Правда и мифы о спецназе - Игорь Прокопенко

Сохранились секретные некогда документы, согласно которым руководители африканских партизан из Намибии просили ЦК КПСС поставить им специмущество: танки, пушки, переносные зенитные ракетные комплексы, вертолеты, грузовики. В период с октября 1975 по апрель 1976 года — всего за полгода — СССР поставил в Анголу одних только танков Т-54 200 штук, около 100 установок залпового огня «Град», ПЗРК «Стрела», то есть на то время новейшие системы вооружения. Однако это только подстегнуло наступающие войска ЮАР. Война разгорелась с новой силой.

16 ноября 1975 года, на пятый день независимости, в Луанде приземлился военно-транспортный самолет без опознавательных знаков. На его борту та самая первая группа советских военных советников из конголезского Браззавиля. На взлетно-посадочной полосе столичного ангольского аэропорта тут и там в беспорядке брошенные самолеты. Казалось, аэропорт, да и сам город, просто вымерли. В этой зловещей тишине лишь рокочут двигатели самолета, готового в любой момент начать разбег и вырваться из этого странного и опасного места. Когда через два часа после прибытия наши увидели каких-то двоих человек, которые никак не решались подойти к самолету, то попытались издалека определить, кто они — свои или юаровцы, которые, вполне возможно, уже захватили и аэропорт, и всю Луанду.

Оказались свои, посольские, которые потому так долго не подходили к самолету, что, в свою очередь, сами опасались юаровского десанта. Они наспех разместили группу здесь же, в столичном аэропорту. Никаких задач не поставили, ясности не внесли, а самолет улетел обратно в Союз. Оставались неизвестность и ожидание исхода боев, которые велись уже на подступах к Луанде.

По свидетельствам специалистов, они не так сильно опасались наступления с севера Холдена Роберто и его клики, а больше всего боялись наступления с юга Савимби плюс юаровцев.

По признанию большинства наших военных специалистов, в Анголе им ни разу так и не пришлось смотреть в глаза противнику, настолько эффективно работали спецподразделения Южно-Африканской Республики. Долгое время ведущие разведки мира, включая КГБ, и не догадывались о существовании в этой далекой стране таких уникальных разведывательно-диверсионных групп.

Уже в наши дни журналисты разыскали в пригороде южноафриканского города Кейптауна человека по имени Марк Вейль. До этого он никогда в жизни не общался с представителями СМИ.

В 1975 году он добровольцем вызвался участвовать в операции «Саванна». Будучи командиром взвода 44-й парашютной бригады ВС ЮАР, первым вошел в Анголу. Теперь он вспоминает, что в ЮАР вторжение в соседнюю страну воспринимали как важнейшее, знаковое, историческое событие. Молодые солдаты и офицеры жаждали в этом участвовать, считая, что защищают интересы своего государства, оберегают свой народ от грозящей опасности.

Марк Вейль подтвердил, что южноафриканские силы обороны, как и любая другая армия в мире, имели в своем распоряжении части спецназначений. В них входили разведывательно-диверсионные отряды коммандос. Эти коммандос, как и русский спецназ, были подготовлены для ведения различного рода специальных операций глубоко в тылу противника.

Советские военспецы каждый день задавали себе вопрос: а что, если юаровцы прорвут фронт и захватят столицу? И каждый день гнали от себя эту мысль. Каждый новый день был похож на предыдущий. Грузовики партиями привозили новобранцев, которых надо было учить воевать. Вечером этот же грузовик отвозил их на фронт. Призыв этих самых новобранцев велся по-африкански. Подразделение правительственных войск окружало деревню и подчистую забирало все мужское население от мала до велика, всех тех, кого не успели взять рекрутами оппозиционеры из УНИТА. Тем временем хаос во всей Луанде и на подступах к столице усугублялся полным отсутствием информации. Стрельба была слышна и на окраинах. Оттуда ползли пугающие слухи, противоречивые и тревожные.

Каждый день военспецы находились в ожидании мятежа, в ожидании восстания, в результате которого может быть свергнуто правительство Нето и соответственно уничтожены представители СССР и Кубы.

Опустевшие улицы ангольской столицы замерли в ожидании. Какой была Луанда в те драматические дни? Оживление царило лишь там, где шел дележ имущества, оставленного португальцами, проще говоря, мародерство. В столичном порту — брошенные легковые автомобили. Их владельцы оставили ключи в замках зажигания в надежде на свое скорое возвращение. И еще. Кто-то настойчиво распространяет слухи о появлении в ангольской столице юаровских агентов и диверсантов. Нет дыма без огня. Наши военспецы еще не знали, что юаровский спецназ держит их на прицеле, и, возможно, только появление кубинцев спасло им жизнь.

О южноафриканском батальоне «Буффало» мир узнает лишь в 1981 году, когда английская газета «Таймс» опубликует сенсационное признание одного дезертира. Долгое время во всем мире просто не догадывались о существовании этих уникальных засекреченных подразделений. Мало что о них знали и в самой ЮАР.

По словам уже знакомого нам Марка Вейля, бойцы этого батальона умеют жить на подножном корме. Это особые люди, которые делают особую работу. Теперь известно, что южноафриканские части специального назначения были едва ли не лучшими в мире.

Тяжелые многосуточные переходы коммандос по дикому бушу. Общий вес снаряжения, не считая оружия, 50–80 килограммов. Страшная жара и готовность в любой момент раствориться в складках местности. В незримости присутствия их сила. Шли, даже если не было воды.

У солдат всего мира воспоминания о марш-бросках одни и те же. Еды в обрез, да и та скверного качества, спать нельзя, все мысли только о том, чтобы выспаться, всю операцию жуешь этот проклятый сухой паек. А когда боец ничего, кроме сухпая, не видит, наступает день, когда он его просто ненавидит.

Спустя 30 лет их война так и осталась под грифом «секретно». В середине 1990-х годов все документы о тайных операциях юаровских коммандос были уничтожены, во всяком случае, так утверждают сами бывшие спецназовцы. Выходя на боевую операцию, они должны были забыть свое имя, только псевдонимы и позывные. Даже на предназначенных для своих фотографиях лица либо отретушированы, либо закрыты.

И все же нашелся человек, который открыл перед журналистами свое лицо, хотя до недавнего времени никто из соседей и не подозревал о его истиной работе.

Франсуа Фури служил в армии ЮАР с 1973 года. Прошел путь от рядового срочной службы 1-го парашютно-десантного батальона до полковника, командира полка спецназа. Всего на его счету 19 лет службы в спецназе. Впоследствии — первый заместитель командующего силами специального назначения армии ЮАР. Он-то и подтвердил, что в ноябре 1975 года коммандос проводили разведку в непосредственной близости от расположения кубинских войск и наших военспецов.

Франсуа Фури, в пору описываемых событий — офицер разведки 32-го батальона «Буффало» ВС ЮАР, поделился интересными воспоминаниями: «Мы также умудрились проникнуть в Луанду и своими глазами видели, как туда в больших количествах начали прибывать русские и кубинцы. Две наши группы следили за главными дорогами и аэродромом. Именно физически следили, то есть считали солдат, выгружавшихся из самолетов. Мы четко фиксировали всю прибывшую боевую технику и вооружение. Хотя все это было укрыто брезентом. Отдельно в маркированных ящиках доставлялись боеприпасы. Мы передавали эту информацию наверх, в штаб, с тем чтобы пехотные части знали, кто им противостоит и чем с ними воюют».