Коллекционер жизней. Джорджо Вазари и изобретение искусства - Ной Чарни

Флоренция и Медичи традиционно поддерживали Францию. И в 1521 году, когда разгорелась вражда, они так и поступили. Но Карл V, в отличие от своих предшественников, оказался прекрасным военачальником и политиком. Город за городом он стал завоевывать Италию. Решительная битва состоялась в 1525 году при Павии, когда императору исполнилось всего двадцать пять лет. В ходе сражения французский король Франциск I был взят в плен.

В 1526 году Франция, Ватикан, Милан и Венеция создали новый союз с целью изгнать Карла V из Италии. Однако Карл взял Милан. Генуя переметнулась на сторону Священной Римской империи. А самый многообещающий кондотьер этого союза, Джованни делле Банде Нере из семьи Медичи, бесславно погиб в небольшой стычке южнее Милана.

Дорогой ценой, но успех все-таки пришел. К осени 1526 года Карл больше не мог содержать тридцать четыре тысячи наемников и распустил их в полной уверенности, что они пойдут назад через Альпы. Но у армии императора были другие планы. Нанятые за деньги, эти солдаты служили только деньгам. В результате они вынудили своего полевого командира Карла III де Бурбона напасть на самый богатый из ближайших городов, где можно было бы возместить недополученное грабежом. Этим городом оказался Рим. Папа Климент VII, по традиции Медичи, поддерживал Францию. А имперские войска были не прочь поставить его на место. Более того, в них входило примерно четырнадцать тысяч швейцарских лютеран, которые хотели наказать Вечный город за его упрямую приверженность старорежимному католичеству. Насмотревшись на карикатуры, изображающие толстых жадных пап и священников, они представляли себе Рим чем-то вроде Эльдорадо. Совсем не то что родная Швейцария, из которой их погнала в наемные солдаты прежде всего нищета.

В апреле мятежные солдаты остановились в Ареццо. Идя на юг из Милана, они прошли мимо Флоренции. Не было никакого смысла тратить силы на такого могущественного противника, даже не дойдя до места назначения. С такими защитниками, как Ипполито Медичи и кардинал Пассерини, двумя самыми могущественными людьми Флоренции, Вазари мог чувствовать себя в относительной безопасности.

Современники описывают взятие Рима как неожиданность. Но неожиданность заключалась в дерзости, а не в стремительности этой атаки. Герцогу и его шайке из тридцати четырех тысяч солдат понадобилось две недели, чтобы пройти двести километров от лагеря в Ареццо до Вечного города. Они выступили 20 апреля и были в Риме 5 мая. По дороге солдаты жестоко расправлялись огнем и мечом с меньшими городами: Аквапенденте, Витербо, Россильоне. Шестого мая они были готовы войти в сам Рим.

Невольный глава наемников Карл де Бурбон погиб в первой же схватке. Соперник Вазари Бенвенуто Челлини заявлял, что это он выстрелил тем роковым ядром из Ватиканской крепости в замке Святого Ангела. Армия осталась без командования и беспрепятственно ворвалась в город, подогреваемая религиозной ненавистью. Описания нанесенных разрушений ужасают. Людей резали на улицах, грабили дворцы и церкви, потрошили библиотеки, брали заложников ради выкупа. Все сорок два человека из швейцарской стражи папы пали на ступенях собора Святого Петра, когда попытались преградить врагу вход и дать возможность папе Клименту VII сбежать. Это был единственный раз за все пятьсот лет существования легендарной папской охраны, когда ее воинам пришлось отдать жизни за понтифика. Климент стремглав побежал по крытой галерее, которая вела из Апостольского дворца за крепкие стены замка Святого Ангела. Внушительное круглое строение из древнеримского бетона, которое было изначально возведено вокруг могилы императора Адриана, превратилось в почти неприступную крепость. Город погибал в хаосе, а Климент стал пленником в своем убежище. Наемники были не в силах вытащить его оттуда, но и он не мог выйти. В какой-то момент он попытался сбежать под видом углежога, но его ухоженные руки, недостаточно измазанные золой, и грушевидная фигура его выдали.

Во Флоренции сеть информаторов докладывала властям о каждом шаге императорской армии. В конце концов та снова двинулась на север. И, поскольку Рим был взят, она уже не боялась флорентийской обороны. Ипполито Медичи с кардиналом Пассерини, который, как всегда, был рядом, в ужасе призвал лучшего кондотьера союза Франческо Марию делла Ровере, герцога Урбинского, чтобы вместе с ним обсудить план обороны. Формально состоявший на службе у Венеции, делла Ровере мог помочь остановить имперские войска в любой точке на их пути на юг. Но поскольку у него не было причин это делать и не было condotta (приказа выступать от того города, которому он служил), то он ждал. В конце концов, Венеции ничто не угрожало. Он не был поклонником семьи Медичи. Папа Лев Х сместил его с должности герцога Урбинского в 1516 году и отдал титул Лоренцино деи Медичи, отцу Алессандро деи Медичи, который учился вместе с Вазари. Только со смертью папы Льва Х в 1521 году делла Ровере вернулся в Урбино. Но сейчас, поскольку Венеция выступала союзницей Флоренции против армии Карла V, ему нужно было действовать.

Чтобы не размещать наемников самого герцога во Флоренции (стояла середина мая, уже больше недели Рим был захвачен), кардинал Пассерини и Ипполито договорились встретиться с делла Ровере на нейтральной территории, за пределами городских стен. Семейство Медичи переживало тяжелое время. В Риме папа Климент выглядел полным трусом. Семнадцатилетний Ипполито управлял городом через своего опекуна. Юные правители не были в Италии редкостью. К примеру, Федерико да Монтефельтро и Сигизмондо Малатеста стали управлять своими городами в пятнадцать лет, а сам делла Ровере стал герцогом Урбино в восемнадцать. Но все они были слеплены из другого теста, нежели томный красавчик Ипполито, который самым важным занятием в то время считал неловкие ухаживания за собственной племянницей Екатериной, сестрой Алессандро Медичи и будущей королевой Франции.

Когда кардинал Пассерини и Ипполито Медичи выехали за пределы города, группа флорентийских граждан захватила правительственные помещения в палаццо Веккьо и объявила о возврате республиканского правительства, а также приговорила Медичи к изгнанию. Но в распоряжении Ипполито и Пассерини был знаменитый капитан наемников и его армия. Они не собирались отступать. Опираясь на Франческо Марию делла Ровере, они сменили цель и направили войска на свой собственный город, пока не пробили себе дорогу в самое сердце Флоренции.

Вазари был свидетелем развернувшегося боя, хотя армии наемников понадобилось немного времени, чтобы подавить городских революционеров. Отряды делла Ровере, Ипполито и кардинал Пассерини вернули себе ратушу уже после первого дня столкновений. Но в «Жизнеописании» Франческо Сальвиати Вазари приводит скорее историю о спасении флорентийской иконы, чем отчет о военных действиях в городе: