Русь против Хазарии. 400-летняя война - Михаил Елисеев

Думаете, Осколд дорогих стекляшек раньше не видывал?

Ему бы новгородцы еще фокусы пообещали показать!

Опять несуразица.

В той же летописи есть уточнение, что сам Олег, сказавшись больным, остался в ладье и послал к Осколду извещение, что везет много бисера и украшений, а также имеет важный разговор к князьям.

Белиберду про болезнь Олега и сердобольность киевского князя оставим в стороне. Выздоровеешь, купчина, тогда и приходи пред светлые очи Осколда, а он-то к тебе чего попрется, еще инфлюенцию подхватит или другую какую бактерию, захворает. А от бисера и камней не убудет, полежат день-другой, не стухнут. Так бы сказали в Киеве «больному» Олегу или его засланцу.

Зато про разговор уже интереснее. Это мы в голове отложим.

Дальше идет патетика и поэтика, и все только для того, чтобы прикрыть явную подлость содеянного:

«Когда же Аскольд и Дир пришли, выскочили все остальные из ладей, и сказал Олег Аскольду и Диру: «Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода», и показал Игоря: «А это сын Рюрика». И убили Аскольда и Дира».

Вот они, двойные стандарты. Как будто летописец описывает не кровавое злодеяние, которое можно прямо назвать подлостью и убийством безоружных, доверившихся твоему слову людей, а некий героический поступок, совершенный Вещим Олегом во славу государства Российского.

Что и кому говорил в этот трагический момент князь Олег, мы уже не узнаем, но давайте разберем тот бред, что ему приписывают.

Что же получается? А получается такая картина. Пришел к Олегу на зов в гости без оружия, без свиты, без телохранителей тот, кто потряс основы Византийской империи – киевский князь Осколд. Пришел с миром, на диковины разные посмотреть да разговоры умные послушать. Чего там в мире делается, как погоды в Новгороде узнать, ну, может, еще чайку хлебнуть с малиновым вареньем, и то если хозяин угостит.

И тут… Девки с самоваром?

Нет, куча вооруженных до зубов бугаев окружает князя и мечами, остро наточенными, под ребра усердно тычет, и все это вместо чая и приятных разговоров. Далее входит Олег с каким-то непонятным и незнакомым ему ребенком и сообщает, специально растягивая удовольствие и нагнетая трагизм: «А это сын Рюриков. Не ожидал?»

Так сказать, информирует об отце ребенка. Спрашивается – ну и что?

Какой реакции от Осколда ожидает Олег на это заявление? Что киевский князь в восторге захлопает в ладоши и, проникнувшись всем величием последнего подвига Рюрика, сразу и безоговорочно отдаст его сыну престол? Вряд ли. Осколд может только позавидовать, что Рюрик на такой героический поступок в восемьдесят лет сподобился, но княжество, даже за такое, пусть и «великое» деяние, не отдают.

О себе же лично Олег сообщает какую-то информацию, видимо секретную, доказывающую его неоспоримое право на престол в Киеве. И что роду он княжеского, а вот Осколд – бродяга без роду-племени и самозванец. Или, может, проще – узурпатор.

А на кой? Кому это уже интересно?

После своего краткого доклада Олег вяло машет рукой и приказывает: «Убейте его! Самозванец!»

Что его приспешники тут же с энтузиазмом и делают.

Вот и доверяй после такого людям!!!

Даже пытаясь всеми путями возвысить род Рюриковичей, не стоит представлять сюжеты ПВЛ в виде боевика, где один крутой парень лихо убивает других крутых парней, да еще из каких-то благих, но не прописанных четко сценарием соображений.

А связать несвязуемое ох как хочется!

Попытки показать, что Рюрик и Олег имеют законные права на владения Киевом, просто нелепы. Но фантазия и трудолюбие впечатляют.

В некоторых летописях в Киев Оскольда и Дира посылает сам Рюрик – для помощи против хазар, но потом они не оправдывают доверия и откладываются от него. Неблагодарные! И это единственная и то не самая здравая, а честно говоря, за уши притянутая причина, по которой Олег может претендовать на Киев и иметь претензии к Осколду и Диру.

Однако и здесь неувязка. В летописи «призвание» Рюрика датировано 862 годом, и эта дата, как правило, никем не оспаривается. Все согласны. Между тем уже давно и совершенно точно установлено, что имеющаяся в летописи дата похода Рюрикова «мужа» Аскольда на Царьград неверна: этот поход состоялся еще в 860 году, то есть за два года до летописной даты призвания Рюрика. А из этого ясно, что Рюрик прибыл на Русь ранее 862 года, – по всей вероятности, вскоре после того, как германский император Лотарь I в 854 году вторично лишил его власти над Фрисландией.

Вопрос: куда послал Рюрик Осколда, если представить, что они в этот момент находились вместе? Если он послал их туда, куда вы подумали, то это не значит, что он послал их на управление Киевом. К этому моменту Рюрик даже не представлял, что окажется на Руси. Какие волнения о Киеве и хазарах? Которых, кстати, Рюрик и в глаза не видел.

Это Олег – Вещий, он бы мог и будущее прозреть, а Рюрик – он просто сокол или орел, а может, еще какая боевая птица, без всяческого дара предвидения и к тому же мозгов.

Могут возразить на это, что многие летописные даты IX – первой половины Х века (о чем еще не раз пойдет речь) заведомо не точны – подчас они отличаются от истинных на целое десятилетие. Бывало и такое, но при всем при этом хронологию событий летописцы старались выдерживать. Особенно что касается десятилетий. Здесь же нет и этого.

А почему? Да просто потому, что никто и не думал, что это потребуется. Что эти даты любознательные потомки захотят сравнить и поднимут для этого разные летописные своды.

Опять же. Согласно ПВЛ, киевляне (поляне) принимают власть двух варягов Рюрика, совершенно чуждых для Киева и не имеющих никаких династических прав на него.

Странно. И это тоже ничем не объяснено.

Кто ни придет, всех на царствование. Любой заезжий варяг ко двору.

Еще немного поговорим о правах.

Как до нас пытаются довести, Олег приходит к власти в Киеве, представляя себя как князя, имеющего права на «матерь городов русских». Так, он якобы обращается к Осколду, попрекая его: «Ты не князь и не княжеского рода, я же княжеского рода». Попенять попенял, а доказательств весомых не предъявил. Ну и, чтобы не вступать в прения, а также во избежание лишних вопросов, укокошил.

Для чего Олег показывал Осколду сына Рюрика, совсем уж непонятно. Ни у Рюрика, ни у его сына Игоря (даже если это его сын), ни у самого Олега никаких законных прав на Киев нет и быть не может. Неоткуда им взяться. И Осколд об этом прекрасно осведомлен. А насколько мы знаем, Олег был человек грамотный, расчетливый и циничный, зачем ему всю эту ахинею нести и себя дураком выставлять. Однозначно, незачем! Понятно, не он сам летопись вел, а летописец мог чего-то и не знать, поэтому домысливал на ходу, может, не всегда умно, но зато правильно, как оно нужно на данный момент. Так он ведь тоже не гений, не Александр наш Сергеевич.