Тайны человека - Игорь Прокопенко

Более того, такие опыты давно ведутся.

И даже есть информация, что они увенчались успехом.

Фрида Лингстад, солистка легендарной группы АББА, много лет купалась в лучах успеха и славы и объездила с гастролями весь мир. После замужества она носит титул принцессы. Но мало кто знает страшную тайну этой красивой и талантливой женщины. Она — жертва генетического эксперимента!

Правду о своем происхождении артистка узнала, уже будучи знаменитой.

Фрида родилась в ноябре 1945 года, через несколько месяцев после того, как оккупированная Норвегия была освобождена советскими войсками.

Ее мать, норвежка, бежала в соседнюю Швецию, потому что рождение дочери сделало ее на родине изгоем.

17-летнюю Сини Лингстад отобрали для участия в проекте Лебенсборн, что переводится как «Источник жизни». Эта нацистская программа заработала по приказу Гитлера и Гиммлера еще в 1938 году. Ее целью было создание особо чистой нордической расы путем селекции.

Важная часть программы заключалась в том, чтобы заставить немок или подходящих под арийские критерии женщин с оккупированных территорий рожать детей от солдат и офицеров СС.

Проект Лебенсборн

Для того чтобы удостоиться высокой чести выступить в качестве селекционной матери или селекционного отца для выведения чистопородного потомства для будущего всемирногоарийского государства, очищенного от всяких примесей, нужно было пройти очень сложную систему тестов.

Девушек-добровольцев проверяли на чистоту расы, наводили справки, нет ли в роду преступников, евреев, цыган или психически больных. После этого допускали к телу истинных арийцев… Были специальные дома свиданий, где гитлеровцы встречались с желающими иметь от них ребенка. До этого пара могла быть даже не знакома.

Были и особые роддома, где потом рождались расово чистые младенцы…

Если мать была лояльна властям, ей разрешали воспитывать ребенка самой, отцы же их никогда не видели.

За годы войны в домах «лебенсборн» у норвежских матерей от немецких солдат родилось около 12 тысяч детей. Фрида Лингстад выяснила, что ее отцом был капитан вермахта Алфред Хазе. Она сумела его разыскать, но эта встреча не была теплой. Больше они никогда не виделись…

Другая часть программы Лебенсборн была еще бесчеловечнее.

На оккупированных территориях из числа пленных отбирались маленькие дети — от года до шести, имеющие внешние признаки настоящих арийцев: высокий рост, белокурые волосы, светлые глаза. Таково большинство детей славянских и скандинавских народов…

Немцы пытались вычленить из славян именно эту арийскую составляющую, этот ген, который способствует созданию сверхчеловека, сверхвоина, завоевателя, — большой, крупный, с голубыми глазами белый человек, властелин всего мира.

Малышей увозили и воспитывали в особых детских домах как будущих солдат Третьего Рейха — восполнять генофонд империи Гитлера, их заставили забыть родной язык, родителей, родину.

Историки предполагают, что этих детей из Белоруссии, Польши, России, Украины, Чехии, Югославии — десятки тысяч. И они после войны так и остались на чужбине, выросли и не знают, где были их настоящие семьи.

Владимиру Мажарову невероятно повезло. Он сумел выжить в Лебенсборне и вернуться домой. Профессор, доктор медицинских наук, он уже много лет живет в Красноярске и пользуется заслуженным уважением.

Ученый дал нам эксклюзивное интервью, где поделился своими воспоминаниями о нацистской генетической программе.

Мальчика отобрали у матери, когда ему был год и три месяца.

Зинаида Мажарова со старшим сыном Славой встретила войну в латвийском городе Лиепая. Будучи на последнем месяце беременности, она ухаживала за ранеными. Ее муж Федор — кадровый офицер, летчик, был направлен защищать небо над Ленинградом.

Тем временем Латвию разбомбили. Зинаида с детьми уцелела и оказалась в немецкой тюрьме. Она прошла 4 концлагеря: Саласпилс, Равенсбрюк, Заксенхаузен, Бельциг. Каждый день — в ожидании смерти. В Бельциге Зинаида ушла из-под расстрела с одной-единственной мыслью: разыскать детей.

Обоих ее сыновей отобрали для вывоза в Германию, но старший позднее совершил невозможное. В 1944 году, когда ему было 9 лет, он сумел сбежать от фашистов и прожил целый год один в рижской квартире, принадлежавшей им до войны. Мать вернулась домой в конце мая 1945 года. Там ее уже ждал старший сын. Спустя три недели раздался звонок в дверь — вернулся отец. Не хватало только младшего, Владимира… Они искали его два года и нашли.

Хотя ему было менее полутора лет, он четко помнит, как в концлагере отбирали детей. Высоких — улучшать генофонд фашистов. Низеньких — уничтожали.

Немец мелом прочерчивал полосочку на стене. Тех, кто был ниже, отбраковывали, а тех, кто доставал, до полоски, отбирали. Володя был самым младшим, и он помнит, как старался дотянуться, чтобы попасть к тем, кто прошел отбор.

Так маленький Володя оказался в специальном детском доме, над которым развевался черный флаг, украшенный белыми рунами. Это место находилось на севере Германии, под городом Любек. Там детей неплохо кормили и возили на море. Но немецкая культура, строгий порядок и идеология — были обязательными дисциплинами в заведении Лебенсборна.

Селекционеры новой расы особенно красивым и смышленым детям с малолетства подбирали пару. Хотя в том приюте было более сотни мальчиков и всего пара десятков девочек, Владимиру досталась невеста.

Рассказывает профессор Владимир Мажаров:

«Мама рассказывала: когда меня отбирали, фашист говорит: «Мы из него сделаем солдата для фюрера!» Да, я бы, наверное, был бы неплохим солдатом, потому что немецкие качества — порядок, щепетильность — в нас вдалбливали в буквальном смысле слова. Нас приучали к исполнению любого приказа старшего. И поэтому старшие дети могли и поиздеваться над нами, малышами, но мы должны были терпеть, потому что так мы вырабатывали себе характер.

Было строгое указание нашей воспитательницы: каждый знал, с кем он должен бежать в бомбоубежище, никто не должен был оставаться один. У меня в паре была девочка, которую я должен был разыскать в соседней комнате, как только начинались сирены».

Семья искала его после войны, но безрезультатно.

Так продолжалось до тех пор, пока в 1947 году из Германии не вернулась латышка Ирена Асторс. Она работала воспитателем в детском доме, где содержались дети, вывезенные из СССР. Женщина написала открытое письмо в газету «Советская Латвия» и рассказала, что у неё есть список всех похищенных детей. Немцы сохранили все имена и фамилии…

Владимиру было шесть лет, когда он увидел родных. Однако возвращение мальчика обернулось настоящей дипломатической войной! По окончании войны территория, где находился приют, оказалась в английской зоне оккупации. Лорд Вултон, возглавлявший британский Красный Крест, категорически отказывался признавать права советских родителей на детей. Или англичане с американцами решили, что они себе будут улучшать свой генетический фонд?