Советский тяжелый танк КВ-1. Первые танки Победы - Максим Коломиец

Отсутствие запасных частей по танкам КВ и Т-34 во всех частях до сего времени приводит к невозможности производить текущие и средние ремонты непосредственно в частях.

Танк КВ-1 из состава 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го мехкорпуса, подбитый зенитчиками зенитного полка «Герман Геринг» под Дубно. Июль 1941 года (АСКМ).

Подбитый на шоссе между населенными пунктами Верба и Птиче (юго-западнее Дубно) КВ-1 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии. Июль 1941 года (СЛ).

Этот танк КВ-1 с пушкой Л-11 (выпуска сентября — декабря 1940 года) застрял на заболоченном лугу, и был оставлен экипажем. Лето 1941 года (АСКМ).

Совершение большого количества маршей в трудных условиях местности — леса и болота, под воздействием авиации противника, противотанковых средств и артиллерии противника, без производства технических осмотров и невозможности восстановления из-за отсутствия запасных частей привели к большому проценту потерь танков за первые 9 дней боя. Эти потери по далеко не полным данным составляют 25–30 % всей боевой материальной части танковых соединений».

Согласно ведомости о потерях материальной части танковых войск Юго-Западного фронта за 10 дней боя, составленной 30 июня 1941 года, потери КВ составляли 37 машин, из них 15 — в 4-м мехкорпусе, 13 в 8-м и 9 в 22-м. При этом в примечании к данному документу говорилось, что «данные о потерях танков составлены на основании донесений из армий, которые далеко не полны». Возможно, в ведомости речь шла только о боевых потерях, и машины вышедшие их строя по техническим причинам или отставшие на маршах здесь не учтены.

Если оценивать роль танков КВ в боях первых двух недель войны можно сказать, что эти машины стали для противника неприятным сюрпризом. Конечно, немцы смогли найти средства борьбы с КВ, тем более что некоторый подобный опыт у них имелся (речь идет о французских танках В-Ibis). Однако то, что срабатывало против французов не всегда действовало против КВ. В результате, для борьбы с тяжелыми советскими танками требовалось больше времени.

Кроме того, не менее 30 % КВ вышли из строя по техническим причинам еще до вступления в бой. Наиболее показательны в этом механизированные корпуса Юго-Западного фронта, некоторые из которых до вступления в бой прошли до 500 километров. В результате, «ударная сила» батальонов тяжелых танков дивизий механизированных корпусов оказалась значительно снижена.

Тем не менее, в первые недели войны экипажи КВ на всем советско-германском фронте часто сражались до последнего, постепенно, по крупицам «перемалывая» мощь наступавших частей вермахта. Героические действия советских танкистов в тяжелом июне 1941 года во многом стали предвестниками грядущих побед.

Тот же подбитый КВ-1, что и на предыдущей странице (вверху). Хорошо видны следы многочисленных снарядных попаданий на броне машины. Июль 1941 года (АСКМ).

НА СЕВЕРО-ЗАПАДЕ. С началом Великой Отечественной войны план отгрузки танков КВ-1 с заводов промышленности, утвержденный еще в мирное время, естественно был пересмотрен. Теперь машины в первую очередь отправлялись на те участки фронта, где ситуация складывалась особенно тяжело для частей Красной Армии. Одним из таких стало северо-западное направление — здесь немецкие части сумели за несколько дней продвинуться вглубь Прибалтики более чем на 300 километров, форсировать Западную Двину и утром 26 июня 1941 года заняли Даугавпилс.

Потеря города стала большой неожиданностью для командования Красной Армии — выдвигаемые на рубеж Западной Двины резервы (в том числе и 21-й механизированный корпус) еще находились в пути. Попытки отбить Даугавпилс спешно сформированной из разных соединений «группой двинского направления» под командованием генерал- лейтенанта С. Акимова успеха не имели.

21-й мехкорпус, части которого начали прибывать под Даугавпилс днем 26 июня, относился к мехкопусам второй очереди, и начал формироваться весной 1941 года. К началу войны он имел чуть более 50 танков БТ и Т-37/38, относившихся к учебно-боевому парку, и сильно изношенных. Поэтому для усиления корпуса уже 26 июня 1941 года с Кировского завода в Ленинграде отправили 20 новеньких тяжелых танков — 10 КВ-2 и 10 КВ-1, а 30 июня — еще 10 КВ-1. Эти машины вошли в состав танкового батальона, который придали 42-й танковой дивизии 21-го мехкорпуса. Однако к боям за Даугавпилс эти машины не успели — в донесении, направленном в штаб 21-го мехкорпуса 28 июня, сказано, что танки КВ сосредоточены северо-западнее станции Идрица и «требуют два дня для осмотра, так как водители матчасть полностью не освоили». Кроме того, имелись большие проблемы с горючим — так, в боевом донесении 21-го мехкорпуса за 30 июня отмечалось, что 20 танков КВ на фронт не отправлены «за недостатком газойля».

Скорее всего, КВ этого батальона вступили в бой 2 июля 1941 года — в этот день немцы начали наступление против частей 21-го мехкорпуса.

Экранированный танк КВ-1 из состава батальона тяжелых танков 21-го мехкорпуса, оставленный из-за отсутствия топлива у населенного пункта Букмуйже 2 июля 1941 года. Согласно актов на списание, это танк с заводским № 4793 выпуска июня 1941 года (АСКМ).

Уже на следующий день корпус получил приказ — начать отход, сдерживая противника по рубежам. В арьергарде должна была двигаться 42-я танковая дивизия, прикрываясь отрядами из пехоты, артиллерии и танков. Именно в это время и был задействован батальон КВ. Надо сказать, что действовал он, с учетом обстановки, довольно неплохо. Последние машины были потеряны в начале августа. Всего из 20 имевшихся КВ-1 было безвозвратно потеряно 13 машин, и еще 7 отправлено на ремонт в Ленинград. Ниже приведены причины потерь нескольких. Небезынтересно привести причины потерь нескольких танков батальона.

Так, КВ-1 (заводской № 4793) 2 июля направили в районе Букмуйже «по заданному маршруту, в результате чего вышло горючее. Была окружена противником, экипаж вел бой. Командир машины остался у машины для взрыва. Что сделано неизвестно, т. к. командир машины не вернулся».

7 июля 1941 года в 19 км от Опочки был потерян еще один КВ-1 (заводской № 4777):