КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы - Леонид Млечин

В 1967 году Брежнев избавится сразу от трех сильных и самостоятельных фигур, которые его недолюбливали. В мае он снял Семичастного с должности председателя КГБ, в июне освободил Николая Григорьевича Егорычева с поста первого секретаря Московского горкома КПСС, а в сентябре Александр Николаевич Шелепин перестал быть секретарем ЦК.

Все они были крайне неосторожны в отношениях с Брежневым. Николай Григорьевич Егорычев рассказал мне такой эпизод. По Москве стали ходить слухи. Только пройдет заседание президиума ЦК, а уже по городу говорят о его решениях, о вопросах, которые обсуждались. Как-то Егорычев зашел к Леониду Ильичу, он говорит:

— Николай, никак не можем понять, что происходит. Утечки идут. Поручи своим ребятам. Может быть, они найдут?

Егорычев пригласил начальника управления КГБ по Москве и Московской области, пересказал разговор с Брежневым и добавил:

— Поищи.

Примерно через неделю он пришел к Егорычеву расстроенный:

— Николай Григорьевич, беда!

— Что такое?

— Нашли мы этот источник. Сидит в гостинице коридорная молодая девка, и она все это разносит.

— А откуда же она знает?

— Она подруга дочери Леонида Ильича. Днюет и ночует в этой семье.

Егорычев пришел к Брежневу и сказал:

— Нашли!

— Ну и кто?

— Гоните из вашей семьи такую-то.

Он покраснел и молчит. Я не знаю, какие у них там были отношения. Это не мое дело. Я только сказал:

— Леонид Ильич, я дал указание все эти материалы сжечь. Но вы все-таки ее гоните…

По словам Егорычева, при Хрущеве он не замечал, что за ним наблюдают:

— Хрущев был в этом отношении простой человек. Скажем, мы идем по городу, он хочет посмотреть какое-то строительство. Он терпеть не мог охраны. Если видел, что они за ним идут, набрасывался на них. Я при Хрущеве ничего не замечал и не знаю, прослушивали ли меня тогда. А при Брежневе уже заметил.

То, что я ушел в момент расцвета Москвы, было неожиданностью даже для самых близких мне людей, — говорит Егорычев. — А я был к этому готов. Я их всех закрывал своей спиной, и они считали, что у меня с Брежневым отличные отношения. Но все было гораздо сложнее.

Брежнев, видимо, считал, что я претендую на его место. Этого не было. Но так получалось, что у меня в Москве был большой авторитет. В 1966-м на партийной конференции меня тайным голосованием избрали единогласно. Такого в истории не было, обязательно несколько голосов против все получали. Брежневу это не понравилось.

— А у вас не возникало желания сказать Семичастному: ну зачем вы меня прослушиваете? Или такие вещи невозможно сказать вслух?

— Думаю, и Семичастный далеко не всегда знал, кого слушают, потому что эта служба была особо секретной…

ДЕСЯТЬ ЛЕТ ЗА ОДНО СВИДАНИЕ

Семичастный шесть лет был председателем КГБ. А мог занять еще более крупную должность. Его падение связано с еще одной драматической, а может быть, даже и с ужасной судьбой. Я имею в виду дочь Сталина Светлану Иосифовну, которая после XX съезда взяла фамилию матери — Аллилуева.

Когда-то ей завидовали миллионы. Люди в мечтах представляли себе ее фантастически счастливую жизнь. Как они были далеки от реальности.

Ей было всего шесть лет, когда ее мать, Надежда Аллилуева, застрелилась после размолвки с мужем. Но о том, что в реальности произошло с матерью, Светлана узнает через много лет. Но после рокового выстрела в Кремле она оказалась в полнейшем одиночестве. Дочь вождя была лишена друзей и подруг, радостей общения с людьми.

Один ее брат, Яков Джугашвили, погиб в немецком плену. Отец мог его спасти, но он, похоже, не испытывал никаких родственных чувств, а Якова, своего первенца, просто не любил. Другой ее брат, Василий Сталин, сильно пил, после смерти отца оказался в тюрьме и умер молодым.

Отношения с отцом у Светланы складывались очень сложно. В детстве она была его любимицей. Потом что-то случилось: то ли он разочаровался в девочке, то ли окружающие вовсе ему опротивели, но дочь стала его раздражать.

Она очень страдала и подсознательно искала мужчину, который бы не только подарил ей свободу, но и был бы в какой-то степени похож на отца. Не потому ли все браки Светланы Сталиной оказались неудачными и быстро распадались? Ни один из ее мужчин не принес ей подлинного счастья. Но и ее мужчинам пришлось несладко. Человек, которого она полюбила первым, десять лет провел в местах не столь отдаленных. Суровая плата за одно любовное свидание.

С известным сценаристом Алексеем Каплером, которого помнят как замечательного ведущего «Кинопанорамы», ее познакомил брат Василий. Он привез Каплера на дачу. Это были ноябрьские праздники. Они танцевали модный тогда фокстрот. Светлане так хотелось с кем-нибудь поговорить откровенно. И перед ней был человек, готовый ее слушать.

Между ними была разница в двадцать два года. Светлана еще училась в школе. Он приходил к ее школе, стоял в подъезде соседнего дома. Подойти боялся. Сотрудники 1-го отдела НКВД, ведавшие охраной руководителей партии и правительства, неотступно следовали за дочкой вождя.

Потом уже они вместе ходили в Третьяковку, в театры. Гуляли по заснеженной Москве. Каплер приводил Светлану в просмотровый зал Комитета кинематографии в Гнездниковском переулке, показывал ей новейшие американские фильмы. Ей запомнилась лента «Белоснежка и семь гномов» Уолта Диснея.

Потом Каплер улетел в Сталинград. Однажды в «Правде» Светлана прочитала статью военного корреспондента Каплера, написанную в форме письма с фронта любимой женщине. Она сразу поняла, что это было письмо, адресованное именно ей. Статья заканчивалась словами: «Сейчас в Москве, наверное, идет снег. Из твоего окна видна зубчатая стена Кремля…»

Светлана испугалась, что и отец все поймет. Она не знала, что все ее телефонные разговоры прослушивались и записывались. Начальник сталинской охраны генерал Власик приказал предупредить Каплера, что ему лучше уехать подальше от Москвы. Но тот влюбился по уши и не внял предупреждению.

В последний день февраля 1943 года у Светланы был день рождения. Ей исполнилось семнадцать лет. Они с Каплером пошли в пустую квартиру ее брата Василия возле Курского вокзала. Конечно, не одни — вместе с неизменным сотрудником охраны, который сидел в соседней комнате. Через несколько дней Каплера арестовали как английского шпиона…

Тяжелый, деспотичный характер Сталина не позволял ему примириться с тем, что дочь уже взрослая и имеет право на собственную жизнь, на любовь.

Желание Светланы вырваться из Кремля на свободу только усилилось. Как только ей исполнилось восемнадцать лет, она вышла замуж за одноклассника своего брата — Григория Морозова. Ей так хотелось обрести какого-то близкого человека, хоть кого-нибудь, кто будет ее любить и думать о ней.

Отец был недоволен, но пробурчал: