Вдребезги: GREEN DAY, THE OFFSPRING, BAD RELIGION, NOFX и панк-волна 90-х - Иэн Уинвуд

Переломным моментом в своей истории ключевые участники группы называют выход альбома Ribbed в 1991 году – после него NOFX уже нельзя было назвать проходняком. Но именно с выпуском их четвертого альбома White Trash, Two Heebs and a Bean («Белое отребье, два пожирателя мацы и поедатель фасоли») группа превратилась из гадких глухих утят в лебедей. Название пластинки во всей красе показывает стремление NOFX оскорблять. В 1992 году «белым отребьем» называли снобов, которые высокомерно относились к людям с достатком ниже, чем у них. Пожиратель мацы – еврей. Поедатель фасоли – латиноамериканец. Также стоит отметить, что первоначальное название альбома звучало White Trash, Two Kykes and a Spic («Белое отребье, два жида и латинос»). Проявив неожиданную уступчивость, группа отказалась от этого варианта, прислушавшись к жалобам бабушки гитариста.

И по сей день эта пластинка, в которую вошли самые запоминающиеся песни группы, слушается на ура. Многие бриллианты этого альбома на тринадцать треков скрыты в мельчайших деталях. К тому времени Фэт Майк стал превосходным автором песен с острым чутьем на прекрасные куплеты. В одной из песен он знакомит слушателя с персонажем, который «напивался пятнадцать лет подряд, / пока его печень не отправилась в ад». В другой песне описывается встреча двух девушек, одна из которых, будучи лесбиянкой, говорит: «Привет, милашка, я Луиза, / ну что, готова для отлиза?»

Не менее впечатляет способность NOFX совмещать серьезность и юмор – на выходе получился удивительный контраст. С одной стороны, «Johnny Appleseed» – это очень милая пародийная песенка о мексиканце, который зарабатывает себе на жизнь садовником. Он «следит за тем, чтобы сад рос, / (да, да, да) поливает двор из садового шланга». Исполненная с неудержимым восторгом Эль Хефе, эта песня даже спустя четверть века не растеряла драйва. Но в ней есть горькая и мрачная сторона, ведь «Johnny Appleseed» – это песня о расовых стереотипах. В Лос-Анджелесе многие, если не все, садовники – это выходцы из Мексики, и местное белое население воспринимает мексиканцев как дешевую рабочую силу. В одном коротком звуковом сообщении один из руководителей звукозаписи выражает энтузиазм по поводу успеха «Johnny Appleseed» среди тех же слушателей, которые в то время взахлеб слушали рэп: «Очень модно, очень по-бандитски и очень по-испански».

К тому моменту, когда NOFX впервые оставили свой след на английской земле летом 1993 года, они уже были закоренелой гастролирующей группой с восемью годами опыта за плечами, пять из которых они провели в гастролях по Европе. Со своих первых покатушкек по США они возвращались домой с пятьюдесятью долларами каждый. Потом одно турне принесло в копилку группы восемьдесят баксов. По их тогдашним меркам, это была баснословная сумма. Но копилку пришлось разбить, когда у фургона, в котором они гастролировали, лопнуло колесо. В те деньки NOFX действительно скитались по миру. Но как говорит Фэт Майк: «Все было хорошо, потому что мы не знали другой жизни, и никого не думал жаловаться».

«Наш первый тур состоялся в 1985 году, – вспоминает он. – Мы путешествовали в микроавтобусе, но нас было всего трое, так что все прошло нормально. При желании там даже можно было найти место, чтобы прилечь. Но наш первый европейский тур прошел в адских условиях. Мы гастролировали с [разогревающей группой] Drowning Roses, а также с водителем и тур-менеджером. У нас не было трейлера. Всего в фургончик набилось девять человек плюс наше оборудование. Мы путешествовали, подперев гитары коленями, – такая поза, будто ты сгорбился в церкви и молишься целую вечность. Одна поездка из Рима в Мюнхен заняла двадцать два часа. В таких условиях мы объехали целый континент. К счастью для нас, в Европе можно было провести ночь в пустующем доме, или мы останавливались у кого-нибудь. Но иногда приходилось ехать всю ночь напролет. Но и что с того?»

