Призраки и чудеса в старинных японских сказаниях - Лафкадио Хирн

Легенды и приметы, связанные с бабочками, часто присутствуют и в пьесах традиционного японского театра, к примеру, в очень популярном произведении «Тондэ-дэру Котё-но кандзаси» – «Летающая шпилька для волос, принадлежавшая Котё». Имя Котё носила прекрасная девушка, покончившая с собой из-за коварных наветов и жестокого обращения. Человек, поклявшийся за нее отомстить, долгое время искал клеветника, погубившего его возлюбленную, но так и не нашел. Тогда шпилька для волос, принадлежавшая мертвой девушке, превратилась в бабочку и привела мстителя к тому месту, где прятался злодей.

Что же касается огромных бумажных бабочек (о-тё и мэ-тё) – традиционных атрибутов японской свадьбы, – не стоит думать, что они имеют какое-то сверхъестественное значение. Это всего лишь символы счастливого брачного союза, воплощение надежды на то, что жизнь новобрачных окажется подобной цветущему саду, в котором они будут порхать вместе, как две бабочки, то устремляясь вниз, то поднимаясь к небу, но никогда не разлучаясь надолго.

II

Небольшая подборка хокку о бабочках послужит прекрасным примером интереса японцев к эстетическому аспекту этой темы. Одни трехстишия – всего лишь зарисовки с натуры, эскизы, состоящие из нескольких точных штрихов, вернее, из семнадцати слогов. Другие – плоды воображения, изящные метафоры, сплетения намеков. В любом случае читателю обеспечено разнообразие. Возможно, сами по себе эти вирши кого-то оставят равнодушным. Но вкус к японской поэзии приобретается не в одночасье, и оценить все ее достоинства, всю сложность и красоту композиций можно лишь в ходе долгого их изучения. Некоторые критики скоропалительно заявляют, что искать смысл в стихах, состоящих из семнадцати слогов, «было бы абсурдно». А как же знаменитая строчка Крашоу^[43] о первом чуде, явленном на брачном пире в Кане?^[44] «Nympha pudica Deum vidit, et erubuit»^[45]. Всего четырнадцать слогов – и бессмертная слава. Вот и японцы управляются со своими семнадцатью слогами не менее, а возможно, и более искусно; они не раз и не два – быть может, тысячи раз – достигали в этом деле высот мастерства. Однако в приведенных ниже хокку нет ничего особенно примечательного, поскольку они выбраны вовсе не за поэтическое совершенство.