Оболганная победа Сталина. Штурм Линии Маннергейма - Баир Иринчеев

Обходы вне дороги танки делать не могут из-за лесисто-болотистой местности, это вынуждает их действовать по узким проселочным дорогам.

Вывод:

1. При наличии неуничтоженных пулеметных ДОТ, каменных надолб и минных полей саперами и пехотой, танки применять нецелесообразно.

2. Применение танков в УР пехоте пользы не приносит, так как танки, двигаясь по лесным дорогам, попадают на мины, надолбы и пушечный огонь из ДОТ, не имеют возможности развернуться, несут большие потери и морально действуют на пехоту отрицательно, пехота впереди танков не идет.

3. Танки возможно применять только по уничтожении надолб и минных полей саперами и подавлении пушечных ДОТ артогнем.

4. Огонь бронебойных снарядов танков по амбразурам ДОТ результатов не дает — снаряды отлетают».

21 декабря майор Богданов планировал снова штурмовать финские позиции на ручье Муста-оя при поддержке танков и артиллерии, но атака сорвалась. Минометчики забыли подвезти мины, а командир танковой роты лейтенант Шартанов явно не горел желанием снова ехать на болото под огонь финских пушек. Под разными предлогами он оттягивал время выступления роты и в сумерках позвонил майору Богданову и сообщил, что танки не приедут, так как все равно уже стемнело. Майор Богданов рвал и метал, но наступление пришлось отложить на следующий день. Минометчикам полка Богданов устроил разнос, а на командира танковой роты написал жалобу командиру дивизии.

Командир 3-го батальона 13-го пехотного полка капитан Лааксо и его солдаты на подбитом танке 40-й легкотанковой бригады. Сектор Меркки, декабрь 1939 года. Танк был подбит 37-мм снарядом в борт подбашенной коробки. Из коллекции Баира Иринчеева.

К утру 22 декабря 1939 года в боевых подразделениях 588-го полка оставался всего 561 человек: в первом батальоне 325, во втором 125, а в третьем всего 111 бойцов и командиров. Несмотря на это, майор Богданов настаивал на продолжении наступления. 2-й батальон с наконец прибывшей ротой танков Т-26 (2 пушечные и 4 пулеметные машины) пошел в атаку. Огнем пехоту и танки поддерживали сорокапятки и полковые пушки. Артиллеристам удалось подавить одну огневую точку, во второй обнаруженный ДЗОТ было пять прямых попаданий, но система огня финской обороны продолжала действовать. На подходе к реке батальон залег и больше не поднимался, несмотря на все усилия командиров батальона. После этого поднять залегших бойцов попытались танкисты: из танков вышли политрук роты и командир взвода. Но и им не удалось повести пехоту за собой. Оба храбрых танкиста при этом были ранены. У двух танков при движении свалились гусеницы, при попытке снова натянуть их было контужено взрывом мины еще два танкиста. На 17.00 22 декабря 1939 года остатки батальона окопались перед колючей проволокой и вели огневой бой. 83

23 декабря полки дивизии успешно отбили финское контрнаступление. 588-й полк взял в качестве трофеев 3 станковых пулемета, автомат Суоми, 10 волокуш, 86 коробок с патронами, 6 станков-треног, 13 винтовок. На поле боя было насчитано 59 убитых финнов. В плен было взято три финна, один из них — раненый. Потери 588-го полка при отражении финской атаки составили 18 человек убитыми, 26 ранеными и 9 пропавшими без вести. В тот же день в полк пришел приказ о переходе к обороне в связи с большой убылью личного состава в предыдущих боях.

После боя выяснилось, что финны беспрепятственно прошли в неохраняемый стык между 173-м и 588-м полками — расстояние между полками составляло около километра лесисто-болотистой местности! Командир 3-го батальона 588-го полка, лейтенант Левин, получил приказ установить локтевую связь с братским полком. Левин лично возглавил лыжный отряд и направился в расположение 173-го полка. Проплутав в лесу всю ночь, утром 25 декабря он доложил о невыполнении приказа майору Богданову, и сразу же был снят с должности комбата. Принять батальон было приказано лейтенанту Палухину. После третьего приказа Палухин открыто отказался принять батальон. Оба лейтенанта были тут же отправлены из полка в штаб дивизии, лейтенанту Левину на прощание комполка дал убийственную характеристику «отправляю его вам, как неспособного командовать любым подразделением».

Несмотря на провал финского наступления, в 90-й дивизии была проведена разъяснительная работа с личным составом об удержании занятого рубежа, паникерстве и значении приказа «ни шагу назад». Полки как следует окопались, была улучшена дозорная и караульная служба.

С 27 по 29 декабря 286-й и 588-й стрелковый полки снова атаковали финские позиции, и снова откатывались с потерями. За 28 декабря 286-й полк потерял 100 человек ранеными и 17 убитыми, 588-й полк — 41 убитыми, 32 ранеными и 23 пропавшими без вести. Наступление 90-й дивизии окончательно выдохлось.

За период с начала кампании по 7 января 1940 года 588-й полк потерял 227 человек убитыми, 611 человек ранеными, 4 пропавшими без вести и 788 обмороженными. 286-й полк потерял 101 человека убитыми, 662 ранеными и 4 обмороженными. 173-й полк потерял за тот же период 156 человек убитыми, 665 ранеными, 245 пропавшими без вести (большинство — при переправе в Кивиниеми) и 133 обмороженными.

30 декабря в дивизию начало прибывать пополнение, причем часть пополнения, прибывшая в 286-й полк, оказалась необученной. На фронте началась позиционная война, усиленная разведка финской обороны, боевая учеба вновь прибывшего пополнения.

В рядах 90-й стрелковой дивизии воевал лейтенант Василий Константинович Скворцов, 1913 года рождения, командир огневого взвода 66- го дивизиона ПТО. В своем первом и последнем письме с фронта он писал своему старшему брату, капитану Евгению Скворцову, начальнику штаба 1-го дивизиона 267-го корпусного тяжелого артиллерийского полка:

Советские командиры осматривают финские трофеи. Первые дни войны. ЦГАКФФД СПб.

«Укрепления сильные — камень и бетон. Тут здорово бы пригодились твои орудия. (В полку старшего брата были 203- и 152-мм орудия). Думаю со временем подтянут такие, а пока ночью подбираемся ближе к вражеским укреплениям и бьем их почти в упор…»

28 декабря 1939 года в районе ручья Муста-оя в бою при прорыве 2-й укрепленной позиции белофиннов осколок мины пробил грудь Василия. Это была первая потеря в семье Скворцовых. От матери долго скрывали смерть сына. Капитан Евгений Скворцов прибыл на финский фронт в составе своего полка в конце февраля 1940 года и принял бой в двадцати километрах восточнее от места гибели младшего брата. Фотографии, сделанные капитаном Скворцовым на финской войне, приведены в этой книге. Место захоронения лейтенанта Василия Скворцова на момент написания книги остается неизвестным.

На других участках фронта в центральной части Карельского перешейка финны сумели без особых трудностей сдержать советское наступление. Взаимодействие между родами войск наладить советским командирам не удалось, и финская тактика отсечения пехоты от танков в декабре действовала превосходно.