Мир Налы - Дин Николсон

– Придется хорошенько поработать, – сказал Тони. – Прибраться. Подновить краску. Сегодня отдохни, а завтра приступим.

Тем вечером мы пропустили пару кружек пива, но надолго задерживаться я не стал: Нала натерпелась будь здоров! А еще мне не давала покоя шумиха в Интернете.

Я залег с Налой в кровать и внимательно просмотрел сообщения на телефоне. Сумасшествие продолжалось – количество подписчиков в «Инстаграме» перевалило за двести тысяч. Люди со всего мира сотнями оставляли комментарии. Тем временем видеозапись на страничке «Додо» в «Фейсбуке» посмотрели еще полмиллиона человек. Цифры в других приложениях тоже росли. Я открыл почтовый клиент и увидел сотни писем: не только от людей, но и от компаний. Прислали письмо даже из «Нетфликса». Они предлагали задокументировать путешествие и снять фильм. Письмо я удалил. Для меня это было пока что слишком.

Еще пришло множество запросов от газетных редакций и новостных агентств. Я ответил только «Дейли мейл», которую читали мои родители, и «Вашингтон пост». И что такие именитые газеты нашли во мне?

Обычно, когда все наваливалось разом, моим единственным желанием было спрятать голову в песок и игнорировать все и вся. Многие скажут, что я просто боюсь принимать важные решения, но для меня это возможность взять передышку: подумать и перестроиться. «Если начать совершать необдуманные поступки, – размышлял я, – беды посыплются на меня, как из ящика Пандоры!

Загрузив в «Инстаграм» фотографии и поблагодарив новых подписчиков, я отложил телефон и закрыл глаза. Впереди меня ждал трудный день.

С восходом солнца мы с Тони отправились на базу. С собой он взял краску и кисти. Но прежде чем приступить к покраске, необходимо было как следует прибраться: во всех углах громоздились какие-то ящики и снаряжение. Чтобы не надышаться пыли, мы натянули маски и взялись за дело.

Тони оказался классным парнем. С ним работалось легко. Он любил шутить и смеяться. Прошлым вечером толком поговорить нам не удалось: слишком много людей бродило вокруг. Когда Тони включил музыку, я сразу понял, что сработаюсь с ним. У нас совпадали вкусы: Тони любил хаус и сеты диджея Соломуна, которого я частенько крутил, когда диджействовал. Работа совсем не напрягала. Мы пританцовывали, подпевали и мимоходом избавлялись от мусора, выметая его прочь из пещеры.

Нала, как и всегда, была в своем репертуаре: ползала среди камней и гонялась за волнами, которые то и дело, к ее ужасу, переходили в наступление. Я подыскал несколько пустых коробок и выкинул из пещеры. Картонные коробки – страсть Налы! Двери пещеры мы открыли настежь, поэтому я успевал и работать, и приглядывать за Налой.

– Так что там с кошкой? – спросил Тони, размахивая кистью.

– О, это долгая история! Если коротко, то я спас ее от смерти в горах Боснии. Четыре месяца тому назад. С тех пор мы почти неразлучны.

– Уверен, что это ты ее спас, а не она тебя? – спросил Тони и подмигнул. – Видел я вас наедине! Похоже, живете вы душа в душу!

Я улыбнулся. Тони первый высказал вслух то, что многие видели, но не могли выразить словами. Нала и я были точно муж и жена.

К концу полудня мы закончили. Каякерская база преобразилась до неузнаваемости. Мы любовались проделанной работой, когда Тони спросил:

– Может, по пивку?

– Только если вход с кошками не воспрещен!

Тони захохотал.

Мы прошлись по пляжу и через триста метров нашли бар. Усевшись за угловым столиком с видом на море, мы заказали по пиву и стали наблюдать за солнцем, которое медленно клонилось по раскрасневшемуся небу к другой стороне острова. Закат обещал быть невероятным.

Мы отхлебнули пива. Нала сидела на стене рядом и наблюдала за морем. Когда мимо проходили местные девушки, Нала мяукнула. Одна из них улыбнулась и вдруг остановилась как громом пораженная. Жестикулируя, девушка что-то затараторила своим подругам на греческом языке.

Другая девушка, владевшая английским, подошла и спросила:

– Неужели вы тот парень из «Инстаграма», что спас кошку?

Я сморгнул, не веря своим ушам, и выдавил:

– Ну да.

– Мои подружки подписаны на вас. Можно сфотографироваться с вами?

– Конечно!

Вскоре мы с Налой позировали перед камерами. Девушки, похоже, остались очень довольными. Они пошли дальше по пляжу, хихикая и разглядывая снимки на экранах своих телефонов.

Тони пристально посмотрел на меня:

– Так. Что это было?

Рассказывать про нежданно-негаданно свалившуюся на меня популярность я не хотел, но делать было нечего. Я показал Тони видео «Додо» в «Фейсбуке» и свой «Инстаграм».

Тони громко присвистнул и засмеялся:

– Так этим летом мы будем работать плечом к плечу со знаменитостями!

В таком ключе, если честно, я о себе даже не думал, да и не хотел.

– Ерунда. Совпадение.

– Мне тоже так кажется! – с сарказмом воскликнул Тони и улыбнулся.

И Тони, и я, мы оба знали, что это только начало.

Следующий день мы занимались приготовлениями к открытию школы. Через два дня стартовал каякерский сезон.

Самая лучшая часть нашей подготовки началась, когда мы отправились на пробный заплыв.

– Надо убедиться, на плаву ли они еще, – пошутил Тони. – А заодно покажу тебе, куда будешь ходить с туристами.

Я хотел взять Налу с собой, но потом передумал. Надо было сначала вспомнить что да как, освоиться в воде. Хватит с меня глупостей!

С такими мыслями я наполнил миски Налы едой и питьем и оставил ее на базе. Затем мы с Тони забрались в каяки и отчалили. Мы двигались вдоль побережья. Грести было нескучно: из переносной колонки гремела музыка. Гребли мы так часа два. Я чувствовал себя вполне уверенно. Годы занятий не прошли даром.

– А ты, похоже, и вправду знаешь, как управляться с каяком! – крикнул Тони, когда мы успешно преодолели участок, на котором нас врасплох застиг сильный ветер.

Тони знал эти воды как свои пять пальцев и по ходу рассказывал мне про туристический маршрут. Он показывал места, где могут подстерегать подводные течения и опасные ветра. Мы подошли к небольшой пещере: тут туристам предстояло обедать и отдыхать. Но Тони предупредил меня, что в сильный ветер, а это для Эгейского моря явление нередкое, зайти в пещеру будет не так-то просто.

Некоторое время мы не гребли, а двигались по течению и болтали, слушая музыку. «Если так будет продолжаться все лето, – подумал я, – то вряд ли я когда-нибудь закончу свою кругосветку! Идеальное место! Кажется, я нашел работу мечты!»

На следующий день к нашей команде присоединился словенец Давид и поселился с нами в доме. Увидел я наконец-то и Хариса. Он был чуть старше Тони, чуть хуже говорил по-английски, но, как и брат, отличался чувством юмора. Харис появился ненадолго: поздоровался и снова пропал. Похоже, все дела на Санторини он передал Тони, чтобы самому заниматься новым проектом на соседнем острове.