Династия Плантагенетов. Генрих II. Величайший монарх эпохи Крестовых походов - Джон Эплби

22 марта Генрих II велел своим войскам из Англии, Нормандии и Аквитании идти к Пуатье; их встреча была назначена на 24 июня. Рыцари должны были служить до Дня Всех Святых, 1 ноября. Поскольку Англия была далеко, король потребовал личного участия в боях только от своих баронов. Всех рыцарей вместо военной службы он обязал заплатить две марки (1 фунт 6 шиллингов 8 пенсов), из расчета 8 пенсов в день за сорок дней службы, обычный в ту пору срок. Генрих II ввел налог на освобождение от военной службы, «не желая отвлекать от дел рыцарей, сидевших на земле». Это свидетельствует о том, что в Англии в ту пору уже появились помещики.

Король также заставил епископов, настоятелей монастырей, правителей городов и шерифов принести ему «добровольные» пожертвования, которые они потом конечно же возместили за счет местного населения. Такие же «подарки» сделали ему и еврейские ростовщики, находившиеся почему-то в большой милости у короля. Духовенство очень возмущалось этим «святотатством», как оно окрестило изъятие денег, и подало на него жалобу канцлеру. «Подарки» от священнослужителей принесли королю 3130 фунтов, а налог за освобождение от военной службы – 2440 фунтов^[74].

Перед тем как выступить, Генрих II отправился на границу Нормандии, чтобы провести еще одни переговоры с Людовиком. Эти переговоры, касающиеся предполагаемой женитьбы королевских детей и намерения Генриха захватить Тулузу, шли с 6 по 8 июня. Людовик разрывался между верностью своему зятю и стремлением не сделать ничего такого, что помешало бы браку его дочери, который должен был еще сильнее укрепить существовавшую, как он полагал, связь между ним и королем Англии. Его робкие попытки уговорить Генриха отказаться от похода ни к чему не привели. Английский король был непреклонен.

Его армия тем временем собиралась в Пуатье. Самую лучшую ее часть составлял отряд канцлера, который за свой счет выставил 700 рыцарей в полном вооружении. В назначенный день, 24 июня 1159 года, Генрих II присоединился к войску, и оно двинулось к Тулузе. Среди графов и баронов, пересекших Ла-Манш, находился молодой кузен Генриха Малькольм, король Шотландии, который в 1158 году, после смерти своего деда, короля Дэвида, вступил на трон этой страны. И как король Дэвид в свое время посвятил в рыцари Генриха, так и Генрих II во время похода на юг опоясал Малькольма рыцарским мечом^[75].

Около 6 июля Людовик провел еще одни безуспешные переговоры с английским королем. Генрих II подошел к Кагору и овладел им, после чего его войско осадило Тулузу. Осада в ту пору была очень длительным мероприятием, поскольку искусство обороны далеко опережало искусство нападения. Город или замок с толстыми стенами, при наличии больших запасов продовольствия, мог держаться сколько угодно долго. Ни камнеметные машины, ни катапульты, ни другие грубые осадные машины не могли разрушить прочные каменные стены.

Осада была ужасно скучным делом для обеих сторон. Защитники, запертые в четырех стенах, постепенно опускались. От скуки они устраивали вылазки и вступали в ожесточенные стычки с осаждавшими просто для того, чтобы выпустить пар, а затем снова укрывались за стенами города. Осаждавшим тоже было нечего делать, кроме как следить, чтобы в город не поступало продовольствие и не явилась помощь. Работали только те, кто обслуживал камнеметные орудия. Генриху, должно быть, было весьма непросто почти три месяца удерживать свое войско в состоянии полного бездействия, а снабжение солдат продовольствием требовало огромных денег.

Солдаты, конечно, изнывали от скуки, но у Генриха II, Томаса Бекета и всех членов королевского дома имелась уйма дел. Где бы король ни находился, от него требовалось управление своими обширными владениями, а это была огромная работа, где приходилось вникать во все подробности. Конечно, большинство рутинных дел он доверял своим главным юстициариям и сенешалям, а себе оставлял лишь самые важные. Все решения короля и его помощников доводились до сведения исполнителей благодаря непрерывному потоку письменных указов, которые готовились под руководством канцлера и скреплялись его большой печатью.

Стоял ли король под стенами Тулузы или находился на противоположном конце своих владений – в самой северной части Англии, обязанности и заботы следовали за ним по пятам. Перед ним проходила бесконечная череда подданных, искавших милостей или просивших выслушать их жалобы, рассмотрение которых не входило в компетенцию королевских чиновников. Если человека не устраивал приговор местного суда, то ему оставалось лишь одно – обратиться непосредственно к королю. А если тот находился в самой дальней части Аквитании, то проситель вынужден был ехать туда сам. Так, Пьеру де Блуа пришлось гоняться за королем по всей Англии; отчаявшись догнать его, он писал: «Соломон говорит, что человек не может знать четырех вещей: пути орла в небе, пути корабля в море, пути змеи по земле и пути человека в юности. Я могу добавить пятый: путь короля в Англии»^[76].

В середине сентября Людовик VII, в неожиданном и ненужном приступе решительности, приехал в Тулузу. Армию с собой он не привел, полагая, вероятно, что его моральная поддержка – это все, что нужно графу Раймонду. И как это ни странно, его приезд решил дело. Когда Генрих II узнал, что Людовик в Тулузе, он из-за глупого суеверия, не собирая военного совета и наперекор мнению канцлера, отказался от намерения взять город и снял осаду.

Объяснение, данное им солдатам, которые были чрезвычайно обрадованы тем, что нудная осада закончилась, звучало так: он так сильно уважает своего господина, короля Франции, что не может воевать против него. Это была полная чушь, ибо в прошлом Генрих, не задумываясь, ходил войной на Людовика и продолжал делать это в течение всей своей жизни. На самом деле, как показали осада Тулузы и неудачный поход в Северный Уэльс, он не являлся борцом в том смысле слова, в каком были его отец и мать. Решительный и настойчивый полководец, обладая всеми ресурсами империи, простиравшейся от Пиренеев до границ Шотландии, сумел бы овладеть одним-единственным городом, как бы сильно тот ни был укреплен.

Генрих II не обладал ни смелостью и целеустремленностью отца, ни упорством своей матери. Время от времени он собирал огромные армии, но использовал их только для того, чтобы запугать врага и внушить ему благоговейный ужас. Если же противник не боялся его, он просто прекращал борьбу. Осада Тулузы заняла его внимание почти на целый год и стоила огромных денег, а добился он лишь взятия Кагора и заключения союза с графом Барселонским.

Генрих II опустошил окрестности Тулузы и ушел в Кагор. Укрепив город, он отдал его и окружающий район Томасу и Генриху Эссексу, констеблю. Он распустил аквитанское и анжуйское войско, а с остальной частью армии двинулся на север. Пока он осаждал Тулузу, братья Людовика епископ Филипп из Бове и граф Робер де Дрё бесчинствовали на границе с Нормандией. Генрих II поспешил туда и опустошил окрестности города Бове.