Сталинская гвардия. Наследники Вождя - Арсений Замостьянов

В пышном обществе говор и «крик»:

«Как смели сюда вы явиться без фрака?!»

«Он без цилиндра!» «Мужик!»

– Простите! Не знал я, да знать разве мог я,

что здесь это важно решающим столь.

(2 строки в рукописи пропущены).

У нас это проще: во фраке, без фрака,

в блузе рабочей, в сапогах простых…

У нас ведь не нужны отличия знаки:

что нужно, решаем всегда и без них.

У нас ведь совсем не как «денди» одеты —

в блузе рабочей, в простых сапогах,

кофе не пьют там, там нет и шербета,

но дело там делают не на словах.

И замерла зала, как будто невольно;

звонок председателя вдруг прогремел:

«Господа! На сегодня, быть может, довольно.

Пора отдохнуть от сегодняшних дел».

А утром в отеле под фирмой «Астория»

посол наш убит был убийцы рукой,

и в книге великой российской истории

жертвой прибавилось больше одной!

Много лет спустя, когда Брежнев привыкнет к галстукам и добротным брючным парам, авторы воспоминаний генерального секретаря процитируют это стихотворение, но стыдливо припишут его мифической комсомолке. В том же 1927-м Брежнев, окончив техникум, по распределению отправился на Урал. Землеустроитель подготавливал коллективизацию, познавал крестьянский мир неведомого, загадочного Урала. Там же он проходит путь от комсомольского активиста до кандидата в члены ВКП(б) (1929), а в 1931-м, в родном Каменском-Днепродзержинске, становится безоговорочным большевиком, партийным на все сто процентов. Но сельские дела не стали призванием молодого коммуниста, его тянуло в индустрию. В сентябре 1930-го он поступает в Московский институт сельхозмашиностроения, а оттуда переводится на вечернее отделение Днепродзержинского металлургического института имени Арсеничева. Устраивается на завод кочегаром. В 1935-м он защищает диплом уже в качестве парторга института, заведующего рабфаком. Новоявленный инженер становится начальником смены силового цеха. В заводской многотиражке «Знамя Дзержинки» выходит статья о Брежневе – «Имя его – большевик». В официальных биографиях Брежнева, в документальных фильмах эту статью будут цитировать как образец исполнившегося пророчества: «Я не могу себе представить, откуда у этого человека столько берется энергии и трудоспособности. До последнего месяца он работал директором вечернего металлургического рабфака. Нагрузка большая и тяжелая. Он же учится в нашем институте. Он же – лучший группарторг… И он же лучше всех на курсе защитил свой дипломный проект!.. Уйдя на производство, молодой инженер Леонид Брежнев обещает дать многое. И он даст… Потому что он выкован из крепкого металла». И ведь сбылся этот патетический аванс…

А потом тридцатилетнего коммуниста, отца двоих детей, призывают в армию. Служить предстояло в Забайкалье, в Чите. Брежнев осваивает боевые машины, становится политруком танковой роты. Газета Забайкальского военного округа «На боевом посту» писала: «Вот тов. Брежнев Л.И. – коммунист, сын рабочего, сам рабочий из Днепропетровска. Отличник учебы. С первых дней стал одним из организаторов борьбы за отличные показатели боевой и политической подготовки. Личным примером вел за собой других товарищей. Будучи стажером – командиром взвода, добился того, что взвод вторую задачу по стрельбе выполнил на «отлично». За год пребывания в армии получил пять благодарностей и денежную премию. Под его руководством исключительно хорошо оформлена казарма и ленинский уголок».

Отслужил он «на дальнем пограничье» меньше года – и возвратился в Днепродзержинск, где тут же был назначен директором Металлургического техникума. Карьера Брежнева набирала ход: вскоре его назначили зампредом Днепродзержинского горисполкома. Он занимался строительством, хозяйственными вопросами. В 1939-м Брежнев со скромной должности начинает работы в Днепропетровском обкоме. Поддерживал Брежнева его добрый товарищ по институту – Константин Степанович Грушевой, ставший к тому времени вторым секретарем обкома ВКП(б). Уже через год он становится одним из первых управленцев области, секретарем обкома по идеологии. Но Брежнев чувствовал себя инженером, специалистом по индустриальным делам – и, по предложению Грушевого, становится секретарем обкома по оборонной промышленности. Насколько важны были вопросы оборонки в 1940-м – пояснять не нужно. На этом посту и застала Брежнева война. Сообщил Брежневу о начале войны не кто иной, как Грушевой.

