Две тысячи лет до нашей эры. Эпоха Троянской войны и Исхода, Хаммурапи и Авраама, Тутанхамона и Рамзеса - Джеффри Бибб

Теперь в Исине новый и очень энергичный царь Ур-Нинурта, и представляется сомнительным, сможет ли Ларса и дальше удерживать Ур.

В такой обстановке юный Аврам достиг зрелости. Он посещал праздники в храмах и даже приносил благодарственные дары за успешные торговые предприятия жрецам Иштар, хотя у него, конечно, были и свои аморитские боги. Здесь он женился на Саре и отсюда в начале каждой зимы уходил вместе с членами семьи и слугами, ведя тяжело навьюченных ослов (верблюда тогда еще не одомашнили, а лошади индоевропейцев пока не проникли на юг дальше гор Северо-Западной Персии). Он желал, пока стада его племени пасутся западнее, успеть на весенний базар на противоположном краю пустыни. К концу весны он возвращался в Ур с грузом золота, серебра и мрамора с севера, полотна из Египта, кедра из Ливана или ладана с далекого юга.

Обратный груз далеко не всегда был результатом мирной торговли. Даже наполовину оседлых аморитов Месопотамии отделяло всего несколько поколений от разбойников пустыни, которые врывались в речные долины силой оружия, поэтому в пустыне в них начинала играть кровь предков. Племена и семейные группы постоянно то заключали союзы, то враждовали. Отношения более или менее стабилизировались в речных долинах, но среди кочевников великой пустыни были весьма острыми. А во время зимних путешествий молодые люди из городов с удовольствием возвращались к старым привычкам. Они тщательно охраняли свои стада и караваны с грузами, ретиво нападали на собственность тех, кого в данный момент считали врагами, или собирались в банды, чтобы напасть на оазис либо разграбить городок на краю пустыни. Они были не только торговцами, но и разбойниками и платили за свои приобретения любую цену, если их нельзя было добыть более дешевым путем.

Если мы правы, предположив, что Аврам принадлежал ко второму поколению второго тысячелетия до н. э., тогда ему было примерно двадцать четыре года, когда к аморитам Ура пришла беда. В 1906 г. до н. э. царь Ларсы Гунгунум умер, вероятнее всего был убит в сражении, и царь Исина Ур-Нинурта восстановил свое господство в Уре. Если не именно это политическое событие, то нечто очень похожее привело аморитов Ура в немилость, и Терах решил забрать свои пожитки и покинуть город.

На этот раз не торговый караван вышел из ворот Ура и направился по берегу Евфрата к северу. Теперь целое племя снялось с места. В нем было три-четыре тысячи человек. Старики, женщины и дети ехали на четырехколесных повозках, которые везли волы, рядом паслись крупные стада овец и коз, шли тяжело навьюченные ослы, и, возможно, даже по реке параллельно их движению плыла нагруженная лодка. Предание гласит, что они шли в Харран, и это был не случайный выбор.

Древний город Харран располагался в шестистах пятидесяти милях к северо-западу (то есть до него необходимо было пройти всю длину Евфрата) у подножия гор Восточной Турции. Но, несмотря на изрядную длину, путь между Уром и Харраном был проторенным и хорошо знакомым. Члены семьи Тераха, безусловно, шли по нему не впервые. Между двумя городами существовали устойчивые торговые связи. И в Харране, и в Уре поклонялись лунной богине Син. В течение прошедших (и будущих) веков лунные храмы Ура и Харрана были известны на всем Среднем Востоке, и в дни храмового коммунизма, чуть больше ста лет назад, когда вся торговля и промышленность принадлежала храмам и управлялась группой жрецов, система торговли была хорошо налажена. В Харране собирались минералы турецких гор, а в Уре – богатство индских городов.

Через Харран шло серебро Тавра на юг, и мы знаем, что серебро везли на юг от Ура в судах alik Dilmun, чтобы купить медь с Макана или индийское золото.

Есть все основания утверждать, что торговля, соединявшая два города (на север везли золото и медь, на юг – серебро) во времена Аврама, была в руках аморитов. Маршрут, по которому везли грузы, проходил по долине Евфрата, а после того, как амориты вышли из Сирийской пустыни, что произошло в течение жизни последних двух поколений, они господствовали на всем протяжении долины Евфрата.

Племя Тераха, отправившееся в свое неспешное двухмесячное путешествие, чтобы встретиться со своими родственниками и деловыми партнерами на севере, сначала прошло через территорию маленьких аморитских городов-государств, расположенных к югу от современного Багдада. Возможно, они расположились на ночь в одном из них, в маленьком поселении, называемом Вавилон, и даже посетили его царя – Суму-абума. Затем они двинулись дальше и примерно через две недели вошли на территорию царства Мари, также аморитского, имевшего родственные узы и взаимные интересы с торговцами Великого северного пути. Еще две недели пути от Мари – и амориты подошли к месту слияния Евфрата и Балиха, откуда, повернув на север по долине Балиха, через неделю подошли к Харрану.

Представляется, что племя Тераха осталось в Харране на несколько лет. Маловероятно, что торговые связи с Уром были разорваны. Хотя по политическим соображениям, вероятно, было целесообразно на какое-то время официально поручить неамориту контроль южной части торгового пути. Аврам, взрослея, скорее всего, изучал северные торговые пути, чтобы знать их так же хорошо, как и южные.

В Харране он встретил самых разных торговцев, среди которых многие были из семитского, хотя и не аморитского Ассирийского царства. Ассирия находится в Северной Месопотамии на обоих берегах верхнего Тигра. Это маленькое царство, в то время не имевшее большого значении, а язык, на котором в нем говорили, родственен семитскому языку Южной Месопотамии и записывается клинописью на глиняных табличках. Как и все цивилизованные страны того времени, Ассирия имела обширные торговые связи. Ее торговые пути шли вдоль Тигра к городам юга и на запад вдоль подножий турецких гор и через хребет Антитавр в Центральную Азию. Последний маршрут проходил через Харран и дальше в Канеш.

Канеш располагался в центральной части Малой Азии на краю гор Тавр. Мы знаем немного о его обитателях, и, когда археолог называет их каппадокийцами, он просто навешивает им географический ярлык для удобства упоминания. Но Аврам, вероятно, знал этих людей лучше и, наверное, посещал город. Но, посещая его, он не останавливался в самом городе. За его пределами находился карум, созданный ассирийскими купцами около ста лет назад, – концессионная территория, на которой заправляли ассирийские торговые гильдии, имевшая существенные экстерриториальные привилегии.

Мы уже видели карум в Уре. Возможно, он был характерен для большинства городов того времени. Только в Уре карум был просто специально выделенным для удобства административного управления районом, где сосредоточились конторы и склады купцов, которые в основном были гражданами Ура и подчинялись его законам. Район не имел привилегий больше, чем, к примеру, сегодня лондонский Сити. С другой стороны, в более отсталых районах, таких как Канеш, карум больше соответствовал «фабрикам» ранней европейской торговли с Востоком или «иностранным концессиям» в китайских городах до недавнего времени. Они были самоуправляемыми колониями иностранных торговцев, небольшими, огороженными стенами поселениями с собственной администрацией и, вероятнее всего, собственными оборонительными силами.