Продвигать White Trash, Two Heebs and a Bean в Европе NOFX поехали на гастрольном автобусе. В контексте панк-рока 1993 года это выглядело почти так же экзотично, как если бы вместо автобуса был «Боинг-747», пилотируемый Джоном Траволтой. Примечательно вспомнить, сколько денег панк-рокеры инвестировали в свой транспорт. Золотым стандартом были Operation Ivy и Rancid, которые путешествовали на машинах. Последние отличились разъездами холодной европейской зимой в автомобиле с неисправным обогревателем. Фургоны были самым распространенным видом транспорта. Чем больше людей набивалось внутрь, тем крепче был дух братства. Те, кто не был готов мириться с пролетарским укладом панка, ехал в гастрольном автобусе. В другое время и в другом месте столь пышная демонстрация буржуазной расточительности могла бы стать достаточным основанием для расстрела большевиками.

В занимательном полнометражном видео Bad Religion «Big Bang», выпущенном в 1992 году, есть забавный момент, когда Грег Граффин, пародирующий, как можно предположить, стереотипного журналиста фанатского журнала, расспрашивает Бретта Гуревича о решении группы совершить турне по Европе на автобусе.

«Почему вы выбрали автобус, а не маленький неприметный фургон, в котором так легко проскочить в клубы? Это из-за автографов? Вы хотите, чтобы люди знали, что вы популярны? Зачем?» – спрашивает он.

«Ну, на самом деле в прошлом году мы использовали два подержанных хлебовоза, а не автобус, – отвечал Гуревич. – По правде говоря, они стоят дороже, чем автобус. Поэтому наш тур-менеджер… достал нам автобус, и мы все очень им довольны».

«Значит, дело только в расходах? Вас волнуют только деньги?»

Пытаясь сдержать смех, Гуревич начинает жестикулировать: «Нет, мистер, я никогда такого не говорил!»

«Нет, я отчетливо слышал, как вы сказали, что зарабатывание денег – это единственное, в чем вы заинтересованы», – отвечал Граффин.

NOFX разделили автобус с The Offspring. Всего там было двенадцать спальных мест и тринадцать сидений для пассажиров. Как правило, Нудлз вызвался спать на полу. Фэт Майк души не чает в Нудлзе. Он со смехом вспоминает об одном случае, который произошел за неделю до нашего с ним интервью: его занесло в ресторан округа Ориндж, где он договорился о встрече с Эриком Мелвином. Вспомнив, что неподалеку проживает гитарист The Offspring, он разместил пост в Instagram, и вскоре в двери с улыбкой вошел самый известный очкарик панк-рока.

Пока автобус NOFX петлял по лабиринту лондонских улиц, в нескольких милях к северу от «Powerhaus» жизнь одной молодой жительницы Лондона вот-вот должна была измениться раз и навсегда. Днем 7 июля Крисси Янноу еще не знала, что всего через несколько часов посетит свое первое панк-рок шоу. Если бы парень ее сестры, Чико, не заглянул к ней и не пригласил на концерт в клуб на Ливерпуль-роуд, она бы, возможно, никогда не увидела бы ни The Offspring, ни NOFX. Фанатка метала и любительница более агрессивного звучания, Крисси тем не менее приняла приглашение. Да, она была не прочь скоротать вечер, наблюдая за неизвестными группами в клубе, где с потолка капал конденсат. Спустя всего несколько часов ее так сильно очаровали NOFX, что она пробралась за кулисы, чтобы лично выразить свое восхищение группе.

«После шоу я направилась к Фэт Майку и спросила: “Когда вы вернетесь?” – вспоминает она. – И он сказал: “Мы никогда-никогда не вернемся. Англия нас ненавидит”. Я возразила: “Нет, это неправда, просто люди о вас не знают. С хорошей рекламой была бы другая история”. Видимо, тот тур не увенчался успехом. Я помню, как прогуливалась по совершенно пустому Powerhaus. Но мне так понравилось, что очень захотелось увидеть их концерт снова. Поэтому я сказала: “Если позволите, я организую ваше следующее [лондонское] шоу. Я позабочусь о том, чтобы все о нем узнали”. И он сказал: “Ладно, если ты это сделаешь, мы вернемся”».