываться со штабом бригады, но это оказалось нелегким делом — слышимости не было. Пришлось с радистами выскочить на пригорок, развернуть там антенное хозяйство и ловить свой штаб. Нам повезло: связь была установлена. Переговорив со своим заместителем Константином Яковлевичем Дмитриевским, я выяснил, что мы находимся в десяти километрах от штаба 1‑й мбр. От него же узнал о переходе бригады к обороне южнее Ивни и Курасовки»{735}.

Захват района Луханино заставил командира 6‑го тк выдвигать в оборону по западному берегу новые силы и укреплять участок перед левым крылом 48‑го тк. На левый фланг 6‑й мсбр, для усиления стыка с 10‑й мбр в район Спицын, (иск.) роща западнее Сырцева, он выдвинул ее 1‑й мсб. К Сырцеву, на ОП восточнее Березовки, вывел две батареи артдивизиона 6‑й мсбр, с задачей не допустить прорыва танков противника из Сырцева на западный берег. Согласно донесению полковника Шимановича, начальника штаба 90‑й гв. сд, в 15.45 30 танков с батальоном фузилерского полка с восточных окраин Сырцева ворвались в село и овладели районом школы, но перешедшие в контратаку подразделения 274‑го гв. сп совместно с 245‑м отп к 17.00 отбросили их на рубеж: 700 м южнее школы. Оборона села была выстроена очень удачно, с учетом местности. Одновременно по наступающему противнику вели огонь танки и средства ПТО 245‑го отп, трех бригад 3‑го мк: 10‑й мбр, 6‑й мсбр и 112‑й тбр, а также 274‑го гв. сп (без двух батальонов). К 19.00 штаб 48‑го тк получил сообщение из 3‑й тд, суть которого сводится к следующему:

«…удалось прорваться в Сырцево. В селе идут ожесточенные бои за каждую избу. Сильный вражеский артиллерийский и противотанковый огонь с западного [775] берега мешает переправе. И в Луханино наступление идет трудно. Несмотря на сильное сопротивление пехоты, систем залпового огня и противотанковый огонь, 3‑й усиленный полк с трудом прорывается с восточного берега во вражескую систему обороны на северном берегу»{736}.

В этих тяжелейших боях советские воины демонстрировали стойкость и высокое мастерство. В отчетах офицера Генерального штаба при штабе 1‑й ТА, как образец удачного взаимодействия артиллерии с танковыми подразделениями в танковых бригадах, приводится пример действий иптаб 112‑й тбр под командованием ст. лейтенанта Савельева. Четыре орудия батареи не только надежно прикрыли отход основной части бригады из Сырцева на новый рубеж, но и не понесли потерь. Батарея до полуночи отразила все атаки противника, не уйдя с занимаемых позиций.

В этот день дивизия генерала Ф. Вестховена так и не смогла выполнить поставленную перед ней важную задачу — захватить переправы и форсировать реку. Несколько раз южные и северные окраины села переходили из рук в руки, но до наступления сумерек немцы так и не сломили сопротивление бригад 6‑го тк и частей 90‑й гв. сд. Половину села Сырцево, расположенного у поймы реки, вместе с двумя мостами, по–прежнему удерживала 112‑я тбр. Фузилеры закрепились лишь на его северной окраине и овладели южной частью (до школы включительно).

Попытаемся подвести итоги дня боев 8 июля и выяснить, как повлиял контрудар на их результаты, и разобраться с оценкой командования фронтом действий танковых корпусов в ходе контрудара. Итак, Н. Ф. Ватутину удалось сделать главное — планы командования 4‑й ТА по окончательному разгрому подвижных соединений 1‑й ТА перед ее фронтом потерпели полную неудачу. Попытка осуществить прорыв к пойме Псела и окружить силы 1‑й ТА и 6‑й гв. А, оборонявшихся между смежными флангами двух корпусов, окончилась ничем. Войска Гота не только не смогли смять рубеж 31‑го тк, но благодаря выстроенной общими усилиями командования 1‑й ТА, 6‑й гв. А и Воронежского фронта, сбалансированной системе обороны, в которой контрудар оказался ведущим элементом, 2‑й тк СС был вынужден оставить уже захваченные хутора Веселый, Рыльский, села Малые Маячки, Грезное и отойти на прежние позиции. Потерпел неудачу и 48‑й тк, он так и не смог ликвидировать угрозу на глубоком левом фланге. Дивизии Кнобельсдорфа оказались не в состоянии даже полностью вытеснить силы 6‑го тк и 90‑й гв. сд из Сырцева и создать [776] второй плацдарм на западном берегу Пены. В 22.30 командир корпуса докладывал Готу:

«Правый сосед (танковый корпус СС) захватил Рыльский и продолжает наносить дальше удары в направлении х. Береговой, чтобы здесь соединиться с наступающим с юга 339‑й пп (167‑й пд). Корпус находится с 339‑м пп южнее Красной Поляны, основные силы 11‑й тд примыкают к северным отрогам балки Становая. Бронетанковая группа дивизии находится западнее Покровского. На высотах западнее Ильинского расположены зенитный и противотанковый дивизионы.

С этого района и до западного берега Пены обороняется гренадерский полк дивизии «Великая Германия», который прорвался в Верхопенье с юга широким фронтом. Дальнейшее наступление на северную часть Верхопенья пришлось остановить до подхода 11‑й тд. В настоящее время фланг со стороны западного берега Пены по–прежнему остается слишком растянутым. На левом фланге северная часть Сырцево занята фузилерским полком. Три часа тому назад 3‑я тд прорвалась с юга до школы, после чего никаких изменений не произошло. В ходе наступления в направлении западной части Луханино дивизия продвинулась до лесочка. Дивизия наступает танками и одним батальоном вокруг высоты +1,2 северо–западнее окраин Луханино, с задачей овладеть ею»{737}.