Несколько дней Брежнев занимался подготовкой заводов к эвакуации, а потом его направили в действующую армию. Многих партийных работников столь высокого ранга передвинули в тыл. Брежнев – то ли по своей инициативе (как сообщал он в официальных воспоминаниях), то ли волею судеб и командования оказался на фронте. Он начинает боевой путь заместителем начальника Политуправления Южного фронта. Бригадный комиссар Брежнев сработался с комфронтом Р.Я. Малиновским.

В начале 1942-го «За образцовое выполнение боевых заданий на Южном фронте в ходе Барвенково-Лозовской операции» Брежнев получает первый боевой орден – Красного Знамени. В наградном листе сказано: «Тов. Брежнев часто бывает в боевых порядках войск, мобилизуя массы красноармейцев, политработников и командиров на разгром фашистов. Тов. Брежнев – бесстрашный боевой политработник». После неудачного майского наступления Брежнева переводят заместителем начальника Политуправления Черноморской группы войск Закавказского фронта. Командовал группой генерал-лейтенант И.Е. Петров. Для Брежнева это было понижением. Ревизоры Ставки подчас выдавали Брежневу нелестные характеристики. Например, полковой комиссар ПУРККА Верхорубов рапортовал: «Черновой работы чурается. Военные знания т. Брежнева – весьма слабые. Многие вопросы решает как хозяйственник, а не как политработник. К людям относится не одинаково ровно, склонен иметь любимчиков». Полковник ухватил слабые места брежневского характера: черновую работу он всегда выполнял только под давлением.

Весной 1943-го Брежнев становится начальником Политотдела 18-й армии генерала К.Н. Леселидзе. С 18-й армией он пройдет Кавказ, Крым и Украину и дойдет до Чехословакии, где встретит День Победы. С 18-й армией Брежнев примет участие в боях на Малой Земле. Известен эпизод переправы на сейнере «Рица» – под бомбежкой с воздуха, под обстрелом немецких катеров. Сейнер подорвался на мине, полковник Брежнев оказался в воде, под огнем. «И в этом шуме услышал я злой крик: «– Ты что, оглох?! Дай руку! Это кричал на меня, протягивая руку, как потом выяснилось, старшина второй статьи Зимода… Ухватившись за брус, я рванулся наверх, и сильные руки подхватили меня» – так описан этот случай в воспоминаниях Брежнева.

2 ноября 1944-го Брежнев получает погоны генерал-майора, а через несколько дней после Победы становится начальником Политотдела 4-го Украинского фронта. Со сводным полком этого фронта Брежнев пройдет по кремлевской брусчатке на Параде Победы. Всю жизнь он будет беречь саблю, с которой прошел перед Сталиным на параде.

Встречи Брежнева со Сталиным анекдотичны. Генерал Брежнев был на кремлевском торжественном приеме 25 июня 1945 года, когда, после Парада Победы, Сталин чествовал фронтовиков. Наверное, со времен Дмитрия Донского Кремль не знал более радостного приема. Брежнев изрядно разволновался, увидев Сталина. Анатолий Черняев вспоминает, что сам Леонид Ильич любил рассказывать о таком казусе: «Явился, – говорил Леонид Ильич, – на официальный банкет раньше времени. Зал пустоват. Решил подойти поближе к тому месту, откуда должен был выйти Сталин. А когда он вышел, я рванулся и опрокинул столик с бутылками и запасными тарелками. Штук тридцать их, наверное, было. Все – вдребезги. Но сошло». Брежнев вслушивался в слова Сталина, а говорил он в тот вечер великие слова – о великих скромных людях, о «винтиках», о русском народе. На обратном пути возбужденный, разгоряченный, хмельной Брежнев принялся беседовать с Царь-колоколом – с поклонами, риторическими вопросами.